Проклятый рейс

Все авиакатастрофы в разной степени мистичны. Возможно, поэтому их причину мы практически так никогда и не узнаем. Формируются комиссии, со всем тщанием собирают останки потерпевшего крушение самолета, находят (или же нет) черный ящик, затем проводится длительное и скрупулезное расследование. И на этом – точка. Его результаты, как правило, никто не разглашает. То ли комиссии так и не приходят к какому-либо выводу, то ли вывод этот таков, что о нем лучше молчать, то ли кто-то запрещает называть причину крушения. Поднявшийся поначалу ажиотаж вокруг катастрофы утихает, постепенно о ней забывают, и уже никто не интересуется тем, в чем же тогда было дело и кто или что стало причиной трагедии. И лишь иногда правда (и то не вся) может всплыть на поверхность. Да и то большей частью по чистой случайности.

76841

Об одном из таких случаев рассказал бывший командир эскадрильи в Днепропетровском объединенном авиаотряде, заслуженный работник транспорта УССР, пилот первого класса Константин Проскура, в 1959 году перевозивший первую ядерную боеголовку на Байконур. Потом он неоднократно летал в Семипалатинск по спецзаданиям от «Южмаша». Имея за плечами 50-летний стаж (40 лет лётной и 14 лет службы дежурным аэропорта), он одно время также входил в комиссию по расследованию авиакатастроф на территории Советского Союза.
Спустя время после того, как утихли страсти вокруг сочинской авиакатастрофы 25 декабря 2017 года (когда в Чёрное море без всякой видимой причины рухнул взлетевший из аэропорта «Адлер» российский самолет Ту-154 с военными на борту), - Константин Федорович позвонил мне и сообщил, что однажды в этом самом районе, взлетая с того же аэродрома, он попал в сходную ситуацию и тоже едва не упал в море. Оказалось, что днепровский пилот неоднократно совершал посадки в сочинском аэропорту «Адлер», где попадал в разные передряги.
Вот что он об этом рассказывает.

Сочинский бора
- Первый раз я прилетел в Сочи зимой 1952 года, - вспоминает бывший командир Днепропетровского авиаотряда. – А потом летал туда на протяжении тридцати шести лет. В те времена на полет в курортный центр, где отдыхали многие влиятельные лица, надо было получить специальное разрешение из Москвы. Садились мы со стороны гор, так как приземляться следовало непременно против ветра. В этом были свои сложности. Надо было снижаться так, чтобы не задеть верхушку, а горы часто покрывались густым туманом. Чтобы снизить риск столкновения, на вершинах установили огромные бело-красные щиты с ограничителями – своеобразные маяки для самолетов. Но, несмотря на них, однажды все-таки случилась трагедия. В 1966 году украинский самолет, совершавший перелет из Львова в Сочи, на один метр зацепил вершину, ударился в нее и разбился, все пассажиры погибли. С тех пор запретили производить посадку с гор, а только с моря. Но в этом были свои проблемы.

 

За столь внушительный срок перелетов в Сочи днепровский пилот изучил местный аэропорт как свои пять пальцев. Аэропорт же имел свои метеорологические особенности, и довольно коварные.
- Каковы же они?
- Как правило, там всегда ветер дует с гор, - объясняет Константин Проскура, - это так называемый новороссийский бора. Он сбрасывается с огромной скоростью, до 60 километров в час, проходит через Красную поляну в ущелье, а уже внизу, у моря, стихает до 18 километров в час. Мы всегда при полетах его учитывали.
- Этот ветер, как я вычитала в Сети, после встречи с возвышенностью крайне неустойчив, меняет направление и силу и может вызвать кучу неприятностей.
- К тому же, хотя обычно взлетают против ветра, в Сочи нам приходилось совершать взлет с попутным воздушным потоком, - уточняет пилот. – Таковы особенности местности. Со мной, к примеру, в районе Сочи однажды вышел такой случай. Взлетели, самолет набрал пятьдесят метров высоты и вдруг без всякой, казалось бы, причины стал падать – как вскоре выяснилось, из-за встречного ветра не хватило подъемной силы. Не растерявшись, я отдал приказ: закрылки не убирать (они убираются после взлета, после набирания 100 метров высоты, и выпускаются при посадке), и мы пошли вниз, к морю, планируя сесть на воду. И только когда разогнались (это, к счастью, удалось раньше, чем самолет достиг поверхности воды), вновь стали набирать высоту. Это явление среди летчиков называется «сдвигом ветра». К сожалению, многие до сих пор никак не хотят его признавать в качестве главной угрозы при взлете и посадке и, соответственно, учитывать, а, как показывает практика, зря. О его появлении надо бы предупреждать пилотов синоптикам, но, увы.
- То есть, вас спас опыт?
- Не только, - смеется летчик. - Мистика, но лайнер зачастую ведет себя как живое существо, и если пилот его понимает, представляя себя с ним как одно целое, то самолет сам подсказывает ему, что делать в крайних ситуациях. Надо только уметь слышать. Помните, что кричал второй пилот упавшего в конце минувшего года в море ТУ-154 - «Закрылки,… чё за…!». И далее сообщает командиру, что самолет падает. Эта фраза многим непонятна до сих пор.
- И что же она означает? – интересуюсь.
- Что пилоты плохо знали свой самолет. И редко на нем летали. К тому же, впервые были в Сочи и не знали особенностей местности. Потому и не поняли, что произошло и почему.
- Иными словами, попали в «проклятое место»?
- Эту картину я вижу как наяву, поскольку сам в том районе попадал в похожие ситуации, - уходит от прямого ответа эксперт. - К катастрофе всё двигалось цепочка за цепочкой (словно всем руководил некий дирижер - Фатум). Если бы лайнер летел в Сирию без пересадок, полет прошел бы без эксцессов. Но пилоты решили дозаправиться в Моздоке. Моздок же в тот день закрылся из-за туманов, и пришлось сесть в Сочи, в аэропорту «Адлер». Заправились 100 тоннами горючего. Взлетели, взяв курс на Латакию. Скорость отрыва от земли составляет 300 километров в час. Набрав ее, самолет оторвался от взлетной площадки и стал набирать высоту. Через пару минут дошел до отметки в двести метров, и там его скорость неожиданно упала до 290 километров в час, из-за чего возник дефицит подъемной силы. По собственному опыту знаю, что виной тому был вовсе не предположительный отказ двигателя, как считали поначалу эксперты, а сильный поток ветра. Лайнер просто вошел в струю холодного потока, обрушивающегося с гор – того самого коварного бора, о котором российские пилоты ничего не знали

По мнению днепровского пилота Константина Проскуры, причиной большинства авиакатастроф является эффект «сдвига ветра», а также отсутствие мистического единения экипажа с самолетом

По мнению днепровского пилота Константина Проскуры, причиной большинства авиакатастроф является эффект «сдвига ветра», а также отсутствие мистического единения экипажа с самолетом

- И что бы вы сделали в такой ситуации? Или она безнадежна?
- Как только падает подъемная сила, надо немедленно прекращать набирать высоту и горизонтально разгоняться, пока скорость не достигнет положенной величины, - объясняет Константин Федорович. - Тогда есть шанс все же разогнаться и продолжить полет, либо уйти на посадку. И в том или ином случае спастись. Иными словами, при взлете предпочтение надо отдавать скорости, а не высоте. К сожалению, это правило часто не соблюдают. Если же не хватает подъемной силы (а она, как я говорил, появляется при скорости свыше 300 километров в час), то самолет начинает парашютировать с большой вертикальной скоростью. А если к тому же еще и перегружен, то хвостовая часть опускается вниз (именно хвостом российский лайнер, как мы помним, и ударился о поверхность моря). При таком режиме выпускать закрылки для посадки уже поздно – кричи не кричи. Как и жать на педали поворота руля, словно впереди некое препятствие. Всё происходит очень быстро, за считанные секунды. Наши днепровские летчики, часто летавшие в Сочи, справились бы с ситуацией (и не раз справлялись), у экипажа же ТУ-154 не было необходимого мистического единения с самолетом, когда летчик входит с ним в один режим. А без этого в экстремальных обстоятельствах (когда против тебя восстает местность и сам воздух) катастрофы не миновать.
Что ж, такова предположительная разгадка днепровским воздушным ассом одной из авиакатастроф, которая, как видим, тоже в какой-то степени не обошлась без мистики. Но это, конечно, капля в море.

Любовь РОМАНЧУК

Метки: мистика
Loading...
Loading...