Фантомы нерождённых

Минувшей весной я как-то сидела в очереди к неврологу, в рамках диспансеризации ради получения путевки в санаторий. Врача куда-то вызвали, и у кабинета собралась небольшая очередь. Между людьми, как это бывает, когда они надолго вынужденно собираются в одном месте, завелись разговоры. Сидящая рядом со мной женщина лет 75-78 поинтересовалась, какие проблемы мучают меня. А услышав ответ, горестно вздохнула.
- А у вас что? – вежливости ради в свою очередь спросила я. На медицинской карточке, лежавшей у нее на коленях, я прочла ее имя: Анна Дмитриевна Феденко.
- Бессонница, - ответила Анна Дмитриевна.
И рассказала историю.

На присланной мне на почту фотографии Анна Дмитриевна запечатлена со своими тремя детьми на море в Феодосии в 1964 году

На присланной мне на почту фотографии Анна Дмитриевна запечатлена со своими тремя детьми на море в Феодосии в 1964 году

Падшие дети

Всю жизнь, начиная с совершеннолетия, по словам женщины, ей снились дети. В реальной жизни она имела троих мальчиков, а еще один ребенок – дочка – умерла в младенчестве от коклюша. Но снились ей не они, а чужие дети, которых во сне она воспринимала как своих, хотя и удивлялась, откуда они вдруг взялись. Дети были разных возрастов, от грудничков до подростков. Иногда их бывало два-три, а иной раз – до десяти.
- Ладно еще, когда такие сны снились мне в молодости, когда я потенциально могла еще родить, - рассказывала женщина. – Но когда они продолжают сниться и теперь, когда родные дети давно выросли и обзавелись своими чадами, и никаких детей рядом со мной нет (внуки живут далеко) – согласитесь, это странно.
Мало того. Во сне с этими детьми всегда что-то происходило нехорошее, так что Анна Дмитриевна просыпалась если не в страхе, то с чувством необъяснимой тревоги. Вначале всё развивалось хорошо, какого-то ребенка она укачивала, в то время как остальные играли где-то рядом. Но затем сценарий начинал развиваться, как в фильме ужасов. То она вдруг спотыкалась и роняла грудничка в канализационный люк и затем бежала по городу в поисках другого люка, откуда бы ее ребенок мог выплыть. То другой, годовалый младенец, падал с пятого этажа, и она переваливалась через подоконник и тянула руки, чтобы его ухватить, но он ускользал, исчезая в мутной зловещей тьме. Третий тонул в речке, и она вновь и вновь погружалась в зловонную илистую жижу, чтобы разглядеть лежащий на дне трупик и вытащить на берег, где, возможно, еще удастся его оживить. Но дно не отдавало своих жертв. Некоторые же просто терялись в лабиринте комнат, и всю ночь она упорно и безрезультатно искала их, бродя по запутанному лабиринту и немея от запредельного ужаса. Всякий раз она просыпалась с мокрым от слез лицом и болью в сердце оттого, что в очередной не уберегла.
Поначалу она объясняла свои сны заботой о родных детях, которая во сне трансформировалась в различного рода страхи. Или как предчувствие того, что с ее детьми может что-то случиться наяву. А вот чем объяснить эти сны сейчас, было непонятно.
Как и следовало ожидать, с возрастом «детские сновидения» привели к бессоннице.
- Спать удается в лучшем случае часов от трех до четырех, не больше, - призналась пациентка. – Потом от очередного ужасного происшествия с вверенным мне ребенком я просыпаюсь, и заснуть больше не удается. Да, честно говоря, и страшновато.
Выслушав ее, я представилась, кем работаю и какую веду рубрику, и посоветовала, помимо врача, обратиться еще к какому-нибудь экстрасенсу, который занимается толкованием снов. И оставила свой телефон, чтобы помочь найти подобного рода специалиста. Но, видимо, он ей не понадобился, потому что женщина со мной так и не связалась.

Откровение экстрасенса

Прошло полгода или более того. И вот недавно на моем мобильном громко заиграла мелодия романса «Всё, что было, всё, что ныло, всё давным-давно уплыло», которая в исполнении Натальи Рожковой звучала в обожаемом мною сериале «Ликвидация». Этой мелодией у меня озвучивались звонки от неизвестных лиц, предупреждая, что, возможно, трубку поднимать не стоит. Думая, отзываться или нет, я в конце концов нажала кнопку ответа. Звонившей оказалась Анна Дмитриевна, о которой я уже успела подзабыть.
Она рассказала, что последовала моему совету, но экстрасенса нашла сама. Правда, обратилась к нему не сразу, а лишь когда выяснилось, что прописанные врачом средства не помогают. Естественно, мне захотелось узнать, чем закончилась ее история.
- Я расскажу вам в благодарность за совет и участие, - призналась Анна Дмитриевна. – Так вот, меня приняла женщина лет пятидесяти, небольшого роста. Очень приятная и мягкая, но с пронзительным взглядом. Таким, который, как говорят, проникает в самую душу. Встреча произошла в ее квартире. Никаких свечей, раскрытых старинных фолиантов на столе, зеркал, хрустальных шаров и прочей мистической чепухи, в которую я, признаться, совершенно не верю. Обычная обстановка. Только на комоде – несколько проволочных рамок. Как я поняла, для улавливания какой-то там тонкой энергии. Мы сели за стол, и она, выслушав мой рассказ, вдруг спросила, глядя мне в глаза:
«Скажите, сколько вы делали абортов?».
Я аж подпрыгнула от такой бестактности. Честно говоря, это было так давно, что я уже забыла. Задумавшись, насчитала около десяти. Плюс-минус. И это было не так уж много, одна моя подруга, к примеру, пережила около тридцати чисток. Ведь в наше время не было таких противозачаточных средств, как сейчас, вот и приходилось рисковать. Четверо детей пришлось родить, а куда же больше?
- Ну и что сказала вам экстрасенс? – избавила я ее от ненужных объяснений.
- Сказала, что это, скорей всего, души нерожденных детей приходят ко мне во сне и мучают упреками. Потому эти сны каждый раз так плохо и кончаются – ведь на самом деле так и получилось, что я их всех убила, пусть и не своими руками, но по собственному желанию. Тамара – так звали экстрасенса – сказала, что у эмбрионов появляется душа уже в самом зачатии, а не по прошествии нескольких месяцев либо при самом рождении. И они чувствуют боль точно так же, как живые люди. В конце концов она предложила для начала провести обряд инициации. Это когда незримым сущностям, приставшим к человеку, присваивается имя (а ведь мои нерожденные дети умерли безымянными, вспомнила я при этом), а затем – последовательность других обрядов: успокоения, задабривания, замещения и, наконец, изгнания или отдаления. Не стану описывать эти процедуры, так как Тамара просила не разглашать их, это ведь ее заработок. В общем, через неделю все обряды были окончены. После чего она посоветовала мне пойти в церковь и поставить за поименованных путем обряда нерожденных детей заупокойные свечки.

Ванечка

Наступило молчание, и я уже подумала было, что оборвалась связь.
- Алло, вы еще здесь? – спросила я у трубки, собираясь отключиться. Но трубка неожиданно ответила.
- Вы знаете, я последовала совету Тамары, - призналась Анна Дмитриевна, и мне почудились в ее голосе всхлипы. - Сходила в церковь, поставила десять свечек, попросила у всех прощения, еще и панихиду заказала. Честно говоря, не особо верилось, что поможет, однако, к моему удивлению, помогло. Может, всё дело во внушении, как уверяет меня муж. Была сделана установка, и мое сознание переключилось. Но мне кажется, дело в другом.
- Так или иначе, - продолжала она, - только куча детей во сне ко мне больше не приходит, но вот один, самый первый, задержался. С ним была особая история. Это был бы наш второй ребенок, и мы долго колебались, идти на него или нет, потом, несмотря на скудные средства и неустроенный быт (мы тогда еще жили в общежитии), решили сохранить плод, даже имя придумали: если родится мальчик, то будет Ванечкой, а если девочка – то Василисой. А потом у меня умерла мама, и я так переживала, что после похорон началось кровотечение. В больнице меня уверили, что есть угроза выкидыша, к тому же кровотечение и кислородное голодание приведут к тому, что, если ребенок и родится, то с дефектами. В конце концов, несмотря на большой срок (свыше трех месяцев), мы решили не рисковать и избавились от плода. Теперь я думаю, что это была ошибка. Вот Ванечка, видимо, и продолжает мне сниться. Говорят, что к трем месяцам эмбрион уже точно наделяется душой, хотя экстрасенс считала, что еще раньше. А тут мы ему и имя дали. Наверное, надо было в таком случае хотя бы похоронить его по-человечески, раз уж пошли на грех убийства. Но этого уже не исправить.
Наш разговор закончился, и Анна Дмитриевна, еще раз поблагодарив меня, отключилась. А я подумала, что, возможно, на самом деле никакой мистики тут нет, просто чувство вины бедной женщины перед нерожденными детьми, ушедшее далеко в подсознание, выплескивалось во время сна в облике детских призраков. Возможно, но не наверняка, ибо что нам известно о всех тайнах мироздания?

Кстати

У Дэвида Гойера есть любопытный фильм на эту тему, который так и называется: «Нерожденный». Он вышел на экраны в 2009 году и имел неплохие кассовые сборы. В нём страхи и затаенная вина женщины перед нерожденным ребенком обрамлены демоническим ореолом. А их виновником выступает диббук - демон, рвущийся прорваться в наш мир путем овладевания фантомом нерожденного ребенка.

Любовь РОМАНЧУК

Метки: мистика
Loading...
Loading...