Днепр-Чернобыль: командировка в самое «пекло»

26 апреля, в день 35-й годовщины аварии на Чернобыльской АЭС, днепряне вместе со всей Украиной зажгли свечи в память о страшной катастрофе.

В честь памятной даты мы продолжаем цикл публикаций о героях-ликвидаторах из Днепра, которые, рискуя жизнью, отправились в 1986 году на ЧАЭС, чтобы помочь уменьшить масштабы трагедии.

В нескольких метрах от смертельного реактора

Днепрянину Владимиру Радуну было всего 25 лет, когда ему пришлось отправиться в зону Чернобыльской катастрофы. Дома осталась жена и двое маленьких детей. События тех дней память ликвидатора запечатлела буквально поминутно, будто это было вчера.

Ликвидатор Владимир Радун не жалел жизни и здоровья ради родной страны и будущего своей семьи

Ликвидатор Владимир Радун не жалел жизни и здоровья ради родной страны и будущего своей семьи

- В Чернобыль меня забрали на военную переподготовку в ноябре 1986 года (к тому времени я уже отслужил в СА). Мне, как профессиональному водителю (я тогда работал на междугородних перевозках в автобусном парке), нужно было доставлять людей на станцию, потом вывозить радиоактивные отходы на могильник, а после смены развозить людей обратно в части, - делится воспоминаниями Владимир Федорович. - Наша рота вывозила куски бетона, графита - обломки крыши, которую разорвало взрывом. Подгоняешь свой КАМАЗ буквально в нескольких метрах от реактора, ставишь на «ручник». Машина работает, а тебе нужно быстро выскочить и убежать как можно дальше от того места. А робот пока грузит на твое авто все то, что осталось от крыши взорвавшегося реактора. Затем этот опасный груз я отвозил к могильнику. Чем быстрее ты довозишь радиоактивные отходы, тем больше шансов, что меньше облучишься. Там кипела адская работа. Дозиметр был один на десять человек. А когда прибор лежал в моей машине, то уровень радиации зашкаливал.

Владимир Радун пробыл в Чернобыле два месяца, и каждый день выезжал на ЧАЭС. На его счету более 50-ти выездов на станцию.

- В Чернобыльской зоне, когда мы зашли в Припять, меня поразила картина: высотные дома, возвышающееся колесо обозрения, памятники, автомобили – все было брошено и нигде ни души. Жуткая была картина. Когда ехали туда эшелоном из Днепра, нас было много молодых ребят. Мы не боялись, знали, что едем спасать страну. Уже многих ребят, с которыми я был в Чернобыле, нет в живых, - рассказывает ликвидатор.

Чернобыльский Новый год

В Чернобыльской зоне Владимир Радун пробыл до января, встретив там Новый год в палатке с буржуйкой.

- Зима тогда была суровая – до 28 градусов мороза, снега было по колено, - вспоминает Владимир Федорович. - Мы стояли в 30-киллометровой зоне от ЧАЭС, возле леса, на поляне рядом с болотом. Жили в больших солдатских палатках по 30 человек, которые отапливались печками-буржуйками. Там были установлены двухъярусные кровати, каждая койка накрывалась целлофаном, как в больнице при эпидемии (потому что даже в палатке мы получали дозу радиации). Рядом был оборудован кинотеатр-ангар. В новогодний вечер мы посмотрели фильм, да и разошлись по своим палаткам. Радости особой не было, настроение совсем было не праздничное, мало кто улыбался и веселился. Тем более, что 1 января всем нужно было на работу – на ЧАЭС. Личный состав поднимали в 6 часов утра, а нас, водителей - на час раньше. Речь об отдыхе не шла, каждый работал на износ.

Ликвидатор признается, что самым сложным в Чернобыльской зоне было дождаться возвращения домой, к семье. Жена Людмила находилась в декретном отпуске, дочка маленькая, сын недавно родился. Они в то время остались без кормильца и средств к существованию.

- Мы каждый день писали Володе письма в Чернобыль, рассказывали все новости из родного города. Он вспоминал потом, что никому не приходило такое количество писем. На праздник мы остались одни. Я не представляла, как объяснить детям, почему приходится встречать Новый год без папы, - поделилась Людмила Радун.

Когда Владимир Федорович набрал критическую дозу рентген, пришел приказ о его увольнении.

- Я так спешил увидеть семью, что полпути до Киева шел пешком по морозу и сугробам, - рассказывает герой нашей публикации. - Потом меня подобрал попутный автобус, а затем из столицы в холодном вагоне прибыл в Днепр.

Критическая доза

Владимир Радун за время пребывания в Чернобыльской зоне получил дозу облучения в 25 рентген.

Позже, за риск, государство выплатило ему компенсацию в размере пяти месячных окладов.

- То ли это была благодарность, то ли премировало меня государство, то ли оплатило похоронные, - шутит Владимир Федорович.
Хотя, признается, тогда было не до шуток.

- По возвращении из Чернобыля я три месяца не мог работать, было очень плохо. Я думал, что это конец… Была ужасная слабость, головокружение, мучила одышка. Доза-то была максимальной.

По приезду, ликвидатора вызвали в больницу Мечникова, а затем направили в радиологический центр «Пуща-Водица».

Врачи «отмерили» 15 лет

В «Пуща-Водицу» супруги поехали вместе. Нужно было пройти обследование. Владимир Радун вспоминает о «приговоре», услышанном от врачей:

- Доктор вызвал мою жену и говорит: «Не переживайте, если ваш муж лет 10-15 протянет, то это хорошо. Он сильно облучен».

Вопреки всем «прогнозам», совсем скоро Владимир Федорович отметит 60-летний юбилей. Он благодарен Богу и своей заботливой жене за то, что удалось продлить жизнь.

- Когда муж вернулся из Чернобыля, я испугалась - он стал такой худющий. Весил, наверное, всего 42 килограмма. Он приехал и сразу заболел, перестал ходить, терял сознание, - рассказала Людмила Радун.

Людмиле Викторовне удалось выходить мужа. Помогали отзывчивые соседи, друзья. Каждый день боролись за его здоровье.

- Один доктор мне как-то сказал: «Муж будет Вас облучать всю жизнь. Часть полученных рентген он будет отдавать Вам», - говорит супруга ликвидатора. - Так и делим всю жизнь и радости, и беды, и рентгены. Я считаю, что его Бог держит на этом свете и наша любовь. Жаль, что не сохранились те «чернобыльские» письма и фотографии. Они ушли под землю…

Пережили и Чернобыльскую катастрофу, и трагедию на Тополе

Работа в зоне Чернобыльской АЭС стала не единственным испытанием для Владимира Федоровича и его семьи. Через несколько лет судьба снова преподнесла жуткий «подарок».

Ранним утром 6 июня 1997 года спокойная и счастливая жизнь семьи Радун рухнула вместе с домом на Тополе. По трагической случайности их квартира находилась именно в той высотке на улице Паникахи, 22, которая полностью ушла под землю. Не осталось ничего: ни одежды, ни документов, ни семейных альбомов, ни трогательных писем, которые семья писала папе в Чернобыль.

Единственная фотография "из прошлого", которая сохранилась в семейном архиве Людмилы и Владимира

Единственная фотография "из прошлого", которая сохранилась в семейном архиве Людмилы и Владимира

Напомним, в результате большого оползня произошло разрушение девятиэтажного дома, школы и частично двух детских садов.
Людмила Викторовна тогда забила тревогу первой. Женщина проснулась ни свет, ни заря, она заметила неладное и поняла, что дом вот-вот упадет. Благодаря семье Радун все соседи остались живы. Людмила и Владимир бегали с этажа на этаж, трезвоня в квартиры и выводя людей. Никто не успел взять ничего из нажитого, зато сохранили жизнь. Дом ушел на глазах испуганных горожан. Жильцы остались во дворе рухнувшей многоэтажки в одних пижамах и комнатных тапочках. Пришлось начинать жизнь с чистого листа…

«Кто, если не я»

Семья Радун нашла силы пережить и это несчастье. Конечно, стресс, полученный как в Чернобыле, так и во время «топольской» трагедии, не прошел бесследно для здоровья. Но Владимир Федорович не из тех, кто унывает. Вместе с женой они вырастили двоих детей, дождались четверых внуков.

Людмила Викторовна до сих пор вспоминает рассказ мужа о том, как уже после увольнения в Чернобыльской зоне он собирался домой, и вдруг рядом загорелась аккумуляторная. И он остался, чтобы помочь потушить пожар.

Владимир и Людмила Радун много лет неразлучны в горе и в радости

Владимир и Людмила Радун много лет неразлучны в горе и в радости

- Я считаю, что мой муж герой, - говорит Людмила Радун. - Он никогда не был безразличным, всегда был уверен, что должен действовать именно так, не жалея себя. Он живет по принципу: «кто, если не я».

От имени всех днепрян выражаем огромную благодарность нашему земляку Владимиру Федоровичу Радуну, который ценой своей жизни и здоровья боролся с последствиями ядерной катастрофы, уменьшая масштабы Чернобыльской трагедии.

Низкий поклон отважному ликвидатору!

Юлия КЛИМЕНКО

Метки: Владимир Радун, Чернобыльская АЭС