Несгибаемый. Часть 4

Начало в номерах за 15, 22, 29 сентября
Новый 2015-й год Юрий Лазаренок встретил в Стахановском ИВС. Один из сотрудников изолятора вручил ему две пачки сигарет, по куску сыра и колбасы, пачку чая. А главная роскошь – пачка сахара. Среди подарков для «укропа» оказались также зубная щетка, паста, махровое полотенце и мыло «Камэй». Вот такой праздник вдали от дома...

3

Жена Татьяна стала первой, кому Юрий позвонил по дороге домой

Прокисшая баланда и «кости мамонта»

- Кормили по-прежнему одной баландой, которую к тому же наливали в грязные баки, где она очень быстро скисала, - вспоминает Юрий. - Счастье было, если кто-то давал чуть-чуть чесночка или приправы от «Мивины» - с ними можно было съесть любую гадость. Раз пять-шесть привозили хлеб для ополченцев ЛНР – кое-что и нам перепадало. Ведь сухари они есть не хотели – балованные, все им по первому сорту подавай... А вот российские сигареты из так называемой гуманитарной помощи были с плесенью – курить  их было просто невозможно! Консервы «Карась в томате» мы называли «кости мамонта» - там только юшку хлебушком можно было вымокать и съесть... Изолятор временного содержания был рассчитан примерно на 50 человек, однако сидело в нем человек 150-200. Время от времени задержанных за мародерство выводили на работы по разминированию. Их строили во дворе и объявляли: нужно разминировать посадку, вернутся не все. А те, кто останутся в живых, будут свободны. И слово свое надзиратели держали. Меня постепенно стали допускать до уборки помещений. В комнате невозврата нашел бритвенные станки – привел себя в порядок. Разрешали смотреть иногда телевизор – там даже пару украинских каналов было. А когда меня перевели в другую камеру, судьба свела с заместителем Александра Беднова «Бэтмена» (читайте «Несгибаемый. Часть3» - Авт. ) – Сергеем Коноплицким. Мне, Слава Богу, удалось избежать пыток, а вот его конкретно пытали – вроде бы люди из какого-то российского следственного комитета.
Как сообщает сайт http://pravda-voiny.ru/p, Сергей Коноплицкий  (позывной «Маньяк»), по сообщениям свидетелей, исполнял «черные приказы»: избавлялся от трупов, пытал людей, выбивал показания из заключенных. А в конце августа нынешнего года на сайте http://lugradar.net появилась информация, что Сергей Коноплицкий, вместе с четырьмя другими участниками банды «Бэтмен», приговорен властью т.н. ЛНР к 12 годам тюремного заключения. В одной камере Лазаренок и Коноплицкий просидели несколько месяцев. Юрий вспоминает, как они вместе прятались под нарами от обстрелов, которым часто подвергался ИВС. Один из надзирателей выдал заключенным молитвенники «Для настоящих парней, защищающих Новороссию» -   «Отче наш» оттуда пришелся как нельзя кстати. Серьезные обстрелы продолжались с конца декабря до середины января – взрывы от «Градов» были буквально под окнами...
- Общаясь с Коноплицким, я наблюдал, как он постепенно избавляется от эйфории, связанной с рождением «Новороссии», - рассказывает Юрий Лазаренок. - Он поначалу честно служил этой идее, а его – мордой об асфальт, причем свои же. На своей шкуре узнал, что такое этот «русский мир». И произошла ломка сознания. Мне он говорил: «Юрец, я у них прошу: дайте мне пистолет с одним патроном – только не мучайте! Я там такое на себя подписываю...». Видно, у лнровцев скопилось немало «глухарей», которые нужно было на кого-то повесить...
Примерно тогда же, под Новый год, Юрию улыбнулась удача: одна из молодых заключенных, выходя на свободу, пообещала связаться с помощью социальных сетей с племянником Лазаренка. Вскоре надзиратели ему шепнули: мол, твои уже знают, где ты, только никому не ляпни. Будут заниматься обменом. Жена Юрия тем временем тоже продолжала его поиски. Позже Татьяна признавалась: «Я как  видео перед «расстрелом» посмотрю, где ты прощаешься, так тебе и грожу: я тебе дам -  прощаться!». Дома Юрия к тому же ждали сын, который сейчас служит на контрактной основе в 79-й бригаде. И взрослая дочь. Еще спустя какое-то время лнровцы обрадовали Юрия тем, что он появился в интернете в реестре военнопленных. Так родилась реальная надежда на спасение.
- На улицу меня по-прежнему не выпускали – даже когда я нес выносить мусор после уборки, меня сопровождали «менты», - вспоминает Юрий. - Во время обстрелов тоже нас никто выпускать не собирался. Тюремщики говорили: мы сами, мол, пойдем в бомбоубежище, потом вернемся – вас пересчитаем. А допустить, чтобы 150 убийц, насильников и мародеров разбежались по всему Стаханову, мы не можем. К концу моей отсидки в ИВС было процентов 60-70 россиян, а остальные – местные. Такой разгул преступности был вполне объясним: ведь работы с приходом к власти лнровцев в Стаханове практически не стало. Предприятия остановились – вот люди и шли либо в ополчение, либо воровать. Меня убеждали: когда ты, мол, вернешься в Украину, тебя там сразу посадят – как изменника Родины. Я соглашался: хорошо, буду сидеть, зато жена будет передачки носить. Они продолжали: а нам к вашим нельзя – нас сразу же на вашем блокпосту порежут... Один меня спрашивал вполне серьезно: а правда, что если у вас на русском кто заговорит, тому – конец? Я на это отвечал: ты что, головой стукнулся? А я с тобой на каком говорю? Украина – свободная страна. А он не верит...

«Когда увидел печенье «Дніпро» - расплакался...»

2

Юрий Лазаренок с родителями. Наконец-то дома…

У одного россиянина Юрий Лазаренок поинтересовался – как там дела у соседей? Он ответил, что многие из тех, кто уехали в Россию, постепенно стали возвращаться в Украину. Там оказалось полно переселенцев, работы нормальной нет, зарплата упала – появилось много дешевой рабсилы. Разнорабочие получали около 24 тысяч рублей, из них половина уходила на оплату коммунальных услуг. А остального хватало, грубо говоря, только на макароны, если у тебя есть к тому же семья и дети...
- В середине февраля мама Рита в очередной раз передала мне харчи – полный «атбшный» пакет с овощами, мясом, салом, пряниками, - рассказывает Юрий Лазаренок. -  Когда я увидел печенье «Дніпро», расплакался... Другими «презентами», как обычно, поделился с сокамерниками, а про печенье сказал: извините, мол, пацаны – это не делится. Когда рецидивисты узнали о том, что меня так опекает сама мама Рита, очень удивились. А под вечер  приехал российский спецназ в балаклавах, экипированный «от и до», все  ростом как на подбор - не то, что местных казаки в папахах. Выстроился ивсовский «генералитет», Дремов встал навытяжку. А мне связали руки, на голову надели мешок. Сначала думал – опять расстреливать. А после того, как аккуратно погрузили в машину, понял, что все-таки везут не на расстрел – иначе бы не церемонились.
Юрия привезли на какой-то блокпост, где он в холодном помещении просидел до утра. Было слышно, что находится он недалеко от передовой – шли обстрелы. Наутро Юрия опять-таки с мешком на голове посадили в джип. Предупредили: «Мы едем к твоим друзьям из Украины, не переживай». Позже выяснилось, что в деле его спасения немалое участие приняли российские волонтеры, у которых были друзья на Луганщине.  Тогда, 14 февраля, Юрию в первый раз почти за полгода дали в руки телефон: в День влюбленных он набрал номер жены... Сказал: «Таня, я живой-здоровый, еду домой». В ответ услышал плач: «Приезжай скорее...»
Продолжение следует
Юлианна Кокошко.

Метки: АТО, война
Loading...
Loading...