Туман над спящим

В середине 90-х годов Некопурчуки разменяли квартиру. К тому времени сын вырос, обзавелся семьей и двумя детьми, и трехкомнатная хрущевка на ул. Тельмана стала тесной. После обмена сын переехал на Победу, а родителям досталась двушка на улице Философской в старом двухэтажном доме. Квартира была запущенной, и ремонт обошелся в копеечку, зато места теперь было вдоволь.

Вместе с Маргаритой Павловной и Федором Константиновичем переехал и их пёс – сенбернар по кличке Викинг, вот уже десять лет как преданный хозяевам душой и телом. Однажды он даже спас старшему Некопурчуку жизнь, отбив его от своры собак и получив несколько травм.

Прыжок Викинга

В новой квартире радовала тишина, машины мимо проезжали редко, трамваи не гудели, однако именно тут навалилась новая напасть – бессонница, разбросавшая супругов по разным комнатам. Викинг, как и положено, остался с хозяином.

Спустя месяц после нашего вселения, - рассказывал позже Федор Константинович, - я заметил, что собака ведет себя странно, особенно по ночам. Часто воет или скулит, глядя на дверь. Благо, стены в доме были толстые, и соседей это не тревожило. Тут и так спишь плохо, а когда еще и пёс подвывает – совсем беда. Возил его к ветеринару, думал – может, что-то его тревожит, но Викинг оказался здоров. И даже клещей на своем теле не носил. Пришлось пойти на крайние меры – принимать снотворное.

Маргарита и Федор Некопурчуки жили счастливо и безбедно, пока не переехали в старую квартиру на Философской

Маргарита и Федор Некопурчуки жили счастливо и безбедно, пока не переехали в старую квартиру на Философской

Оно однажды чуть и не погубило домовладельца. Неизвестно, что на тот раз разбудило его среди ночи – чутье или же наставшая вдруг тишина, только он неожиданно открыл глаза и обмер. Стояла глухая февральская ночь, бледные лучи половинной луны скупо освещали комнату, гротескно вырывая из нее отдельные предметы. Один из призрачных лучей держал в фокусе фигуру Викинга, который молча, не дыша, стоял перед кроватью, глядя на хозяина светящимися в темноте глазами, как никогда перед тем на него не глядел. Приподнявшись на локтях, Федор Константинович запоздало понял причину такого взгляда: собака приняла стойку, готовясь к прыжку. И в следующий миг прыгнула, целясь ему в горло. Владелец едва успел перекатиться в бок, и клыки разорвали ему плечо. Несколько минут длилась схватка.

- Викинг, Вик! – пытался осадить пса хозяин. – Что с тобой? Это же я! Лежать! Фу!

Но привычные команды не помогали. Схватка грозила закончиться плачевно, кабы не жена, разбуженная криками. Влетев в апартаменты мужа, оттащила разъяренного, истекающего слюной пса от кровати и заперла его в своей комнате, где он тут же успокоился.

Картина в спальне мужа напоминала сцену из какого-нибудь дешевого фильма ужасов. Искусанные плечо и руки представляли сплошное месиво, и кровь залила всю постель. Приехавшей «скорой» пришлось повозиться, чтобы остановить кровотечение и наложить повязки. Уходя, врач посоветовал проверить собаку на бешенство – в случае положительного ответа покусанному предстояло пройти дополнительный курс лечения - сорок уколов в живот. Перспектива неприятная, но необходимая.

Когда настало утро, Викинга, скрепя сердце, повезли в ветклинику на обследование (причем в руки своему хозяину он упорно не давался, слушаясь только Маргариту Павловну), но анализы показали норму: никакого бешенства у собаки не было. И вообще в присутствии сторонних людей она вела себя адекватно, но стоило подойти к ней Федору, как она щерила пасть и рычала.

На всякий случай тот прошел обследование и сам – может, подумалось, какая-то внутренняя болезнь вызывает у собаки такую реакцию? Но тело его тоже оказалось в порядке, за исключением полученных ран.

Стало ясно – вместе с Викингом отныне не жить: рано или поздно загрызет. И как хозяева не горевали, как ни надрывали свою душу, в конце концов пришлось отдать любимца в питомник.

Тревоги лабрадора

Дом опустел, но ненадолго. Чтобы поднять настроение упавшим духа родителям, сын подарил им новую собаку – щенка лабрадора (Некопурчуки любили крупные породы). И жизнь вошла в привычную колею.

Щенок рос быстро, требовал заботы и внимания, и в какой-то мере смог заменить Викинга.
А в три месяца тоже взял привычку рычать и подвывать по ночам. Причем в комнате Маргариты Павловны или на кухне спал тихо, а возбужденно вел себя только в апартаментах своего хозяина. Не помогло ни освящение стен, ни рассыпанная по углам соль, ни вывешенный на притолоке чеснок, ни прибитая к дверям железная подковка. Тогда жена предложила поменяться комнатами – ей вдруг, пришло  в голову, что дело не в стенах, а в обитателях.

Переехали. И картина повторилась – то есть, теперь лабрадор рычал и скулил в той комнате, в которой спал хозяин. Стало ясно: что-то не так было именно с ним. Но что?

Поначалу взрослого щенка просто переместили к Маргарите Павловне, хотя проблемы это не снимало. Не давали покоя старые вопросы: почему Викинг вдруг ни с того ни с сего стылой февральской ночью решил загрызть своего хозяина, которому был предан без малого десять лет? Что изменило его собачью психику? Чего он пугался по ночам? И почему вдруг увидел в хозяине чужака?

У Маргариты Павловны на этот счет была своя версия: она считала, что муж однажды сильно обидел собаку, но не признается в том, и разубедить ее было невозможно.

Ночные бдения

Федор Константинович всю жизнь проработал расчетчиком и приучил себя к дотошности, поэтому решил во что бы то ни стало докопаться до причин таких изменений. В его комнате отныне горел ночник, и, просыпаясь среди ночи, расчетчик всегда внимательно обводил взглядом помещение, непонятно что рассчитывая в нем увидеть. Была даже мысль установить в комнате камеры слежения (вдруг бы они показали, к примеру, что он на старости лет стал лунатиком и выписывает по комнате странный променад ?), но священник отговорил его от этой затеи. По его словам, даже если в комнате и обосновалась нечисть, нельзя ничем привлекать ее внимание и выказывать любопытство, это только придаст ей сил. А подглядывание за собой через камеру тоже не сулит ничего хорошего, поскольку может породить зеркального двойника, высасывающего энергию.

Так это или нет, но Федор Константинович решил не рисковать, положившись на терпение и веру в то, что рано или поздно ночные бдения приведут к какому-нибудь результату. И он не заставил себя долго ждать.

Белесый двойник

Однажды – дело было в середине весны – он проснулся от неясного тревожного сновидения. И, открыв глаза, не понял, где находится. Все вокруг покрывал туман – плотный, белесый и слегка светящийся. Мелькнула даже мысль о похищении – вдруг его, спящего, вывезли за город и кинули в придорожной канаве? Но затем, сфокусировав взгляд, он понял, что туман разлит не везде, а только над ним. По бокам просматривались привычные очертания шкафов и кресел. Над телом же висела белесая дымка, повторяя его очертания, словно инородная тень. Как только он в замешательстве начал приподниматься, она дернулась и мгновенно словно втянулась в саму себя.

Тяжело дыша, бывший расчетчик сидел на кровати и пытался привести мысли в порядок. Что бы это ни было, похоже, что «оно» его изучало. И не на это ли туманное образование ночами скулил Викинг? Вначале, возможно, оно жалось к двери, и пёс выл на нее. А когда дымка зависла над хозяином, попытался ее прогнать, целясь вовсе не в глотку человека, а в средоточие инфернального пятна. И именно его в своем воображении рвало, когда кусало плечо и руки владельца. Но что это было?

Пьяный дух

Как ни странно, свет на природу явления частично пролили в наиболее приземленной и далекой от мистических пристрастий организации - ЖЭКе, куда обратились супруги  совсем по другому поводу. Там они узнали, что лет 20 назад в квартире проживала алкоголичка, которая однажды угорела, забыв выключить газ (а может, кто и помог ей отойти в мир иной).

- Кто знает, может, ей и на том свете не хватает выпивки? – пошутил сотрудник отдела, узнав о злоключениях хозяина. – Вот и возвращается.

И какое-то зерно истины в его шутке было. По крайней мере, Федор и сам был не прочь выпить на сон грядущий – теперь же в его голове засела мысль: не привлекал ли он этим к себе потустороннего духа безвременно погибшей (или убитой) пьянчужки?

Конечно, дымке можно было дать и иное, более рациональное объяснение (от обыкновенной галлюцинации до скопления испарений от дыхания спящего), и супруги, скорее всего, предпочли бы именно его, кабы не поведение Викинга, а затем лабрадора. Что касается белесой дымки, то ее Федор Константинович над собой больше не видел, но спустя три месяца умер.

Говорили, что сказалось напряжение последних месяцев, укусы Викинга, бессонница и ночной испуг – вот сердце и не выдержало. Он умер во сне, с распахнутым до предела ртом. И когда Маргарита Павловна зашла утром в комнату, ей показалось, будто от него что-то быстро шмыгнуло. Тень не тень, но что-то неуловимое, похожее на колебание воздуха.

***
Много воды утекло с тех пор. Маргарита Павловна, чтобы заглушить свое горе (а вовсе не из страха перед духом алкоголички, в которого она упорно не верила), переехала в другую квартиру. И никогда не упоминала о белесом пятне, изучавшем ее супруга или подпитывавшемся от него. Но иногда, когда накатывал особо острый приступ тоски, повторяла со вздохом: «Ах, если бы мы тогда съехали, если бы не отмахивались - Федя был бы жив». Но прошлое, увы, не изменить.

Метки: мистика
Loading...
Loading...