Реинкарнация атамана Курочкина

В номере газеты от 12 июля с.г., в разделе «Городские байки», мы привели легенду о зловещей кринице, расположенной в районе села Новомихайловка Томаковского района Днепропетровской области. Ее рассказчик, Николай Черепанов, проживающий в Днепре на проспекте Металлургов, 41, вспомнил интересные подробности, и то, какую роль эта криница и ее окружение сыграли в его жизни.

Скелеты в шкафу

Новомихайловка была маленькой живописной деревушкой, окруженной с одной стороны рощицей и длинной извилистой, как кишка, балкой, в которой так интересно было прятаться и играть, а с другой - редким полесьем и всхолмленной равниной с угодьями и пастбищами. За селом располагался ставок, в котором жители ловили рыбу и к которому водили скот на водопой, а детвора в жаркое время года от души купалась. А чуть дальше – узкая извилистая речушка без названия, пересыхавшая в особо жаркие месяцы. Словом, тишь да благодать. Потому родители с удовольствием отправляли туда на каникулы своих отпрысков, если только было к кому. У Николая Валерьевича в Новомихайловке проживали бабушка с дедушкой, и довольно часто в детстве он жил у них. Дед, Федоренко Николай Федосеевич, работал сельским врачом, обслуживая несколько деревень и слыл очень хорошим специалистом. По такому случаю он имел дома единственный в Новомихайловке телефон.

Николай Черепанов с женой Людмилой

Николай Черепанов с женой Людмилой

Сейчас этой деревни (а скорее, хутора) уже нет. По переписи населения в 2001 году ее население составляло всего 14 человек, доживавших свой век в окружении опустевших домов с заколоченными окнами и стылыми стенами. После того же, как умер ее последний житель (а всего в ней было 28 дворов-усадеб), ее перепахали под угодья, и Новомихайловка навсегда исчезла с карт страны, оставив лишь напоминание о себе в виде кода в КОАТУУ — классификаторе объектов административно-территориального устройства Украины – 1225481012.
Но хоть была эта деревня и маленькой, но со своими скелетами в шкафу.
- Рядом с Новомихайловкой, - вспоминает Николай Валерьевич, - располагалось два-три кургана и Большая криница с журавлем (механическим устройством для облегчения поднятия воды. – Авт.). Мы, дети, очень боялись той криницы и обходили ее стороной. Тем более, что она находилась недалече от «гробков» (так местные называли кладбище, которое раскинулось на одном из курганов). На те «гробки» я и глядеть боялся после одного случая. Как-то душной ночью (мне было тогда четыре или пять годков) я выскочил из дедовской хатенки по нужде, и мне померещилось (а может, так было и в самом деле), что наверху кургана мерцают какие-то огоньки, а им там мерцать вовсе ни под каким углом незачем. Тогда я так испугался, что даже трусики потерял, побежал, упал, рассадив при этом коленки, не смог в темноте найти вход в хату и в конце концов заорал, как недорезанный поросенок. На мой отчаянный вопль выскочила перепуганная бабушка (дед был на обходе по «околотку» - так он называл свой участок) и еле затащила меня в дом. А тут еще вдруг разразилась гроза, и я уснул только под утро.
Природу мерцающих огоньков никто, ясное дело, не взялся устанавливать. Может, туда слетелись светлячки, привлеченные некой добычей либо собравшиеся в одном месте для спаривания. А может, это кладоискатели дымили сигаретами на вершине могильника. Сторонники же мистической версии наверняка припишут странные огни душам захороненных в кургане людей, изредка выбирающимся на поверхность.

Месть содержанки

Напомним вкратце суть легенды, окружавшей «криницу». Касалась она атамана Курочкина, «гулявшего» в тех местах в 1918-1919 годах. Был он из местных жителей, привлекательный на вид, но больше о нем ничего неизвестно. Зато деяния его обрели печальную славу. Курочкин делал набеги на железную дорогу в районе станции Смоляной (она и сейчас существует, но под другим названием), но дальше 60 км от села, как правило, не отходил. И вот однажды он привез из очередного налета захваченную в плен барышню и сделал ее не просто наложницей, но практически женой, забыв после ее приезда о былых своих возлюбленных. Появление чужачки пришлось местным бывшим содержанкам Курочкина не по вкусу. К тому же, большая часть трофеев отныне оседала у нее. И они, покумекав, затеяли свести с ней счеты. Поначалу оскорбляли ее, травили, швыряли в женщину камни и подковы, надеясь, что она не выдержит издевательств и сама сбежит. А когда этого не произошло, решили действовать более жестко. Оставалось только дождаться удобного случая.

За этой рощицей располагалось село Новомихайловка, ныне распаханное под угодья

За этой рощицей располагалось село Новомихайловка, ныне распаханное под угодья

И вот однажды, когда атаман ушел в очередной поход, они утром выгоняли коров на пастбище и увидели ненавистную им барышню, которая шла на ставок искупаться под присмотром одного из подельников бандита. Удача сама шла в их руки, и они тут же решили ею воспользоваться. Увидев приближающихся к ней с вилами наперерез женщин, барышня бросилась бежать, они – за ней, беря в кольцо. Подельник, в обязанности которого входило охранять атаманскую диву, куда-то вмиг испарился. Возле криницы бабы настигли свою жертву и принялись колошматить белое тело атамановой содержанки.
От стыда, страха и боли горожанка громко закричала, а затем забралась на невысокий оголовок и бросилась в колодец. А перепуганные бабы разбежались в разные стороны и попрятались по домам, ожидая от Курочкина мести за смерть своей наложницы. Но им повезло: банда нарвалась на чей-то разъезд, Курочкин был тяжело контужен и, доставленный в деревню, несколько месяцев провалялся без сознания. А когда пришел в себя, стало уже не до разборок. Пришли большевики, и он прятался у дальних родственников на хуторках.
Но месть настигла участвовавших в расправе над барышней баб с другой стороны, откуда ее не ждали. Все они одна за другой приняли ужасную кончину.
- Одна утопла в ставке, когда полоскала вечером белье, - вспоминает Николай Валерьевич, - наутро ее нашли под корягой синюю-пресинюю. Другая погибла во время сильного ливня – ее якобы снесло потоком воды в балку. Третья и четвертая опрокинулись на лодке, переправляясь с коровами на другой берег, чтобы добраться до ярмарки. Причем, коровы спаслись, а вот обе товарки утонули, и их изуродованные тела обнаружили случайно в камышах месяца черед два. Пятая захлебнулась в кадушке (якобы поскользнулась и упала в нее вниз головой). Шестая погибла, ошпарившись кипятком из самовара, который ни с того ни с сего лопнул по шву. Седьмая сошла с ума, сама отправилась к кринице и утопилась. А восьмая участница подавилась рыбьей косточкой и скончалась в одночасье.
В народе распространилось поверье, что это утопленница так постаралась, и смерть восьми баб – ее рук дело (тем более, что все погибли от воды).

Рождение бандита

Эта история имела продолжение в 60-е годы. Началась она реалистично, продолжилась драматично, а закончилась мистическим образом.
Тогда в Новомихайловке жил еще один Курочкин – то ли родня атаману, то ли однофамилец, то ли реинкарнация атамана, - никто не знал. Звали его Степан, учился он плохо, в каждом классе оставаясь на два, а то и три года, еле окончил начальную школу (4 класса), после чего пошел работать в колхоз помощником тракториста, а именно сцепщиком. В его обязанности входило цеплять к трактору различные приспособления (сеялку, сенокосилку, жатку). Мать его, которую все называли Мотрей, работала на птицеферме, и Николай Черепанов, герой нашего очерка, прекрасно ее помнил. К тому же, ее хата стояла напротив дома, где обитали его дедушка с бабушкой. В деревне женщину почему-то считали ведьмой. Мужа она потеряла на войне, в дни оккупации жила в Запорожье, и, поговаривали, была любовницей полицая.
- Я неоднократно бывал в ее доме, - рассказывает Николай Валерьевич, - пока мой дед лечил ее от рака, и что меня поразило, так это злобные лики святых на развешенных в комнате иконах. Я очень боялся их, и они порой даже являлись мне в кошмарах.
Возможно, женщина в самом деле ворожила, поскольку в доме всегда был достаток, несмотря на отсутствие хозяина и постоянной работы. Но и расплата не заставила себя долго ждать, настигнув ее в виде неизлечимой болезни, а затем покарав и сына.
В 1956 году Степана призвали в ряды Советской армии, заслав в какое-то захолустье на Южном Урале, и с этого момента его судьба делает крутой вираж. Вираж, который в конце концов приведет его к той самой злополучной кринице.
Окончание следует

Любовь РОМАНЧУК

Loading...
Loading...