Горькая, но правда

Непростая, а отчасти даже болезненная процедура переименования Днепропетровского академического театра русской драмы им. М. Горького (о чем свидетельствуют бурные общественные слушания по этому поводу) породила горячие дискуссии на тему личности самого Алексея Пешкова, творившего, как известно, под броским псевдонимом. В «черные списки» Института национальной памяти, и как следствие – под действие «Закона о декоммунизации» Горький попал прежде всего из-за своей нелюбви к украинскому языку, который назвал «наречием». Где и как назвал? Об этом на своей странице в Фейсбуке написал советник городского головы Днепра по делам национальностей и связям с религиозными общинами, активный общественный  деятель Олег Ростовцев. Для начала он привел текст того самого письма.

Максима Горького и Владимира Винниченко рассорили взгляды на языковой вопрос

Максима Горького и Владимира Винниченко рассорили взгляды на языковой вопрос

“Уважаемый Алексей Александрович, я категорически против сокращения повести «Мать». Мне кажется, что и перевод этой повести на украинское наречие тоже не нужен. Меня очень удивляет тот факт, что люди, ставя перед собой одну и ту же цель, не только утверждают различие наречий — стремятся сделать наречие «языком», но ещё и угнетают тех великороссов, которые очутились меньшинством в области данного наречия.При старом режиме я — посильно — протестовал против таких явлений. Мне кажется, при новом режиме следовало бы стремиться к устранению всего, что мешает людям помогать друг другу. А то выходит курьезно: один стремится создать «всемирный язык», другие — действуют как раз наоборот.А. Пешков. 7/V — 26. Sorrento”.

А дальше Олег Ростовцев приводит текст открытого письма Владимира Винниченко Максиму Горькому, из которого мы приведем несколько цитат – на языке оригинала, то есть на украинском.

«Кільки місяців тому назад прочитав я про одного Вашого листа до руських письменників. Зміст того листа був такий... наївний, кумедний і образливий для Вас, що я не надав йому віри, тим паче, що надруковано було про його в білогвардійській руській пресі. В тому листі Ви жалілися руським колегам, що знаходяться дурні та злочинні люди, які в’явили собі ніби українське «нарєчіє» є справжня мова і на цій підставі переслідують руську мову, руську культуру та руських людей на Україні.

Але в цих днях я довідався про такий факт. Один із членів Української Академії Наук звернувся до Вас із проханням дозволити перекласти на українську мову Ваші літературні праці. Ви на це відповіли, що дивуєтесь, для чого люди намагаються з «нарєчія» робити мову і, не вважаючи цю штучну вигадку за потрібну кому-небудь, не дали дозволу на переклад. Розуміється, нічого нового і особливого в цьому факті немає, громадянине Горькій. У Вас склалося собі переконання, що українська мова не є мова, а «нарєчіє». Що тут такого особливого, неймовірного чи страшного?

Здається, нічого. Кожен може мати собі свої переконання. А тим часом, громадянине Горькій, тут є і особливе, і неймовірне, і навіть страшне. Не те, М. Горькій, що Ви вважаєте українську мову за «нарєчіє». Ви можете собі вважати, що Дніпро впадає в Москва-ріку, — від цього Дніпро в Москва-ріку не впаде і ніякої географічної пертурбації не станеться. І не з страху за українську мову я пишу до Вас оцього одвертого листа, а з цікавости до того громадського явища, що Ви його викрили оцим невинним слівцем «нарєчіє». В цьому слові, громадянине Горькій, — цілий політично-національний світогляд. В йому ціла історія взаємовідносин двох слав’янських народів. В йому багато страждання, насильства, зла, громадянине Горькій. Початок історії цього слова припадає до історії всієї імперіялістично - колоніяльної політики руського царизму на Україні. Воно та ще слівце «Малоросія» служили тією димовою завісою, під якою Москва, Санкт-Петербург і навіть Петроград впродовж кількох століть експлуатували і руйнували український народ матеріяльно і духовно.
Ні, не нове це Ваше філологічне відкриття, громадянине Горькій! Ще в 1876 році один із сатрапів царського уряду, міністр Валуєв, цілком, як Ви, формулював його: «Никакого украинского языка не было, нет и быть не может». А на доказ цього видав закон, що не дозволяв (точнісінько як Ви) видання на українській мові яких будь літературних праць. Так що етнографи мусіли записувати народні українські пісні латинською або французькою мовою. (...) Але сталося чудо, неймовірне, фантастичне чудо, громадянине Горькій: створили таки вороги цілий народ, з окремою мовою, окремою історією, з окремою культурою! (...)

А Ви самі, громадянине Горькій, коли з того бурєвєстніка визволення поневолених народів, що були колись на Капрі, перевернулися на смішного, анахроничного чорного ворона валуєвщини, коли мали відвагу закрякати оте старе-старе «Не было, нет и быть не может», то майте ж мужність, хоча б ув ім’я того ж таки будівництва нового світу, так само голосно і сміливо навести ті дані та мотиви, що призвели Вас на це».

Жаркие обсуждения переименования днепровского театра уже докатились до столицы

Жаркие обсуждения переименования днепровского театра уже докатились до столицы

Действительно, тот факт, что украинский народ – это народ, обладающий своей уникальной культурой, традициями, мировоззрением, сегодня в доказательствах не нуждается. В 1991 году Украина обрела политическую независимость, а после Революции Достоинства в 2013 году мы наконец-то стали обретать и ощущать себя как нация – в полном смысле этого слова. Украинский язык давно является государственным, по всей стране, в том числе и в Днепре, открыто огромное количество украинских школ. Дети, которые в них учатся в нашем регионе, как правило, свободно говорят как на украинском, так и русском языках. Ведь если опять-таки говорить о Днепре, здесь русский язык является родным для подавляющего большинства населения. Да, в украинском театре одного актера «Крик»  - всегда аншлаги, в чем, разумеется, огромная заслуга того, кто его создал – народного артиста Украины Михаила Мельника. Однако точно такие же аншлаги и в театре «Верим!», коллектив которого дает свои спектакли на русском. Да и театр им. М. Горького, пока еще – театр русской драмы, тоже, слава Богу, не пустует. Так значит, дело все-таки не в языке, а в том, есть магия творчества или ее нет? И было бы, согласитесь, странно, если бы сегодня, мы, следуя за Алексеем Пешковым, начали отводить малозначительную роль «наречий» другим языкам и утверждать право на жизнь и развитие только лишь государственного. За что же тогда, как говорится, боролись? Впрочем, ведь и Максим Горький был, нужно сказать, не такой уж стопроцентный монстр и мракобес, и об этом тоже говорили участники общественных слушаний в театре. Нельзя списывать со счетов такие его наполненные глубокой жизненной философией произведения как «На дне», «Сказки об Италии», «Жизнь Клима Самгина». А в заключение приведем еще несколько цитат – на этот раз из поста в Фейсбуке на тему опять же переименования театра им. М. Горького нашего земляка, ныне – столичного журналиста Владимира Кацмана. - Я в этот театр ходил с подростковых лет, тогда, когда  многие революционеры из всего творчества Горького знали лишь “Песню о Буревестнике”, да и то путались в словах. Знал я и закулисье, горжусь, что молодым журналистом писал о спектаклях и людях этого “очага культуры”, дружил (и по сей день вспоминаю!) с его великими подвижниками культуры - актерами и режиссерами. Не помню, чтобы когда-либо его творческий коллектив - а были разные коллективы - пропагандировал ненависть, рознь,  человеконенавистничество. Даже под именем Горького.  Не имя Горького, а высокий идеал человечности, любви, веры определяли (уверен, что и сейчас определяют) жизнь театра, любой драмы - русской, украинской, любой!

Я вообще-то и к Горькому отношусь весьма критически - особенно к некоторым его биографическим поступкам и действиям, но писатель он был если и не великий, то выдающийся. На месте - оно, конечно, виднее...Наверное, все другие культурные да и не очень культурные проблемы в городе уже решены. Хотя до столицы вот доносятся слухи: мол, на старом проспекте Кирова была горячая вода и отопление, а на новом проспекте Поля - горячей воды нет и в домах по + 15. Может, клевещут... Как по мне, пусть бы  было много разных театров: русских, украинских, еврейских, польских... Да любых!.. И имени кого угодно - лишь бы талантливо рассказывали о нашей жизни. И в театрах было бы тепло, просторно, светло - как и в квартирах».

Юлианна Кокошко

Метки: переименование, театр имени М. Горького
Loading...
Loading...