Братья-каратели

Звериная жестокость, с которой орудует в эти дни и ночи белорусский ОМОН, наглядно роднит его с украинским «Беркутом», самые хищные птицы которого оказались после бегства из страны если не среди наемников «Вагнера», то в рядах российского ОМОНа. Остальные участники борьбы с «майданутыми» влились в состав полка полиции особого назначения МВД Украины, легко пройдя фальшивые фильтры аттестации, и передают свой опыт новым бойцам.

 

В 2018 году наша чудо как реформированная полиция официально, совершенно открыто и торжественно отметила 30-летие создания структуры ОМОН и будущего «Беркута», подчеркнув преемственность нынешних «особых» с прежними, которые создавались одновременно с такими же подразделениями соседей. То есть никакого: ни кадрового, ни символического разрыва – с карательными отрядами прошлого не произошло, никто этого разрыва и не добивался. Почерк при подавлении гражданских протестов остался тем же.

 

Нынешний карьерный рост Олега Татарова, ведомственного певца удушения майданных протестов, лишний раз подчеркивает, что система полицейского террора в прежнем виде и прежней сути полностью устраивает и нынешнюю власть. Поначалу могли быть какие-то иллюзии относительно сохранения во главе МВД Арсена Авакова, зимой 2014 года писавшего «мусора не люди», а потом законсервировавшего и подчинившего себе старую «ментовскую» машину, разбавив ее «приусами» и французскими вертолетами. Дескать, нет пока никого на замену, и руки не доходят пока у «слуг народа» как следует взяться за эти авгиевы конюшни. Теперь-то понятно, что никто ни за что браться не намерен, даже если Авакова попросят на выход из-за проваленного дела Шеремета или по совокупности провалов, или просто потому что давно пора.

 

Да, политическая и гражданская специфика Украины не дают разойтись полиции и ее специальным подразделениям по борьбе с массовыми протестами в полную красу и силу, как это происходит сейчас на улицах белорусских городов, но это ничуть не делает их меньшими родственниками, разве что заметно более бедными, не такими привилегированными и откормленными, как в авторитарных России или Беларуси. Несмотря на формально демократический характер, на укоренившуюся практику антивластных протестов, государство в Украине так же было и остается врагом любой гражданской активности. Последний проворовавшийся «мусор» власти ближе и понятней, чем любой принципиальный поборник прав и свобод, опасный сумасшедший.

 

Поэтому Иван Наумов, заведующий в МВД имуществом, ездит на работу на «крайслере», его теща, владелица «мазератти», строит пятиэтажную дачку под Киевом, а сын – огромный комплекс с бассейном, но кого ж это беспокоит, кроме журналистов-расследователей, у одного из которых недавно пытались установить прослушку. Зато Саша Кольченко, вернувшийся из российской тюрьмы, наказан общественными работами за участие в митинге под белорусским посольством за «мелкое хулиганство». Не исключено, что еще добавят за неповиновение сотрудникам полиции.

 

Да, у нас, слава богу, не полицейское государство в том смысле, в котором это определение применимо к Беларуси. Наши «органы» ленивы, коррумпированы и неповоротливы в отличие от поджарых волков Лукашенко. Но наши, если что, будут защищать присвоенное зубами, именно потому, что «свое», и в этом будут ничуть не менее страшны, чем их родственники по службе из России или Беларуси, рвущие людей за хозяина.

 

Леонид Швец,  «Слово и дело»