Безумный влюбленный и канарейный скандал

RAAB_Vilgelmina_Ivanovna_1«ВИЛЬГЕЛЬМИНА РААБ – примадонна Мариинского театра. П. И. Чайковский посвятил ей романс «Канарейка» (op. 25 № 4, 1875)» - такие афиши зазывали екатеринославскую публику летом  1903 года.
К этому времени госпожа Вильгельмина уже завершила свою оперную карьеру и преподавала в Петербургской консерватории в должности профессора. Но душа певицы оставалась поющей и после того, как она попрощалась с  театром.
Биография певицы такова. Вильгельмина Ивановна Рааб  - русская (чешского происхождения) оперная, концертная певица (сопрано), вокальный педагог. Родилась в Аустерлице (ныне - Славков-у-Брна, район Вышков, Южноморавский край, Чехия) в семье музыканта. Училась игре на скрипке в Пражской, затем - в Венской консерваториях,  где обучалась также пению в классе А. Бухгольц-Фалькони. В 1869 году, переехав в Петербург, дебютировала в концерте Русского музыкального общества под управлением Э. Ф. Направника.  В 1872 году с большой серебряной медалью окончила Петербургскую консерваторию. В 1871-1885 годах - солистка Мариинского театра (дебют - Матильда в «Вильгельме Телле» Дж. Россини).  Критики утверждали, что В. Рааб обладала сильным, ровным во всех регистрах голосом мягкого тембра и обширного диапазона; её исполнению были свойственны лиризм и естественность сценической игры.  Партнёрами В.  Рааб на сцене были все вокальные звезды тех лет. Пела под управлением Э. Ф. Направника, А. Г. Рубинштейна. Её обширный репертуар включал 32 партии в 29 операх, сольные партии в симфонических произведениях.
Концерты В. Рааб были ориентированы на эстетов. Один из них – некто В. Кочевный, владелец  магазина музыкальных инструментов  и певец-самоучка, стал страстным поклонником Вильгельмины Рааб. Наверное, вчерашней оперной диве льстило внимание провинциального мужчины. Знала бы она, какие страсти бушевали в его музыкальной душе. В. Кочевный устраивал гастролерше бурные овации после каждого исполненного номера, дарил роскошные букеты цветов. И вот черед дошел до восточного романса «Канарейка» П. Чайковского на слова Льва Мея. Его содержание таково:

Говорит султанша канарейке:
“Птичка! Лучше в тереме высоком
Щебетать и песни петь Зюлейке,
Чем порхать на Западе далеком.
Спой же мне про за-море, певичка,
Спой же мне про Запад, непоседка!
Есть ли там такое небо, птичка,
Есть ли там такой гарем и клетка?
У кого там столько роз бывало?
У кого из шахов есть Зюлейка -
И поднять ли так ей покрывало?”

Ей в ответ щебечет канарейка:
“Не проси с меня заморских песен,
Не буди тоски моей без нужды:
Твой гарем по нашим песням тесен,
И слова их одалискам чужды...
Ты в ленивой дреме расцветала,
Как и вся кругом тебя природа,
И не знаешь - даже не слыхала,
Что у песни есть сестра - свобода”.

Экзальтированная натура В. Кочевного словно эмоционально подпитывалась восточной экзотикой произведения. Неизвестно почему, но он по-своему отреагировал на эту вокально-поэтическую миниатюру. Когда В. Рааб отпела последнюю ноту, некоторые зрители, нанятые за деньги В. Кочевным, начали выпускать в зал маленьких желтых птичек. Как оказалось – канареек. Скорее всего, одержимый поклонник хотел устроить этакий парад в честь певицы, по тому сценарию, когда выпускают белых голубей. Певица опешила, но старалась сохранять спокойствие. Неконтролируемые птички разлетелись по залу и отчаянно чирикали. Некоторые из них в порыве испуга свершили на головы публики конкретный туалетный ритуал. Одна из канареек вдруг уселась на голову самой В. Рааб и впилась коготками в ее прическу. Якобы даже клюнула бывшую солистку Мариинского театра в лоб. Другое желтоперое создание нахально прыгало по клавишам рояля. Аккомпаниаторша завизжала. Билетерши устроили между рядами погоню за неповинными птичками. Далее концерт продолжать было невозможно…
Вернувшись в отель, Вильгельмина Рааб открыла дверь своего номера и едва не грохнулась на пол: ее номер был заставлен клетками с канарейками и букетами цветов - подарками от безумного влюбленного В. Кочевного. Легенды гласят, что ночным поездом В.Рааб и ее аккомпаниаторша уехали из Екатеринослава.
Андрей ТУЛЯНЦЕВ,  кандидат  искусствоведения

Метки: Екатеринослав
Loading...
Loading...