Почему «Правый сектор» бросил вызов президенту

А у Петра Порошенко не осталось иного выбора, кроме как адекватно ответить на него

Президент отреагировал на события в Мукачево еще в воскресенье, 12 июля. Причем вполне радикально по форме: созвал на понедельник Военный кабинет в рамках СНБО. Во время заседания Военного кабинета 13 июля президент был достаточно решителен в своих заявлениях. Так, Петр Порошенко многозначительно отметил, что рост напряжения на линии соприкосновения на Донбассе странным образом синхронизировался с попыткой дестабилизировать ситуацию в глубоком тылу, в тысяче километров от фронта, где появились люди с тяжелым вооружением.

Порошенко также считает, что во время войны попытки дестабилизировать ситуацию являются мощным ударом по обороноспособности государства, и власть обязана этого не допустить. «Это дискредитация настоящих патриотов Украины. Ни одна политическая сила не должна и не будет иметь никаких вооруженных ячеек. Ни одна политическая организация не имеет права обзаводиться банальными криминальными группировками», – заявил он.

По итогам заседания глава государства дал радикальное распоряжение МВД, СБУ и другим правоохранительным органам разоружить все незаконные вооруженные формирования. Тем самым «силовики», во всяком случае – на словах, получили карт-бланш на разоружение ПС в соответствии с принципом «если враг не сдается…»

14 июля – первый день действия этого карт-бланша, «момент истины» для ПС, «силовиков» и самого президента – тем более что пресс-служба «Правого сектора» уже официально заявила, что определение «незаконные воинские формирования» к ним не относится.

«Картина маслом»

Представьте себе, что некоему обобщенному «кремлевскому пропагандисту» (которого у нас традиционно ассоциируют с Дмитрием Киселевым) поставили бы задание государственной важности, подкрепленное бюджетом в десятки миллионов долларов, которое необходимо реализовать в канун годовщины гибели малазийского «Боинга».

Мол, необходимо наглядно продемонстрировать, что украинская власть не контролирует ситуацию в стране, а силовики – в зоне АТО; что в Украине огромное количество неучтенного оружия, которое бесконтрольно расползается по стране, а радикальные националисты несут в себе угрозу не только Донбассу, но и Европе.

У Запада не должно остаться сомнений в том, что в Украине отсутствует как правовая система, так и политическая воля, что делает невозможным не только выполнение Киевом минских соглашений, но и элементарное соблюдение прав человека в стране, а под угрозой находятся не только русские, но и представители других меньшинств.

Разница между мысленным экспериментом и реалиями состоит лишь в том, что все произошедшее в Мукачево – продукт исключительно местной «самодеятельности», состоявшейся без заранее расписанного сценария и абсолютно бесплатно. Однако и «внешние», и «внутренние» последствия «мукачевского инцидента» абсолютно идентичны. Как в случае виртуального кремлевского коварства, так и в случае реального отечественного беспредела.

Последствия уже наступили

Можно вполне понять беспокойство отечественного МИДа насчет того, что эхо стрельбы в практически приграничном Мукачево отразится на перспективах получения Украиной безвизового режима: у европейских «украиноскептиков» появился еще один аргумент против.

Так, Венгрия уже в воскресенье 12 июля вполне предсказуемо и демонстративно усилила охрану совместной границы. Нет сомнений, что Будапешт уже готов к политическому использованию данного инцидента, произошедшего с участием депутата ВР венгерского происхождения в районе компактного проживания этнических венгров.

Весьма недвусмысленную «вводную» сделал в понедельник 13 июля глава представительства ЕС в Украине Ян Томбинский, заявив об исключительном праве государства на использование оружия и поддержание правопорядка.

Однако проблемы с безвизовым режимом и европейскими соседями можно отнести к среднесрочным последствиям событий в Мукачево. А вот с точки зрения «перетягивания каната» вокруг минских соглашений кремлевский тезис о том, что Киев не контролирует свои вооруженные формирования в зоне АТО, сразу же в глазах местной пропаганды получил яркое и наглядное подтверждение.

Более того, стало абсолютно ясным, что президент Петр Порошенко не сможет выполнить взятые на себя перед Ангелой Меркель и Франсуа Олландом обязательства (последний раз – во время тройного телефонного разговора 10 июля) по учету статуса Донбасса в новой Конституции.

В ситуации внутренней дестабилизации еще менее вероятным стал прямой диалог Киева и мятежных территорий. Разумеется, изначально эту тему активно продвигала Москва, но в последнее время на позиции, близкие к российским, перешли как Берлин с Парижем, так и Вашингтон. И вновь у Кремля появился вполне убедительный повод списать невыполнение минских соглашений на Киев.

Кроме того, нет сомнений в том, что с особым вниманием за развитием событий вокруг Мукачево наблюдают «региональные элиты», для которых, наряду с выборами в черниговском мажоритарном округе, исход «мукачевского инцидента» станет важнейшим ориентиром для ставок на октябрьских местных выборах.
Переход количества в качество  

Хотя «мукачевский инцидент» и выходит своим масштабом за рамки всех предыдущих эксцессов с «Правым сектором», но развитие событий шло по уже привычным лекалам: ПС объявляет об акциях протеста, вплоть до расправы с представителями власти, затем проходит информация о мобилизации всех батальонов и всеукраинском характере акции, после чего на фоне несоответствия заявленных и реальных масштабов акции происходит информационный «откат».

В то же время в период «нагнетания» появляется разнообразная информация о переговорах лидера ПС Дмитрия Яроша с высокопоставленными представителями власти. В результате «Правый сектор» выходит из ситуации моральным победителем, сохраняя реноме параллельного власти силового центра, а Дмитрий Ярош подтверждает свой имидж независимого ни от власти, ни от законодательства (включая Конституцию) лидера партийных вооруженных формирований.

Вопрос лишь в том, что власть (например, в лице Администрации президента и МВД) неплохо осведомлена о реальных возможностях ПС и лично Яроша, а потому – степень компромисса или вообще отсутствие такового диктуется чисто политическими соображениями.

В данном конкретном случае «мукачевский инцидент» уже нанес как Украине в целом, так и официальному Киеву в частности, тяжелые имиджевые потери. И от решительности АП, СБУ и МВД зависит, не перерастут ли они в катастрофические. Вплоть до полной делегитимизации центральной власти в период политической и финансово-экономической турбулентности, да еще и накануне местных выборов.

В этом и состоит особенность нынешнего эксцесса по сравнению с предыдущими – ПС (осознанно, неосознанно или в качестве инструмента в чужих руках – это второй вопрос) бросил вызов действующей власти в самом широком смысле этого слова. У власти, фактически, не остается выбора: любой компромисс будет истолкован как капитуляция президента и «силовиков» перед незаконными воинскими формированиями.

К ситуации, в которой у власти не оказалось альтернативы решительным действиям, привела подчеркнутая демонстративность действий ПС и их многочисленность:

приезд в Мукачево колонной джипов, маркированных символикой ПС;
публикация официальными представителями ПС в социальных сетях сожженных гранатометами милицейских машин с поддержкой действий однопартийцев и угрозами в адрес правоохранителей;
признание Дмитрием Ярошем участников перестрелки в Мукачево членами ПС, отказ отдать приказ о сложении оружия;
объявление всеукраинской акции протеста с установкой блокпостов возле крупных городов, временным перекрытием ряда трасс и заявлениями о введении досмотра грузовиков и автобусов на Житомирской трассе;
объявление о мобилизации всех батальонов ПС и сборе их в Киеве, оставление батальоном ПС («ДУК») позиций в зоне АТО (во всяком случае – судя по заявлениям);
пикеты в ряде городов, включая Киев, где акция проходила под Администрацией президента, а также замена во Львове флагов ЕС на флаги ПС.

При этом в какой-то момент Дмитрий Ярош и другие лидеры ПС начали делать примирительные заявления: о том, что акции – исключительно мирные, подкрепления в Закарпатскую область не перебрасывались и т.д. Однако это не снимает вопроса о необходимости жесткой реакции власти.

Также достаточно мягко отреагировал на ситуацию, с опозданием на двое суток, глава СБУ Василий Грицак: «Есть неоспоримый факт, на который государство обязано отреагировать, прежде всего – погибли люди, есть раненые. Необходимо не допустить дальнейшего кровопролития, не допустить жертв. Это самое важное. Мы в постоянной связи с руководством ПС, ситуация стабильная. Решать проблему необходимо с учетом позиции всех сторон. Продолжения боевых действий мы не допустим».

Судя по всему, глава СБУ предлагает «Правому сектору» компромисс: события в Мукачево будут рассматриваться как локальный эксцесс отдельных членов ПС, который не имеет отношения к самой организации. Если это так, то власть выбрала путь фактической капитуляции перед боевыми организациями национал-радикалов.

Дмитрий Джангиров

политический консультант

Метки: АТО, Дмитрий Ярош, перестрелка в Мукачево, Петр Порошенко, Правый сектор
Loading...
Loading...