Чем страны, подписавшие ассоциацию с ЕС, отличаются от «неподписантов»?

yaduha_234_01

Автор: Виктор Ядуха, Росбалт

Чем страны, подписавшие ассоциацию с ЕС, отличаются от "неподписантов"? И почему, споря о последствиях разрыва производственной кооперации Украины с РФ, ни Москва, ни Киев, ни Брюссель не говорят о деталях? 

Молдавия и Грузия парафировали ассоциацию с Евросоюзом в Вильнюсе. Белоруссия, Армения, Азербайджан и Украина воздержались. Президент Европарламента Мартин Шульц знает, кто виноват. "Мы должны заявить четко и громко, что давление России против наших соседей просто неприемлемо".

Оставим Белоруссию, она единственная из стран Восточного партнерства состоит в Таможенном союзе. А это, как мы помним из разъяснений Брюсселя, с ассоциацией (и, главное — с Зоной свободной торговли ЕС) "несовместимо".

Но разве не давила Россия на Молдову и Грузию? Давила. Тогда почему они вступили в ассоциацию и ЗСТ, а Украина, Армения и Азербайджан — отказались? Что делает похожими Грузию с Молдовой и отличает их от трех не решившихся республик?
За спиной у Грузии и Молдовы, в отличие от других кандидатов — войны. Причем войны, в которых обе они потеряли значимые территории. В бывшей советской Молдавии с Евросоюзом вступил в ассоциацию только сельский правый берег Днестра, вся промышленность осталась в пророссийском Приднестровье. Грузия, как аквалангист, отпиливший застрявшую ногу, оставила по пути в ЕС Абхазию и Южную Осетию. Кишинев, и Тбилиси отличаются от остальных тем, что евроинтегрируются по частям.

Но ведь у Армении за спиной тоже война. И у Азербайджана. Последний тоже потерял в ней часть своей советской территории. Война за Карабах была более жестокой и долгой, чем войны в Молдавии и Грузии. Так почему Баку и Ереван воздержались?

Разница между вильнюсскими "подписантами" и "неподписантами"  - в том, что азербайджанцы, и уж тем более армяне, не воевали с русскими. Они воевали друг с другом — но не с Россией. И Карабах, в отличие от ПМР и Южной Осетии, не рвется в состав РФ. Здесь много факторов. И опыт войны с русскими как таковой — грузинам и молдаванам легче порвать остатки советско-имперской пуповины. И Румыния под боком у Молдовы (у Азербайджана, правда, такая же история с Турцией, но последняя не член ЕС и вряд ли им станет). И импульсивность грузин, привыкших действовать, а потом думать. И по-кавказски неприкрытое преклонение перед сильнейшим (когда-то, под персидским ножом, князья в Сакартвело сочли таковой Москву, теперь — Вашингтон). И недавний по историческим меркам пакт Молотова-Риббентропа, одну и форм отречения Молдовы от которого мы наблюдали в Вильнюсе. Но важнее — наличие территорий, тяготеющих к России. Готов ли ты, пионер, ощутить себя в Европе одной ногой, в буквальном смысле этого слова?

И тут мы возвращаемся к Украине.

Жизнь в бывшем СССР подтверждает правоту Тэтчер: общества не существует. Историю творят не массы, а элиты. Подпиши Янукович ЗСТ с ЕС и введи Путин таможенную блокаду Украины, безработные из промышленных городов вряд ли свергли бы своего президента. И от Украины бы не отделились. Не потому, что им бы "Беркут" мешает или боевики "Свободы". Нет, они бы даже не попытались. Вспомните, как незаметно массы проглотили роспуск Советского Союза в 91-м. И все, что за этим последовало. Массы гибли в локальных этнических войнах, бежали, бросив дома, от титульных наций в другие республики, стали рабами новых феодалов дома и рабами на стройках Москвы. И восточная Украина молча примет свое разорение — как приняла сначала бандитизм, из которого выросли "регионалы", как приняла средневековые ужасы луганских копанок. Эти сотни тысяч машиностроителей так же тихо умрут, не возвысив голоса, как умирают некогда "грозные" шахтеры.

Но значит ли все это, что восток Украины лишен субъектов политики? Нет, почти вся украинская олигархия вышла оттуда. Являются ли такими субъектами собственники машиностроительных производств? Без сомнения. В какой мере? Наверное, это соотвествует значимости машиностроительной кооперации Украины с РФ для Киева. Однако, пытаясь оценить ее масштабы, мы вступаем в зону очень странного молчания.

Последние месяцы, когда в Москве осознали риск ухода Украины, Кремль заговорил о том, как эта кооперация важна. Об этом вещал Глазьев, Путин, Медведев, снова Глазьев. Затем откликнулись в Брюсселе: мол, Зона свободной торговли с ЕС не отменяет договоров с РФ. А если и да — исторический шанс для Украины ценнее.

Вот только за все эти месяцы ни в Киеве, ни в Москве, ни в Брюсселе никто не дал развернутой картины: а что это конкретно за производственные связи? В чем и насколько сохранилась технологическая взаимозависимость? Насколько именно эти связи сегодня глубоки, где и почему они безальтернативны?

Я занимаюсь постсоветским пространством, и Украиной в частности, 20 лет. Долго жил на Украине и, в общем, представляю, о чем речь. Так вот. Пропуская через себя гигабайты информации, так или иначе связанной с этой темой, я не вижу развернутой картины ни у одного из комментаторов. Попытки собрать ее по статистике безуспешны (понятие "промпроизводство" у нас включает сырье, а оборонка в госстат почти не попадает). Близкие к теме политологи, в лучшем случае, манипулируют теми же абстрактными макроэкономическими величинами, что и политики: проценты "экономического роста", общая прибыль и т.п.

Возможно, мы, журналисты, не приложили максимум усилий для расследования. Но почему до сих пор картину этой кооперации не развернули перед шокированной публикой господа Глазьев и Путин? Если она и правда так глубока — явите ее миру, и пыл наивных романтиков угаснет. Но нет, одни угрозы общего характера.
Военная тайна? Бросьте: Ющенко сдал американцам все, что было можно, и с 2004 года — при наших темпах технического прогресса и общем курсе Москвы на свертывание кооперации после "Оранжевой революции" — у россиян с украинцами едва ли появились новые общие секреты.

Тот же вопрос — к Евросоюзу и Украине. И в Брюсселе, и в Киеве наверняка есть соотвествующие выкладки. Покажите их нам хоть вы. Пусть сторонники евроинтеграции увидят, что не так страшен черт, как его малюет Путин. Но и там молчат. Почему?

Возможно, производственные связи Украины с РФ и правда критически значимы. Для Европы обнародовать их масштаб сегодня — значит снизить убедительность своих аргументов. А элиты России с Украиной боятся "палить" серые схемы. Мы видели эти схемы на примере скандалов вокруг "ЕЭСУ" и "РосУкрЭнерго". И вряд ли ошибемся, преположив, что производственные связи Киева и Москвы, как и энергетические — это тень, офшор, распилы и откаты. Если таков язык олигархий внутри Украины и РФ, то почему они не должны говорить на нем между собой?

О реальных масштабах этих схем можно судить лишь косвенно. Например, по требованию Януковича к ЕС выплатить Украине компенсацию $160 млрд. Кстати, никто в Евросоюзе пока не оспорил экономическую обоснованность этой суммы. Отказ платить озвучивался, сомнения в целевом использовании подобной компенсации Киевом тоже. Но не сами основания.
Территории, тяготеющие к РФ" — это не земли и не народы, это территориальные элиты. Возможно, хозяевам украинского машиностроения из Харькова, Днепропетровска и Запорожья хватило козырей, чтобы уравновесить влияние сырьевых олигархов и остановить Януковича.

 

Loading...
Loading...