Николай Левченко: Мы доверили всё Януковичу, и эта ошибка обошлась Партии регионов очень дорого

левченко

Алексей Бык, Главком

«Регионал» Николай Левченко – один из тех, кто после побега Януковича и отстранения Партии регионов от власти не ушел «в свободное плавание», а остался во фракции ПР. Возможно, отчасти это связано с тем, что Левченко считается человеком Рината Ахметова. Народный депутат не скрывает своего почтения к самому богатыму человеку Украины. А Ахметов слишком долго и активно инвестировал в ПР, чтобы позволить этому политическому проекту вот так просто взять и кануть в небытие.

Левченко много и охотно говорит о том, что ПР переживает сложный период, что выводы сделаны, а ошибки учтены. Впрочем, причин для оптимизма у «регионалов» не так уж и много – их шансы в ближайшее время отыграть потерянные позиции невелики.

Избрание Добкина единым кандидатом свидетельствует хотя бы о том, что ПР не планирует бороться за электорат вне своих «родных» областей. А из интервью Левченко «Главкому» можно сделать вывод о том, с какими именно месседжами ПР будет идти к своему избирателю. Это – традиционное требования второго государственного языка, децентрализация и страшилки о Правом секторе и «Свободе».

Как вы оцениваете захват Россией Крыма – для вас это военная агрессия или возвращение исконных территорий, как рассказывает российская пропаганда?

Крым, безусловно, жалко. Потеря Крыма для Украины – невосполнимая. Нам необходимо действовать с помощью дипломатических рычагов, найти любые возможности для ведения переговоров, чтобы добиться, как минимум, равного доступа ко всем возможностям, существующим в Крыму, – для Украины, для России, для всего мира. У Крыма есть потенциал стать таким вот украинским Тайванем: свободная экономическая зона, равный доступ для всех, возможности развития экономики, сельское хозяйство, туристическая индустрия.

Безусловно, РФ в первую очередь беспокоит судьба Севастополя и бухты, контроль над бухтой и флот. Этот флот 200 лет находится у России и, в общем-то, справедливо, что она беспокоится.

О чем ей было беспокоится, разве Украина ей чем-нибудь угрожала?

Россия ловко воспользовалась моментом, но поступила исключительно в своих национальных интересах. Наши национальные интересы говорят о том, что мы должны сохранить единую страну. Поэтому нужно проводить глубочайший анализ, по каким причинам жители Крыма проголосовали за выход из состава Украины.

Я подчеркиваю: меня больше волнует не вхождение Крыма в состав РФ, а сам факт наличия желания выйти из состава Украины.

Не секрет, что сегодня существует очень большое волнение на Юго-Востоке нашей страны. С Крымом у России получилось это сделать потому, что там был размещен Черноморский флот РФ и, фактически, войска там уже были – сработал фактор троянского коня. Я считаю, что такая угроза сегодня не имеет места в отношении остального Юго-Востока. Потому что она бы предусматривала открытый факт пересечения государственной границы российскими войсками. Я уверен, что такого никогда не будет.

Крым захватывает Россия, а виновата действующая власть?

Власть должна пойти на все необходимые уступки Юго-Востоку. Я имею в виду и два государственных языка, и полная децентрализация власти, и выборность губернаторов, передача полномочий областным советам, формирование бюджета снизу вверх, чтобы там, где деньги зарабатываются - там же в первую очередь распределяли, куда их потратить. Я уверен, что это все успокоит население Юго-Востока. Мы хотим справедливости, свободы и равных возможностей.

И, конечно, фактор защищенности. Люди взволнованы и испуганы теми национал-радикальными группировками, которые сегодня орудуют в Киеве. Все это очень пугает жителей Юго-востока, особенно с появлением такой вооруженной организации, как «Правый сектор».

Кто им вселил этот страх? Не только «Правый сектор», но и праворадикальная партия «Свобода» - я имею в виду нападение на руководителя Первого национального канала, например.

Почему они так агрессивно себя ведут и тем самым подталкивают Украину к расколу? Я не знаю, но их поступки не патриотичны, это 100%.

Давайте вернемся к отношениям с Россией. Вы настаиваете на дипломатическом способе решения конфликта. Однако Россия в свое время уже гарантировала нам территориальную целостность в обмен на отказ от ядерного оружия, однако нарушила свои же гарантии. О чем можно договариваться со страной, слово которой ничего не стоит?

Мы должны четко понимать свое место в мире. С востока от нас – держава, которая занимает шестую часть суши, с ядерным оружием. С энергоносителями, которые нам нужны, как воздух, и с рынками сбыта для нашей продукции, преимущественно с высокой прибавочной стоимостью – что тоже гарантирует нам рабочие места и материальный достаток. Поэтому не считаться с этой страной – что бы ни произошло в наших отношениях! – у нас нет никакой возможности.

С другой стороны, на Западе есть наши европейские партнеры. Там центр системы ценностей, которую мы хотим принять. Это и верховенство права, и равные возможности в экономике, и демократия. И не работать с западными партнерами, не получить доступ к потенциальным инвесторам, которые могли бы зайти в Украину – мы тоже не имеем права. Мы не имеем никакого будущего, если не будем смотреть в сторону Запада.

Почему бы тогда не выбрать направление движения? Многовекторность мы уже проходили.

Еще дальше на западе есть США – страна с атомным оружием, которая также участвует во всех политических процессах в мире. И сегодня нельзя не учитывать противостояние России и США, которое началось еще с событий т.н. «арабской весны». Их конфликт по Ливии, по Сирии, противоречия на Ближнем Востоке – сегодня эти все ниточки привели к Украине.

Украина может поставить окончательную точку в разграничении сфер влияния США и России. Здесь очень важно не допустить, чтобы из нас сделали площадку для выяснения геополитических интересов. Чтобы мы не стали, не дай Бог, новой Югославией или любой другой горячей точкой в мире.

Однако, как мы видим, судьбу Украины решают без нас.

То, что Керри с Лавровым беседовали об Украине без украинских дипломатов – это позор для нашей страны, позор для нашей власти. Мы не можем позволить такого. Это показывает нашу слабость и неспособность влиять на геополитику.

Налогоплательщики платят зарплату чиновникам в МИДе, в Кабинете министров. У нас есть и.о. президента. Легче всего сказать «Россия нарушила договоренности», обидеться и развернуться. Но эмоции здесь неуместны. Здесь нужен холодный ум, трезвый расчет и четкое понимание национальных интересов Украины.

Вы говорите о защите национальных интересов, однако вначале разговора вы практически дословно повторили требования, озвученные главой российского МИДа Лавровым – второй государственный язык, децентрализация…

Не совсем так. Лавров четко говорил о федерализации. Федерализация – это модель достаточно успешная. Например, США и ФРГ. Однако в наших условиях, когда у политической элиты очень низкая политическая культура, мы можем получить очень серьезную угрозу для раскола страны. и дело даже не в факторе России. Дело в том, что завтра страны, которые находятся на западной границе Украины, могут претендовать на Галицию, на Буковину – у них есть исторические предпосылки для этого. Они, конечно, могут сегодня опровергать подобные подозрения, но как политическая гипотеза это имеет право на жизнь.

Я же говорю о децентрализации власти. О справедливых возможностях для каждого региона развиваться, защищать свои экономические и культурные права. Я сегодня говорю о децентрализации в пользу тех, кто живет в городах и регионах Украины. А РФ хочет несколько другого. Мы должны ее переиграть.

Вы говорили о радикальных националистах, которые всем угрожают оружием. Вот вам лично кто-то угрожал, преследовал за русский язык? Мы сидим в центре Киева, в пяти минутах ходьбы от Майдана: где вы видите радикалов? При этом лично меня еще на въезде в Крым обыскали, ограбили, а моих коллег – похитили и избили.

Во-первых, я в парламенте недолго. За это время мне не давали говорить с трибуны на русском языке. Меня перебивали выкриками, оскорблениями, шумовыми эффектами. Это уже неуважение. Я не приехал из другой страны, я здесь родился в Украине. Русский – мой родной язык. На этом языке разговаривают десятки миллионов украинцев. Это грубое неуважение к их правам.

Во-вторых, то, что меня еще не убили или не ранили боевики «Правого сектора» или других националистических организаций – это не значит, что на основании этого можно отрицать факт их присутствия.

Вся страна знает, что бутылки с зажигательной смесью в «Беркут» и солдат-срочников бросали совсем не мирно настроенные протестующие, а хорошо подготовленные и обученные люди. Кто стрелял из огнестрельного оружия в одну и другую сторону –должна установить новая власть, дать обществу ответ. Была ли это провокация, было ли это специально спланировано, чтобы разделить общество, либо же это все-таки случайность? Власть должна дать ответ.

Что касается радикалов с оружием – очень много моих коллег, к сожалению, подверглись агрессии. Это и Татьяна Бахтеева, и Нестор Шуфрич и многие другие депутаты. Вы знаете, чему подверглись наши коллеги на Западной Украине – их приковывали наручниками, ставили на колени, унижали.

Есть свидетельства и того, что «Беркут» не только стрелял, но тоже использовал «коктейли Молотова».

Это абсолютная ерунда. Весь мир видел кадры горящих сотрудников «Беркута», которые погибли. Честь им и хвала, они защищали закон в Украине, они выполняли свой долг. И я перед ними склоняю голову. Равно как и склоняю голову перед теми, кто был по другую сторону баррикад, кого вывело на баррикады сердце, эмоции и идеалы. Но ни в коем случае не перед теми, кто пришел туда мотивированный, хорошо подготовленный для того, чтобы в Украине пролилась кровь.

Под словом «мотивированный» вы имеете в виду, что, скажем, «Правый сектор» получал за это деньги?

Есть факты и доказательства. Я считаю, что новая власть должна сделать доступными эти факты для общества. Велась подготовка, финансировались спецлагеря, в которых люди обучались устраивать провокации во время мирных демонстраций на Майдане Независимости.

Сменим тему. Почему ПР выбрала кандидатом Добкина, а не Тигипко, у которого рейтинг повыше?

Во-первых, очень важно – мы поменяли устав. Мы ушли от возможности того, чтобы партия становилась заложником одного вождя, который является и главой партии, и кандидатом. Такого больше не будет никогда с ПР. Нам достаточно дорого обошлась наша ошибка, когда мы доверили все одному человеку. Но мы получили очень богатый опыт, который надолго запомнится и защитит нас от ошибок в будущем.

Всю власть мы передали коллегиальному органу, президиуму Политсовета. В этом коллегиальном органе есть исполнительный секретарь, который будет переизбираться раз в год. Эти обязанности сейчас в руках Бориса Колесникова, который десять лет руководил крупнейшей организацией ПР в Донецке, выиграл все возможные выборы, и он, безусловно, заслуживает сегодня быть первым среди равных в президиуме Политсовета. То есть в нашей партии сегодня абсолютно демократические принципы принятия решений.

Но были же какие-то кулуарные переговоры?

Как мы определили этого кандидата? Впервые в истории политических партий Украины и, в принципе, на всем постсоветском пространстве от настолько большой партии был выдвинут кандидат путем рейтингового голосования. Мы хотели провести праймериз, но, к сожалению, произошедшие события исключили возможность широкого проведения этой процедуры во всех регионах Украины. вы знаете, что часть наших организаций осталась без руководства, некоторые закрыты, поэтому было бы несправедливо проводить праймериз в этих условиях.

Поэтому мы свезли делегатов со всей страны – это тоже очень важно – избранных еще для прошлого съезда. Никто из кандидатов не имел возможности подготовить делегатов под себя, поскольку они избирались еще тогда, когда лидером партии был Янукович. То есть никто сейчас не мог повлиять на избрание делегатов.

Один человек проголосовал за Царева, четыре или пять человек за Бойко, тридцать пять за Тигипко и триста пятнадцать за Добкина. Это однозначно говорит о том, что Добкин имеет право на поддержку ПР. Это также говорит о том, что все остальные выдвиженцы должны задуматься, стоит ли им продолжать участие в президентской кампании.

Вы верите в то, что Тигипко снимет свою кандидатуру?

Я не знаю, снимется ли Тигипко или останется. Когда мы это узнаем – мы получим ответ на вопрос, что для него важнее: интересы Украины или его собственные амбиции. Безусловно, наши базовые регионы, где мы имеем поддержку, требуют немедленной смены власти, поскольку не признают ее легитимности. С этим можно спорить, но таковы настроения на Юго-Востоке.

Нам нужен единый кандидат. Если остальные кандидаты будут продолжать участвовать в кампании – их действия будут расцениваться как противоречащие интересам граждан Украины, в том числе избирателей Партии регионов.

Если сказать проще, на Западе для кандидата, который претендует на лидерство в партии, но потом получает поддержку едва ли 10% делегатов съезда – это не просто оплеуха, а политический нокаут. Пользуясь метким определением, которое дал Борис Колесников, вы можете себе представить, что Барак Обама и Хилари Клинтон участвуют в праймериз, Клинтон получает 10% голосов, а потом продолжает бороться за президентский пост? Это позор. К сожалению, наш уровень политической культуры еще допускает подобное. Но я все же надеюсь, что Тигипко, Царев и Бойко проявят сознательность, подчинятся решению съезда и снимут свои кандидатуры.

Насколько сильным было влияние Ахметова на решение съезда? Ходили слухи, что Добкин – его креатура.

У Рината Леонидовича не было ни морального, ни юридического права оказывать какое-либо давление на решения делегатов съезда. Это бессмысленно. Потому что если оказать давление на делегатов, съезд может выбрать кандидата, который в итоге наберет меньше голосов, чем тот, кто потенциально имел бы больше шансов. Съезд отражал определенные настроения нашего базового избирателя.

То есть вы считаете, что Добкин имеет больший рейтинг, чем Тигипко, я правильно вас понял?

Да.

Но социологические опросы доказывают как раз обратное. Тигипко хотя бы имеет шансы попасть во второй тур.

Социология – не совсем точная наука. У социологов есть такая шутка, что есть ложь, есть грубая ложь, а есть социология. Социологи очень часто ошибаются. И вот этот анекдот про охотников, когда один стрельнул слева от утки, другой справа: «Но ведь среднестатистически мы-то в нее попали!» - вот он отражает суть этой науки.

Если полагаться только на социологию, то тогда вообще не имело бы смысла проводить съезд.

Добкин имеет существенный недостаток: его категорически не воспринимают на западе и в центре Украины. И, в отличие от того же Тигипко, у него практически нет возможности наращивания рейтинга за счет других областей.

Вы абсолютно правы. Мы постоянно противопоставляем одного человека какой-либо части Украины. Пришел Ющенко – он был противопоставлен Юго-Востоку, пришел Янукович – был противопоставлен Западу. У нас всегда, учитывая наши культурные и языковые особенности, центральная власть не будет иметь поддержки половины Украины.

Как выйти из этого порочного круга?

Это вопрос долгих лет поисков путей к компромиссу. Нужен рост материального достатка, повышение политической культуры в обществе, терпимости. А самое главное – мы к этому можем прийти только окончательно минимизировав полномочия президента, для того, чтобы власть в Украине формировалась через парламент путем коалиций, баланса интересов и взаимного доверия.

Сейчас важнее, чтобы президент не объединял Восток и Запад, а закончил эту реформу и окончательно провел децентрализацию власти с передачей полномочий в регионы, а центральной власти – в руки парламента. И тогда этот человек войдет в историю, получив поддержку и Востока, и Запада.

Я уверен, что Михаил Добкин – мог бы стать таким человеком, если он победит. Если победит другой кандидат – я от него буду ждать таких же поступков.

 

Метки: Ахметов, отмыв, Партия регионов, Янукович