Юродивый партии

Чечетов

Чечетов. Знаю, его не любили. И было за что. Над ним смеялись. И по делу. Многие его презирали. Наверное. Он автор кучи афоризмов типа "развели как котят", он дирижировал депутатскими голосованиями, он помогал оболванивать "региональный" электорат, он врал журналистам в лицо. Все это да-да-да.

Я знала его лично. И давно. Бывший препод возглавил Фонд госимущества. Слабый и тщеславный. Он родился в один день с моим отцом, даже дефект речи Чечетова напоминал мне об отце. Наверное поэтому я так и не смогла презирать его так же сильно, как коллеги. Я просто видела эту слабость, готовность озвучивать, готовность превратиться в клоуна ради какой-то цели. Таким вызывающим поведением он канализировал ненависть к партии власти. Он стал юродивым. Это осознанный выбор. Затравили юродивого. Свои же затравили.

Страшный шаг. Для того, чтобы сделать такое с собой, нужна сила. Сила отчаяния. Для того, чтобы ждать, когда такое сделают с тобой, тоже нужна сила. Сила обреченности. Наверное отчаяние победило обреченность. Графологическая экспертиза и честное следствие, если такое будет, покажет. Это не изменит результата. Нет больше юродивого. Не расскажет он уже о приватизации в начале нулевых. И Валентина Семенюк, тоже возглавлявшая Фонд госимущества, уже ничего не расскажет. Два самоубийства бывших руководителей ФГИУ. Двое из пяти.

Я знаю, мало кто симпатизировал Чечетову. Знаю. Я и сама стала такой. Большая коррупционная машина перемолола слабого человека. Знаю, это не оправдание. Я и не предлагаю оправдывать. Просто прошу - меньше дерьма, хотя бы сегодня пусть будет меньше дерьма в его адрес.

Нам это все равно никак не поможет, а его душе и так предстоят неслабые мытарства.

Яна Мойсеенкова
главный редактор журнала Фокус

Метки: суицид, Чечетов