Христовы слезы

плачущая-икона

Городские байки

После Отечественной войны 1812-1814 гг. многие города Российской империи наполнили калеки – воины или же мирные жители, получившие разного рода увечья. Потеряв возможность работать в поле, они потянулись в города, где условия выживания были более мягкие. Особенно много калек собралось в Екатеринославе, относительно новом городе, привлекавшем большими свободными территориями. Искалеченных войной тянуло к церквям, которые как могли помогали страждущим.

История сохранила такое предание.
Одной из активисток Троицкой церкви была Анна Игнатьевна Деева, проживавшая в деревянном доме на Воскресной улице (ныне – ул. Ленина). Ее супруг, коллежский регистратор екатеринославской полиции Афанасий Деев, в 30-х годах XIX века умер от старых ран. Вместе с матерью потерявшая кормильца вдова шила одежду для инвалидов и служителей церкви, перебиваясь с хлеба на воду. Известно, что сын ее Иосиф, женившись на сестре екатеринославского купца Давида Пчелкина, служил в казенной палате. Но матери не помогал, стесняясь такого родства.

Анна, сама обладавшая ограниченными возможностями (из-за болезни ног, обострившейся после перенесенных в связи с утратой любимого человека переживаний, она практически не выходила из дому), стала для убогих кем-то вроде матери Терезы. Она помогала им советами, по воскресеньям организовывала чаепития, учила терпению и доброте, подавая в том пример. Но наступил день, когда болезнь добралась и до ее рук, так что она стала не в состоянии держать в пальцах иглу, кормившую и ее, и мать. Беспомощно глядя на свои перекрученные суставы, Анна горько заплакала. А потом в сырой горнице с низким потолком принялась денно и нощно молиться перед иконой Иисуса Христа. А икона эта, надо сказать, была особой. Полутораметровый холст специально для ее мужа написал часто гостивший в доме Деевых весьма известный в те времена иконописец Елизар Плис, причем прототипом образа послужил сам коллежский регистратор, сильно страдавший от ран. Этим объясняется, почему выражение лица Спасителя получилось особенно скорбным.

Иконописец сделал еще ряд отступлений от канона: одной рукой изображенный по пояс Иисус указывал куда-то вперед (а не ввысь), другую руку прижал к сердцу, а возле обращенных вверх глаз мастер вкрапил две слезинки.

Вот из этих пририсованных капелек через неделю страстных молитв Анны проступили и стали скатываться уже настоящие слезы. Заметив накапавшую на пол лужицу, женщина подняла взгляд, после чего вскочила с колен и выбежала на улицу с криком:
- Мы спасены, Божий Сын заплакал.

И только потом сообразила, что ноги стали послушны ей, а руки больше не болят. Постепенно болезнь стала сходить на нет, вернув вдове возможность и себя обеспечивать, и помогать людям с увечьями.

Узнав о том, многие кинулись к вдовьему дому, чтобы своими глазами узреть чудо. Целую неделю комната полнилась людьми. Толпы любопытных запрудили квартал. Каждый пытался прикоснуться к чудотворным слезам, текущим по иконе. Несколько раз мокрое лицо Иисуса обтирали полотенцем, которое потом отжимали на раны калек и уверяли, что целительная влага затягивала многие язвы.

Слух о плачущей иконе наконец дошел до протоиерея Иоанна Кузьмича Герболинского, настоятеля Троицкой церкви. Наведавшись к женщине, он убедился в достоверности слухов, отслужил молебен и распорядился перенести икону в Свято-Духовскую часовню, а потом в алтарь Преображенского собора, причем вместе с полотенцем, которым Анна утирала «христовы слезы». Там икона, перед которой по пятницам читался акафист, простояла несколько десятилетий. Прикладываться к ней ездили из самых дальних мест, а саму ее не раз носили в крестных шествиях.

В начале ХХ века, после закрытия Преображенского собора, одетую в ризу икону перенесли в Свято-Троицкий кафедральный собор, поместив в большой деревянный киот. Говорят, она плакала еще несколько раз. И по-прежнему помогает исцелять увечных.

Любовь РОМАНЧУК,   кандидат филологических наук

Loading...
Loading...