Игры призраков

Считается, что все свои проблемы, комплексы и болезни мы тянем из детства.

По крайней мере, Вадиму Солнышкину много лет не дает покоя история, приключившаяся с ним в школьные годы, объяснений которой он так и не нашел.

В 60-е годы он учился в школе №2, располагавшейся напротив старинной пожарной части,  дружил с двумя мальчиками – Герой и Пашей. Впоследствии именно из-за этой истории их дороги разошлись, и они так и не простили друг другу обмана, в котором каждый обвинял другого. Но не будем забегать вперед, а лучше дадим слово самому рассказчику.

***
В 1964 или 1965 году на советские экраны вышел фильм «Фантомас». Он произвел такое впечатление на всех,  особенно молодежь, что многие, обзаведясь подобными масками, принялись повторять подвиги его главного героя. Некоторые понарошку, а другие и всерьез. Нам тоже захотелось ощутить себя в шкуре фантастического супермена. Из резиновых мячей мы нарезали себе масок с дырками для глаз, напяливали их на головы, связав сзади шнурками половинки, и брали фонарики. Устроившись поздно вечером в засаде, поджидали одиноких прохожих, а еще лучше – девчонок, после чего выскакивали, приставляли фонарики к подбородкам и включали свет. Эффект получался поразительный. Подсвеченные снизу самодельные грубые маски выглядели еще более устрашающе, чем элегантная резиновая личина Фантомаса. Скольких мы перепугали до полусмерти, скольких сделали заиками, у скольких вызвали нервный срыв – Бог весть.

Вскоре нам показалось этого мало. В те годы в округе стояло много полуразрушенных зданий лицах Савченко, Комсомольской, Серова, Шмидта, Артема, Короленко. В одном из таких домов мы задумали разыграть свою драму. Предварительно рассказали одноклассникам увлекательную историю о былых обитателях этого дома, которые якобы убили и замуровали в стене своего ребенка, когда тот сильно кричал. А потом этот ребенок по ночам стал выходить из стены и преследовать родителей, пока не свел их с ума. Вначале мама убила папу кухонным топориком, а затем выбросилась из окна. По нашим словам, до сих пор в доме можно было видеть призрак замученного ребенка, который становился все бледнее и бледнее. Разумеется, все захотели увидеть его. Мы договорились встретиться в 10 вечера у заброшенного дома. А за оставшееся до встречи время с Геркой и Пашкой написали сценарий. Согласно ему, я и Паша должны были одеться привидениями, чтобы появляться в разных местах, имитируя огромную скорость передвижения, а Гера должен был выступать гидом, направлять компанию в заранее намеченные места и должным образом комментировать происходящее.

Наступил вечер. Выскользнув из дома, я пробрался к выбранному нами пункту. Я немного опоздал, Гера махал мне рукой со второго этажа развалюхи, а Паша, с ног до головы облаченный в белое, перепрыгивал со ступеньки на ступеньку. Я зашел внутрь и стал подниматься по полуразрушенной лестнице, время от времени окликая друзей. Но они молчали. Задрав голову, я видел Пашин силуэт, склонявшийся над перилами, но как только доходил туда, он поднимался выше. А на третьем этаже свернул вглубь помещений.

Вначале я злился, ведь мы договорились действовать вместе и пугать остальных, а не друг друга, а потом и сам испугался. Вокруг стояла непроглядная темень, от коридоров, идущих один за другим, исходили запахи сырости и чего-то ветхого, как на кладбище. Мой фонарик не загорался (то ли села батарейка, то ли полетело устройство), и я бродил с вытянутыми перед собой руками, не зная, что меня ждет впереди, и рискуя в любой момент сорваться с разрушенной кладки. Я звал, кричал, просил, умолял. Когда, устав бродить, я останавливался, впереди  возникал Павел и безмолвно звал за собой. Я послушно шел, но за поворотом он вновь пропадал.

Не знаю, как я выжил в ту ночь, как не сорвался вниз. Рассвет застал меня, совершенно изможденного и вконец перепуганного, сидящим под самой крышей у амбразуры. Еще один неверный шаг – и я полетел бы головой вниз. Не знаю, что помешало мне сделать это последнее роковое движение – предельная ли усталость, предчувствие или же просто случай.

Я был весь мокрый – от долгого бега и испуга, – а когда вернулся домой, мне еще попало от родителей. Вскоре я с ужасом заметил, что стал запинаться перед трудными словами, из-за чего со временем сделался нелюдимым, а рука, которую я поранил во время блужданий в потемках, уже не обладает прежней гибкостью.
Но самое интересное было не это. Когда на другой день перед уроками я подошел к своим друзьям за объяснениями, те, вместо того, чтобы просто извиниться, неожиданно стали отпираться. По их словам, их вообще не было в том доме минувшей ночью – девчонки, которых мы звали, сообщили, что в последний момент передумали, так что идти было незачем. Они и мне якобы сообщили об этом. И, по их словам, я сам ответил в телефонную трубку, что всё понял.

Я был в шоке. Чтобы лучшие друзья так подставляли меня! Мало того, что в ночь страшных блужданий, так еще и потом! Чтобы так нагло врать! Так глумиться! Я был вне себя. Я пытался их разоблачить, взывал к совести, но Паша и Гера стояли на своем: их там не было, и потому издеваться надо мной они никак не могли.
В конце концов мы разругались окончательно и дружить перестали. После восьмого класса они поступили в техникум, их родители получили новое жилье, и мы больше не виделись.

***
Неизвестно, как сложилась бы моя жизнь, не будь той ночи. Но, думается, определенно лучше. Я бы не заикался, по-прежнему имел бы друзей, не сторонился бы людского общества. Не женился бы на женщине старше себя и с ребенком, только чтобы не быть одиноким. И не забросил бы кисти и краски из-за поврежденной руки. Родители после того случая относились ко мне с подозрением, решив, что от меня можно ожидать всего, и всё внимание переключили на младшего брата, отписав ему впоследствии всё имущество.
Спустя двадцать лет наш бывший комсорг Леша Гуга решил собрать учеников нашего класса. До того мы ни разу не виделись. Нас разбросало, наши пути нигде не пересекались, да и особого желания видеться не было. А у Леши появилось. Он обзвонил тех, у кого не поменялся телефон, нашел в адресном бюро места жительства переехавших. И в итоге собрал большую часть, за исключением тех, кто подался в другие страны.
Во время этой встречи, проходившей во дворе школы, я впервые за долгие годы вновь увидел Геру и Пашу. Они располнели, облысели, во рту сверкали золотые коронки. Вновь вспомнилась давняя история, и я решил добиться от них правды. Ведь теперь, по прошествии стольких лет, казалось мне, нет смысла врать.
Мы отошли, и я пристал с расспросами. Гера и Паша в который раз пожимали плечами.
- Сколько раз тебе повторять, что нас там не было, - уверяли они. – Ну почему ты не веришь?

Я рассказал, чему стал свидетелем. Но они только посмеивались. Видимо, в свою очередь не веря мне. Мы говорили довольно громко, и, услышав обрывки нашего разговора, к нам подошла дама, в которой с трудом можно было узнать бывшую шалунью Наталью.

- Вы про тот дом, в который мы когда-то договаривались сходить посмотреть на призрак? – спросила она. А когда мы кивнули, продолжила: – А разве вам неизвестна его история? Из-за нее мы и отказались тогда от похода.

- Что за история? – поинтересовались мы.
И она рассказала. Незадолго до нашего мероприятия в разрушенный дом отправились поиграть двое ребят. Удалось им там получить удовольствие от игры или нет, неизвестно, только обратно они не вернулись. Все попытки отыскать их не увенчались успехом. Дети как в воду канули. Между собой взрослые говорили, что они по-прежнему пытаются отыскать из дома выход, а не найдя его, заманивают туда случайных прохожих. Дворник Степан, увидев как-то в амбразуре окна силуэты пропавших ребят, о чем он успел сообщить соседке, зашел внутрь и тоже не вышел обратно. С тех пор никто уже не предпринимал таких попыток.
Я слушал и не знал, чему верить. В глубине души я склонялся все же к версии розыгрыша со стороны своих друзей, в котором они даже сейчас не хотят признаться. А Наталья, возможно, им просто подыграла по их просьбе.

Но оставалась щелочка и для другого объяснения, которое порой, чаще по ночам, заманчиво шептало: а вдруг всё это правда, и на самом деле я тогда видел не Геру и Пашу, а бесследно пропавших в доме ребят? Ведь от них я не услышал ни слова, они просто молча заманивали меня вглубь, все дальше и дальше от выхода.
Остов этого дома сохранился до наших дней. В нем уже нет ни окон, ни дверей, ни полов, так что бродить по нему невозможно. Но живущие рядом люди говорят, что он по-прежнему вызывает страх, особенно по ночам, когда из его недр раздаются странные звуки, напоминающие то всхлипы, то стоны, то рычание. Может, конечно, то возятся в темноте бездомные животные, забредшие в брошенное всеми здание и ищущие из него выход. Но кто знает, канули ли в Лету его призраки?

Любовь РОМАНЧУК

Если вы были очевидцем или участником странного явления, если с вами приключилась необычная история, звоните по тел. (056) 374-34-27 или пишите на электронную почту: romanchuk@rambler.ru