Березовый капкан

Продолжение. Начало в номере от 27 октября

Антон Переярцев, несмотря на то, что успел застать Афган в 1988 году, а в 1998-м побывать в Косово,  в больнице лежал всего трижды: в детстве, когда ему вырезали аппендицит, в начале третьего тысячелетия с травмами после дорожно-транспортного происшествия, и сейчас, когда в протоке желчного пузыря  застрял камень. Антона Яковлевича готовили к сложной операции по его удалению методом тройного прокола (без разреза брюшины), а пока он ждал ее и сдавал анализы, вспоминал в столовой разные случаи из своей жизни.
Один из них касался той сферы, которую иначе как мистической не назовешь.

Пункт назначения

- Помните фильм «Пункт назначения» Джеймса Вонга, вышедший на экраны в 2000 году? – начал он в тот раз. – Там герой предсказывает авиакатастрофу, а точнее, видит ее в своем воображении, и уводит из салона нескольких человек. Самолет во время взлета в самом деле взрывается, и те, кто не поверили провидцу и остались в нем, погибают. Но суть не только в этом. Впоследствии смерть начинает забирать с собой выживших, причем в той самой последовательности, в которой они должны были погибнуть в салоне лайнера. Герои гибнут в результате нелепых случайностей – кого убивает током, кого затягивает в ванне петлей, кто погибает в пожаре, ДТП или от молнии. Однако эти роковые цепочки выстраивает смерть в соответствии со своим сценарием. Режиссер проводит мысль о том, будто всё, что совершается на Земле, загодя запланировано, и те, кто пытается нарушить выполнение этого плана и увернуться от предначертанной им судьбы, рано или поздно получают свое. Смерть не отпускает намеченных ею жертв. И фатализм ее, смерти, абсолютен. И вот с этим я готов поспорить.

И в доказательство этого привел приключившуюся с ним историю.

- В начале 2001 года со мной произошел такой случай, - рассказал Антон Яковлевич. - Я тогда работал инженером одного института, жизнь вел спокойную и размеренную, дети уже выросли и разъехались. И вдруг мне снится сон: я на огромной скорости еду по шоссе, обгоняя транспорт, на обочине дороги мелькают деревья, за которыми проглядывают поля, из чего я заключаю, что дело происходит за городом. Хочу остановиться, но не получается. Во время обгона очередного авто выскакиваю на встречку и лоб в лоб сталкиваюсь с огромным бензовозом. Последний кадр перед смертью до сих пор стоит перед глазами: перепуганное лицо водителя, рвущегося мне навстречу, жуткий удар кабин, лязг сминаемого металла – и огонь. Я даже заметил на обочине в одиночестве растущую там березу и успел удивиться: почему вдруг береза, редкость в наших краях, выросла тут? И пожалел, что огонь уничтожит и ее. А он таки уничтожил. Она вспыхнула, как спичка, и погасла. А я, умерев, причем испытанная мною во сне боль была почти физической, проснулся.

Сон в руку

Пациент сделал паузу, подождал реакции слушателей, отхлебывая супчика, а когда его поторопили, продолжил:

- Так вот. Проснувшись, я принялся анализировать сновидение. В нем всё было странно. Во-первых, за город на машине я, кроме дачи, в ту пору никуда не выезжал – незачем было. Да и дача находится сразу за чертой, почти что в городе. Во-вторых, я не был любителем быстрой езды. В-третьих, ни в какие аварии ни разу не попадал. К чему, думаю, такой сон? Ответ я получил на третий день, когда из Никополя пришло письмо (мой номер телефона поменялся, и родственники еще не успели узнать его). В нем мой дядя просил меня срочно приехать к нему. Его жена, тетя Люся, упала с лестницы и сильно ударилась головой. Думали – отлежится, и всё пройдет. Но, видимо, гематома задела кровеносный сосуд и давила на него, пока он не лопнул. Два дня назад ее увезли в больницу с инсультом, и предстояло принять решение: соглашаться на рискованную трепанацию, которая в случае благоприятного исхода гарантировала ей несколько лет жизни, или положиться на «авось» с риском умереть через пару месяцев. Таково было содержание письма. Дядя в детстве заменял мне отца – мой в раннем возрасте утонул в Днепре, причем тела его так и не нашли, – и я не мог отказать ему.

Антону Яковлевичу Переярцеву удалось переиграть фатализм смерти

Антону Яковлевичу Переярцеву удалось переиграть фатализм смерти

Отпросившись в работы на пару дней, я завел машину – «Тойоту» 1995 года выпуска – и выехал. Никопольская трасса хорошая, и на ней обычно развивают хорошую скорость. Но, помня еще довольно ярко свой сон, я не стал спешить, хотя время и поджимало. Больше 80-ти мой спидометр не показывал. На обгон тоже, за редкими исключениями – только когда трасса была совсем пустой, а идущий впереди транспорт еле плелся - я не шел. Словом, вел машину с крайней степенью предосторожности, без конца держал в прицеле в зеркальце заднего вида, зыркал глазами по сторонам и не спускал ногу с педали тормозов. И вдруг мой взгляд выдергивает впереди из череды деревьев березу. Наверное, ничего другого в тот момент я бы не испугался больше, нежели этого белого изящного деревца. Оно было точь-в-точь таким, каким приснилось мне несколько дней назад, – тонким и немого хилым от выхлопных газов. А тут еще откуда ни возьмись наполз туман. Сердце подпрыгнуло в груди и пропустило пару ударов. «Ну уж нет», - подумал я и еще больше сбавил скорость, чтобы наверняка проехать это место без проблем. И тут случилось непредвиденное.

Словно кто-то посторонний вцепился в руль…

Давно покончив с едой, люди не расходились, желая дослушать историю до конца. В их числе была и я, хотя бок сильно болел, а о том, чтобы присесть, не могло быть и речи.

- Я почувствовал, что руль резко вильнул в сторону – наверное, я так засмотрелся на березу, что потерял бдительность, - продолжал рассказчик, пересев на подоконник, словно позируя. – Но эта мысль оказалась ложной. Ибо как я ни пытался выровнять руль, у меня ничего не получалось. Впечатление было такое, словно кто-то посторонний вцепился в него, взяв на себя управление, и упорно выкручивал баранку вбок. Через пару секунд я таким образом, вопреки своей воле, оказался на встречной полосе, а напротив увидел, как вы наверняка уже догадались, знакомую ярко-оранжевую тушу бензовоза. Все было, как в моем сне. Но поскольку я был как бы предупрежден и потому скорость держал малую, а при выезде на встречку тут же сбросил газ и начал торможение, - удар, которого избежать было никак невозможно, оказался смягченным. Водитель тоже успел немного притормозить, и его бензовоз смял лишь половину капота моей Тойоты. Даже стихами вышло, - улыбнулся Антон. – Понятно, в больницу я все же попал – оказались сломаны три ребра и рука плюс сотрясение мозга, но – выжил. А вот тетю спасти не удалось, она умерла через две недели. Царствие ей Небесное, - и он символично поднял стакан с компотом.

Нечисть шалит

Конечно, мы выпили за тетю. Но Антон Яковлевич на этом свой рассказ не закончил.

- Но вот что самое интересное, - остановил он уже собравшихся было расходиться по своим палатам пациентов. – Потом я узнал, что место рядом с этой березой, в самом деле роковое. В больнице один дальнобойщик рассказывал мне, что знающие водители резко сбрасывают, не доезжая до него, скорость. Говорят, что там любит шалить некая непонятная сила, то ли души погибших «водил», то ли бог знает что. В минуты озорства нечистая сила предварительно напускает на местность белесый туман и затем, перехватывая на себя управление, выводит машины на встречную полосу, и вывернуть руль назад совершенно невозможно. Объехать это место, увы, никак нельзя, остается лишь надеяться на удачу и собственный опыт. И молиться, чтобы пронесло. Это место так и прозвали – «березовым капканом». Иногда говорят – «белесая пядь», намекая на частые перекрывающие видимость туманы. Говорили, будто несколько лет назад шоферы, которым часто доводилось ездить этой трассой, специально посадили там это деревце, чтобы отметить опасную зону и видеть ее издалека.

- Вот и получается, - заканчивает Антон Яковлевич свою мысль, - что благодаря сну я в 2001 году избежал смерти и до сих пор жив, вопреки логике фильма «Пункт назначения».

Любовь РОМАНЧУК

Метки: мистика
Loading...
Loading...