Заложница экономических провалов

Отныне из нашей жизни исчезают копейки. Точнее, почти исчезают, потому что из шести разменных монет прекращается выпуск четырех

 

Мало кто знает, что при введении гривны в сентябре 1996 года определяющим фактором, который мы учитывали при установлении масштаба деноминации 1 к 100 000 (обмена карбованцев на гривны), была необходимость появления в обращении монет как частей гривны. Это было очень важным в условиях, когда наши зарплаты и цены измерялись сотнями тысяч и миллионами, а граждане боялись появления каждой купюры большего номинала.

К тому же, монеты являются элементом завершенности денежной системы. Если хотите – определенным компонентом уверенности граждан в национальной денежной единице.

Украинская гривна не раз демонстрировала длительные периоды стабильности. В первые годы функционирования гривны ее можно было обменять в банках стран Запада. Каких-то 189 копеек было достаточно для приобретения доллара, а один нидерландский гульден длительное время равнялся гривне.

Сотые и десятые части гривны, более двадцати лет верно служившие нам и сопровождавшие гривну, с сегодняшнего дня исчезают, а монеты в основном становятся только металлическим вариантом гривны, забыв о своем главном назначении – быть частями, «сотами» гривни.

Мне понятны мотивы, которыми руководствовался НБУ, принимая соответствующее решение. С момента введения гривны цены выросли в 14,5 раз, и чеканка монет стала значительно дороже их номинала.

 

Очень жаль, что наша гривна не раз становилась заложницей провалов экономической политики. Но этого уже не вернешь. Важнее и больше беспокоит другое – небо над гривней до сих пор не стало безоблачным. А оно должно стать безоблачным.

Виктор Пинзеник

Народный депутат, экономист

Новое Время

 

Loading...
Loading...