Легенды старинного дома

Первый

Однажды, подходя к своему дому на проспекте Пушкина, я увидела стоявших у крыльца двоих мужчин. В последнее время это было не в диковинку: мы отчистили и реконструировали входную резную тяжелую дверь, покрыли ее лаком, а по бокам повесили два фонаря, после чего прохожие не раз замедляли около дома шаг, а некоторые даже снимали дверь на мобильник. Поэтому двое мужчин никакого удивления у меня не вызвали, и я уже собиралась подняться по ступенькам крыльца, когда моих ушей достиг их разговор:
- А ты знаешь, что было тут раньше? – спросил один из них, что постарше. И, не дожидаясь ответа, продолжил: - До революции, в XIX веке тут размещалась первая в городе еврейская библиотека, и даже совершались богослужения. А в начале XX столетия собирались оккультисты.
- Откуда информация? – поинтересовался спутник.
- В наших кругах об этом многие осведомлены, - неопределенно ответил знаток. – Этот дом вообще защищен оккультными силами, поэтому во время войны в него не попал ни один снаряд.
Естественно, я заинтересовалась услышанным, но когда, преодолев неловкость, на правах жильца обратилась к мужчинам, никаких иных подробностей от них не услышала. Мужчина только уверил меня, что информация абсолютно точная.
В моей же памяти сразу всплыли легенды, окружавшие старинное, с полукруглыми окнами, аркой и лепниной на фасаде здание под номером 37, выложенное из екатерининского сверхпрочного кирпича и увенчанное расположенными на кровле башенками. Хотя оно числилось на балансе центра охраны историко-культурных ценностей, никто не спешил придать ему хотя бы внешне пристойный вид, из-за чего фасад приобрел цвет разлагающегося трупа. Но это, как говорится, мелочи.
Первая легенда, онтологическая, относится к дате застройки, которая хранится за семью печатями.
По непонятной причине дом не значится ни в каких архитектурных анналах. О нем упоминал лишь екатеринославский список домовладений 1911 года, в котором констатировалось, что дом принадлежит домовладельцу М. Сурдулу и является доходным (то есть квартиры сдавались внаем жильцам). Что было весьма и весьма странно.
Моя бабушка, семья которой въехала в дом в 1921 году, когда он был отдан советской властью под заселение, говорила, что никаких квартир там не было, а весь второй этаж представлял собой три зала: две, разделенных лестничной клетью, имели прямоугольную форму и выходили окнами на проспект, а третий, огромный, обращенный окнами во двор, был П-образной формы, только П было с короткими ножками и очень широкой шляпкой. Воду носили из расположенной во дворе скважины с подкачкой, ее убрали только в 80-х годах минувшего века. Так что в 20-х годах жильцы сами возвели доморощенные перегородки, разбив дом на квартиры. Поэтому кому М. Сурдул мог сдавать внаем свой дом, остается загадкой. Возможно, в самом деле неким тайным оккультным силам. Но никак не жильцам.
О том же, когда дом был возведен, в Екатеринославским вестнике не говорилось ни слова. Во время выборочного ремонта в 1985-1986 годах мы обнаружили на его фундаменте, в крайнем правом углу, железную отбивку - 1815. Свидетельствовала ли она о времени постройки или являлась неким отсыльным знаком, неизвестно. Историки установили, что в первой половине XIX века эта часть территории была практически не застроена, а на углу нынешних пр. Пушкина (с нечетной стороны домов) и ул. Савченко располагался небольшой сад - «Немецкий». Даже на редкой фотографии от 16 мая 1925 года, запечатлевшей первый весенний матч в Екатеринославе на спортивной площадке общества «Сокол», на заднем плане видны только три дома: №33 (бывшее домовладение Розенберг), №35 и 37 (бывшее домовладение М. Сурдула), а никаких других нет.
«Судя по архитектурному стилю, это вторая половина XIX века», - предположил тогдашний начальник ГлавАПУ Сергей Зубарев, к которому мы с мужем обратились за помощью. И ничего больше добавить не мог.
Считалось, что до революции тут размещались какие-то курсы, но какие – загадка.
Вторая легенда, романтическая, утверждает, что именно в этом доме на пару дней останавливался Александр Сергеевич Пушкин во время своего пребывания в Екатеринославе в мае 1820 года. Но об этом – в следующем номере.
Окончание следует

Любовь РОМАНЧУК, кандидат филологических наук

Метки: городские байки
Loading...
Loading...