В обстановке взаимонепонимания

культуры
Трудно ожидать от культуры «объединяющей роли» для общества, если сами ее представители не находят общего языкаКультурная политика (по крайней мере, в условиях Украины) очень прихотлива. Претендуя в ней на заметную роль, можно быстро нарастить имиджевый рейтинг, но так же быстро его и потерять. Об этом можно судить по двум событиям, состоявшимся на днях.

Первое — Форум культурной дипломатии, проведенный по инициативе Министерства иностранных дел Украины. Во время форума министр Павел Климкин объявил о своем решении создать в МИДе подразделение, которое будет заниматься исключительно подобными вопросами. «Впервые культурная дипломатия появится в структуре МИДа как целостная концепция. Это подразделение будет интегрировано в работу МИДа в сфере международных коммуникаций Украины, — заявил Климкин. — Культурные проекты станут неотъемлемой частью наших усилий, направленных на объяснение миру того, чем является Украина и к чему она стремится. Через искусство мы будем коммуницировать не просто образы, а смыслы».

На этапе заявки инициатива является для имиджа Павла Климкина безусловным плюсом. Но на этапе реализации легко может превратиться в минус. Во-первых, украинская культура (точнее, наш культурный продукт — если уж говорить о коммуникации через смыслы) и внутренние потребители этого продукта еще не успели ответить самим себе на вопрос, чем является Украина, к чему стремится и каким искусством, в конце концов, гордится. Поэтому сегодня, как и вчера, «культурный экспорт» нашей страны находится под прицелом критиков (профессиональных и не очень). Недавний пример — благотворительный европейский тур певицы Екатерины Бужинской «Украина — это мы!». Судя по отзывам в социальных сетях, далеко не все готовы считать ее «песенным послом Украины». И вовсе не потому, что перепутали ее фамилию с другой певицей, «народной артисткой Антимайдана». А потому, что посчитали ее программу продолжением шароварного тренда. Иными словами, — и это во-вторых — культурная дипломатия, которую намеревается проводить МИД, обязательно будет пристально изучаться и нещадно критиковаться. Чтобы выстоять, МИДу придется налаживать дипломатические отношения еще и внутри страны — как минимум с активистами культурного сообщества.

Это как раз та задача, с которой не может справиться вице-премьер и министр культуры Украины Вячеслав Кириленко. Очередным подтверждением стало второе событие, о котором зашла речь, — круглый стол на тему «Как покончить с имитацией?», проведенный недавно созданной группой «Культура» Реанимационного пакета реформ (РПР-Культура). Показательна сама история этого мероприятия. Поводом стал подготовленный Минкультом проект Долгосрочной стратегии развития культуры. Документ создавался в короткие сроки, презентовался под объективы телекамер, но был резко раскритикован — в том числе представителями «культурного сектора» РПР. В этот сектор, к слову, вошли самые активные представители Ассамблеи деятелей культуры — неформального объединения, которое долгое время «оккупировало» подвал в помещении Минкульта и открыто заявляло, что эту институцию следует упразднить. В ответ на критику РПР-Культуры по поводу стратегии Минкульт не нашел ничего лучшего, чем опубликовать на своем сайте «приглашение к наработке общего текста стратегии», — мол, приходите в такое-то время, только неизвестно к кому (министру, его заместителю или руководителю департамента). РПР-Культура от такой встречи отказался и предпочел устроить публичную дискуссию, на которую — неожиданно для всех — прибыли вице-премьер Вячеслав Кириленко и два его заместителя.

К такому повороту никто явно не был готов, поэтому результат дискуссии и накал страстей нетрудно себе представить. Дело не в непримиримости позиций в отношении самой стратегии (в ответ к ней РПР-Культура предложила проект Директив культурной политики). Как раз наоборот — по ряду позиций эти документы пересекаются. «Стратегия акцентирует внимание на объединяющей и центральной роли украинской культуры в национальном развитии», — говорится в документе Минкульта. «Определить культуру основой общественной жизни и фундаментом модернизации Украины, предоставив культурной политике приоритет», — сказано в Директивах.

Проблема как раз в «объединяющей роли». Вряд ли стоит ожидать такого эффекта от культуры, если сами ее представители не находят общего языка и не пользуются теми инструментами дипломатии, которые могли бы способствовать взаимопониманию. Пока что видна игра в перетягивание каната. Кто должен определять повестку дня в культурной политике, кто является заказчиком реформ? Активисты считают, что именно они, а Мин­культ должен этот заказ претворять в жизнь, не зря же он называется органом власти исполнительной. Но полноценно сформулировать заказ они пока не могут. В свою очередь, нынешнее руководство Минкульта видит ситуацию иначе: у нас, мол, есть поручение правительства, вот и помогайте нам его выполнять, если уж так хотите влиять на власть.

В борьбе незрелости с заскорузлостью не всегда побеждает «молодость». В игре без правил временное преимущество получает тот, кто обладает тактическими средствами или эмоциональным ресурсом. Для руководства Минкульта это власть и бюджетные средства. Для радикально настроенных активистов — шины. От конфликта между ними проигрывает сама среда, где как раз очень много представителей, готовых договариваться и принимать другие правила игры.
Комментарии

Метки: культура, Министерство культуры Украины, реформы