Мученики науки

Ежедневно десятки и сотни животных погибают в лабораториях во имя науки. Можно ли решить эту проблему? По мнению ученых Днепропетровского национального университета, пусть и частично, эта проблема решаема

Подопытными бывают и люди

Братья и сестры наши меньшие – то есть зверушки, птички, рыбки  и даже букашки - тоже не прочь попрактиковаться на нас и испытать на прочность наше терпение. Это я понял еще в  детстве. Однажды  знойным июньским днем я готовился к экзамену по геометрии и размышлял, с какого именно градуса угол теряет свою остроту и становится тупым. И вдруг в раскрытое окно влетела большая жирная муха и стала кружить по комнате, совершая мыслимые и немыслимые пируэты. При этом насекомое, понятное дело, отвратительно жужжало. Какое-то время я просидел под мухой, надеясь, что она опомнится и покинет комнату. Я даже шире распахнул окно и жестом пригласил незваную гостью убраться вон. Но цокотуха никак не отреагировала на это и продолжала свой бессмысленный полет. Я еще подождал. Потом еще и еще. Но муха – такая сволочь – все жужжала и жужжала, точно издевалась надо мной. Экспериментировала!

Эксперимент проводят Профессор Ляшенко В.П. и доцент Никифорова Е

Эксперимент проводят профессор В.П.Ляшенко и доцент Е.Никифорова

Моё терпение лопнуло! Я закрыл окно и начал охотиться за летуньей.  Потратил на это часа два. Но муху все-таки поймал. В огромных фасеточных глазах насекомого, увы, не было и проблеска вины.

- Ну что, отлеталась? – торжествующе обратился я к пленнице и стал медленно отрывать ей лапки и крылья…

Больше никто не летал.  Но и мушиный опыт не прошел зря. Я понял, что терпение и выдержку можно тренировать. С помощью мух. Такие тренировки оказались весьма полезными, что подтвердила строка из школьной характеристики: «Его трудно вывести из равновесия…»

Учителю геометрии на экзамене я, должно быть, напоминал потерявший всякую остроту угол в 270 градусов. Так что полученная «тройка» меня вполне устроила. «Зачем мне эти алгебра с геометрией, когда пойду на биофак?», - подумал я тогда. Ну и пошел…

Будущих «скелетов» ловили на площади

Игнат Бошков дорожит каждой крысой

Игнат Бошков дорожит каждой крысой

Студенты-биологи – исследователи по определению. Это я понял еще на первом курсе. В сентябре мы поехали на уборку картошки, и там моя сокурсница Наташа обнаружила в поле подраненного грачика. Уж очень он ей понравился. Просто насмотреться на него не могла. А утром приходит эта Наташа с перевязанной рукой.

- Что случилось? – спрашиваю.
- Да вот - грачика препарировала и порезалась, - ответила девушка.

Наташу очень интересовало, что там внутри у этой птички. Святое дело! Правда, лабораторные работы по изучению анатомии и физиологии животных были еще впереди. На одной из таких лабораторок мы должны были сделать скелет, чтобы понять, из каких костей он состоит.

-  Но из кого делать эти скелеты?
- Кого поймаете, из того и сделаете, - полушутя отвечали преподаватели.

Будущих «скелетов» мы ловили на площади Ленина областного центра. Это были голуби, которые, ничего не подозревая, клевали себе брошенную бабушками хлебную крошку.

Мы сели на скамейку рядом с бабушками и тоже стали приманивать голубей хлебом. А когда птички подошли достаточно близко, мы накинули на них сеть. Очень это бабушкам не понравилось, и они едва не пришибли нас своими палками.

- Фашисты! – кричали они нам вслед, но мы с добычей уже были далеко.

Еще, конечно, страдали от студентов лягушки.   Их пускали на суп, посредством которого первокурсников посвящали в «настоящих биологов». Дескать, кто лягушатины не попробовал, тот не биолог. Но несчастных земноводных использовали еще в самом жестком учебном эксперименте: «спинальная лягушка». Препаровальной иглой студенты разрушали головной мозг амфибии, после чего ее опускали в кислоту. Лапка уже безжизненной лягушки дергалась, что подтверждало: рефлекторная цепочка замыкалась не на головном, а на спинном мозге.

Впрочем, чаще всего, правда, уже не в учебной, а в научной работе, использовали крыс, кошек и кроликов.

Эксперименты над  животными заменили компьютерными моделями

Галина Задорожная - сначала теория!

Галина Задорожная: сначала теория!

Вообще-то опыты над животными проводят с древнейших времен. Лягушки, мыши, кролики и прочие лабораторные обитатели всегда рассматривались учеными как обычное сырье для опытов. Препарирование живых существ  часто входило в программу обучения будущих работников медицины и ветеринаров. Животных использовали и продолжают использовать для проверки действия лекарств, сигарет и пищевых добавок сомнительного качества.

Признаюсь, что, работая  лаборантом в НИИ биологии ДГУ, я лично обезглавил (разумеется, исключительно в научных целях) немало подопытных крыс. Делалось это самым  зверским способом: голову животному просто отрезали большими ножницами. Варварство! И в 1979 году Международная Ассоциация против болезненных опытов на животных учредила Всемирный день защиты лабораторных животных, который отмечается ежегодно 24 апреля. В этот день практически во всем мире проводятся акции протеста, направленные на отмену опытов над животными. Но как их не проводить?

Каким образом сегодня обучать студентов?

- В учебных целях лабораторные животные сегодня не используются, – отвечает на вопрос «Вечерки» доцент кафедры физиологии человека и животных ДНУ Галина Задорожная. - Формат проведения всех лабораторных работ за последние десять лет пересмотрен и сформирован таким образом, чтобы исключить острое экспериментирование на животных. В научно-исследовательских работах используются в основном крысы, поскольку по физиологии они близки к человеку.

Подопытных грызунов выращивают в виварии днепропетровского агроуниверситета или привозят из столичного питомника. Стоимость крыс колеблется в пределах от 15 гривен до 25 долларов за штуку (в советское время крыс выращивали в Ленинграде и стоили они как бутылка водки – 3,60-3,80 в  рублях – Авт.). Кардинально изменилась и процедура умерщвления животных. Сначала их вводят в состояние наркоза и только потом «казнят».

Ну а в учебной практике эксперименты над живыми объектами стараются заменить компьютерными моделями. Но, как признают специалисты, иногда такая замена сказывается на качестве образования.

Свою жизнь за науку отдают кролики, крысы, морские свинки и обезьяны

- Для проверки медпрепаратов чаще всего используют кроликов и крыс, - рассказывает студент ДНУ Игнат Бошков. – Иногда очень тонкие эксперименты проводят на обезьянах. Правда, такие дорогостоящие опыты практикуют, как правило, в Европе и в США. В Украине подобные эксперименты делали в Харькове.

Но не зря же жертвуют своими жизнями подопытные грызуны?

- Конечно, нет! – отвечает доцент  Галина Задорожная. - Можно вспомнить знаменитый пример с талидомидом. Как известно, в 60-х годах прошлого века это седативное снотворное средство получило огромную популярность, пока не выяснилось, что применение препарата зачастую приводит к появлению детей с врожденными уродствами. Последующая экспериментальная проверка такой реакции проводилась на морских свинках. Их, разумеется, тоже жалко. Но это все-таки не люди.

Сегодня «экспериментальные животные» помогают днепропетровским ученым изучать влияние на организм магнитных полей, последствий радиации, потребления некачественной воды и т. д.

Доцент кафедры ФЧЖ ДНУ Елена Хоменко изучает патологию желудочно-кишечного тракта. Опять же, на крысах. Сколько же грызунов необходимо для  достаточной чистоты эксперимента?

- Мы работаем совместно с Институтом гастроэнтерологии Национальной академии медицинских наук и стараемся делать так, чтобы количество подопытных животных было минимальное, - констатирует кандидат биологических наук Елена Хоменко. - Сначала тщательно отрабатываем теоретическую часть  и только потом экспериментируем на животных. Так что чистота опыта подтверждается минимумом крыс – до десяти особей.

Услышанное порадовало. Ведь то, что для нас наука, для животных – жизнь. И хотелось бы, чтоб каждая такая жизнь  братьев наших меньших не была потрачена напрасно. Кто с этим поспорит!

Александр Разумный

ВОПРОС В ТЕМУ

Почему только животные?

Сегодня множество общественных организаций обеспокоено судьбой лабораторных (и, разумеется, не только) животных. Но почему только их? А есть ведь еще, например, насекомые. Кто знает, что думают они о своих исследователях? Как те же мушки-дрозофилы относятся к генетикам всех времен и народов?

Но есть еще и растения. По мнению некоторых специалистов, они тоже способны испытывать определенные «эмоции». Быть может, со временем наше общество станет настолько гуманным, что возьмется защитить вообще все живое на планете?

- Я не исключаю такой возможности, - отвечает нам доцент кафедры физиологии человека и животных ДНУ Галина Задорожная. - Сейчас стараются позвоночных животных заменить беспозвоночными и всячески минимизировать страдания. Но потом, возможно, придумают, чем и кем можно заменить и их. Мы же действительно  очень мало знаем о том, как переносят боль те, кого условно относят к не слишком высокоразвитым существам.

Метки: животные, наука. опыты
Loading...
Loading...