Рой Зеленского, или Острая концептуальная недостаточность

Прошли съезды основных участников парламентской кампании, и уже ясно, что новая Верховная Рада обновится весьма существенным образом. Политическая плесень не в тренде. Другое дело, что некоторые проекты – это и есть проекты плесени.

 

Для новых же, которые сделали ставку почти исключительно на тех, кто не дискредитирован связями с прошлыми созывами, неизбежно наступит тревожный период. При отсутствии годами налаженных партийных механизмов, дозированно поставляющих свежую кровь и смешивающих ее с кровью бывалых, авральный набор кадров обрекает на неприятные открытия. В «Слуге народа» рассказывали о кристально чистых кандидатах, чья история в социальных сетях при ближайшем рассмотрении оказывалась тщательно подчищена. А у кого-то биография действительно чиста, но во власти из таких все дерьмо, может, и полезет, искушения огромны.

 

Даже если все неофиты окажутся лапочками, замечательными специалистами, непроницаемыми для любой коррупции, тут другая проблема: очень непросто выстроить из них мало-мальски эффективную команду. Американский консервативный обозреватель Уильям Бакли-младший как-то заметил, что скорей доверил бы управление Соединенными Штатами первым четырем сотням абонентов из телефонной книги Бостона, чем профессорам Гарвардского университета. Пребывание в экспертном пузыре, оторванность от реальной жизни, амбиции, уверенность в своей исключительности, неумение и нежелание работать в команде – все это может похоронить самый расчудесный депутатский список.

 

Одновременно с этими проблемами морального и технического характера серьезным фактором будет нескрываемая неприязнь со стороны тех, кто мучительно не хочет покидать обжитую политическую сцену. Новым будут активно гадить старые, уже гадят. Самолюбие людей, у которых оно зашкаливает, страшно уязвлено: профессиональные политические команды в борьбе за президентский пост лихо обставила команда «Квартала 95», «комики». К успеху Зе! добавляется отличная динамика «Голоса» Святослава Вакарчука, где тоже отказались от услуг бывших политиков, за редкими исключениями. Такое не прощают.

 

Для Владимира Зеленского, между там, демонстративное противодействие системы, насколько можно наблюдать, является важным бодрящим стимулом. Он и его люди чрезвычайно серьезно закусились с «системными» (как раньше говорили, например, с «солнцевскими»), и для них общественные задачи непосредственно сопряглись с личными: выиграть, значит, выжить. И когда Зеленский, смеясь, отвечает, почему не ездит на работу, как его киногерой, на велосипеде: «Да вы что, меня же застрелят!» - это простая констатация жутковатой реальности. Игры закончились.

 

В новых обстоятельствах, когда кругом фарисейство и подставы, возрастает и без того немалая в жизни Зеленского роль ближнего круга, творчески-бизнесового ядра студии «Квартал 95», ушедшего с ним в политику. В определенном смысле он такой же продукт студии, как студия его продукт. И проект «президент Зеленский» - тоже коллективное творчество, с момента рождения идеи и до сих пор. Владимир важная, ключевая часть этого роя друзей, но ни он без них, ни они без него не функционируют, это коллективное президентство, пока в самом безобидном смысле. Они все вместе, подтягивая новых людей, которые приносят недостающие компетенции, пытаются организовать достойный выход из задницы, авантюрный поход в которую сами себе организовали.

 

О том, насколько жопа окажется жопой, по признанию Зеленского и Шефира, они представляли лишь процентов на десять. Осознание масштаба проблем, с которыми пришлось столкнуться, приходит с каждым новым днем президентства, но Вова упрямо твердит: «Я хочу», - опережая вопрос: «Может, ну его?»

 

Коллективный ум президента сосредоточен на создании образа неклассического главы государства, выстраивании будущих законодательных опор и тактическом отпоре недругам. Все это неотложные вещи, за которыми, похоже, не хватает времени, сил, а, может, и осознания крайней необходимости для самих себя продумать и зафиксировать основополагающие вещи. Например, Владимир Зеленский увлечен идеей информационного противодействия России и продуктивного влияния на украинцев, оставшихся на оккупированных территориях. Но кроме множества технических вопросов, эта задача упирается в содержательную часть, а та, в свою очередь, в концептуальную. Украина, которая пытается достучаться до людей, находящихся под Россией, - это что за страна? Почему ее вообще нужно слушать? Чем она отличается от той, что пять лет не очень пыталась достучаться? А Россия – это что? Как с ней быть? Сегодня, завтра, послезавтра? С кем там взаимодействовать, как, а с кем никогда?

 

Это вопросы, которые выходят далеко за рамки проблемы контрпропаганды и составляют, в общем, суть украинской политики. Разговора по сути от Зеленского пока не слышно, хотя он был бы чрезвычайно уместен еще на этапе активной кампании. «Государство в смартфоне» - прекрасная фишка, но фишки не заменяют целостных концепций. Его президентство все еще выглядит, будто в нем отсутствуют важные детали, как недостроенное лего.

 

Есть риск, что, уйдя в режим работы вторым номером, исключительно реагируя на действия оппонентов, пусть даже новаторски и остроумно, новая президентская команда утратит инициативу, и повестку будут определять другие, те, у кого она есть. Это будет равносильно проигрышу, точно – сигналом о его начале. Поставить свои цели и задачи и вынудить страну им следовать, вопреки колоссальному сопротивлению, куда сложнее, чем выдернуть Порошенко на стадион или распустить Раду. С острой концептуальной недостаточностью «слугам» нужно что-то делать, если они намерены что-то делать всерьез.

 

А выпьем давайте за то, чтобы смена лиц действительно обернулась качественным изменением страны, не так, как в предыдущий раз.

 

Налил и немедленно выпил – Леонид Швец

Контракты

http://kontrakty.ua/article/137661?fbclid=IwAR2gBytbT6nti68rDaPFzCESN35bVIJJX6kDAE-WX6jvAiiU-wQJO7apMAE