Будапештскому словоблудию — 25 лет

Кому следует помнить о меморандуме 5 декабря 1994-го, а кому — лучше не вспоминать

 

Это издевательство достаточно символическое. Когда в канун годовщины судьбоносного для Украины соглашения первый президент позволяет себе в который раз заявить: «Нас обманули Будапештским меморандумом». И думает он, что имеет святое право так говорить, потому что его-то он не подписывал.

Ну, как обманули? Это уже теперь Леониду Макаровичу легко давать советы и оценивать своих преемников. Потому что, как заметили еще задолго до нас, каждый мнит себя героем, видя бой со стороны.

 

А тогда, в начале 1994 года, когда Кравчук еще был президентом, произошло то, что произошло. О чем он вспоминает неохотно, а когда и приходится, то утверждает, что американцы тогда выкручивали ему руки.

 

На 14 января в Москве был назначен саммит руководителей России, Украины и США по вопросам разоружения. Но накануне встречи пресса сообщила, что Кравчук вряд ли примет в ней участие — на днях его с визитом посетил лидер Казахстана.

Тогдашний американский президент Билл Клинтон летел в Россию 12 января. Он набрал украинского коллегу прямо с борта № 1, сообщив: перед Москвой он залетит в Киев. В Борисполе Кравчук полчаса прождал на морозе, пока гость сойдет с Air Force One. Говорили полтора часа — здесь в аэропорту.

 

Хрестоматийными уже стали воспоминания о той встрече Строуба Тэлботта, который во внешнеполитическом ведомстве США отвечал за связи со странами СНГ. «Клинтон и Кристофер [Уоррен, госсекретарь], которые не имеют привычки отчитывать руководителей государств, на этот раз сделали исключение, — писал Тэлботт. — Они сказали Кравчуку настолько откровенно, как это было возможно, что, когда он откажется от уже достигнутой договоренности, это будет серьезным шагом назад в отношениях Украины как с Россией, так и с США». Кравчук, который, по замечанию Тэлботта, «весь дрожал», пообещал Клинтону не выбрасывать никаких фокусов в последнюю минуту.

 

Почему так произошло, понять можно. Клинтон был 42-м президентом, и стоял он на плечах гигантов. А Кравчук был первым, и гигантов, на которых он мог бы опереться, просто не было. Возможно, он сам хотел стать таким. Но не сложилось.

 

14 января, как и планировалось, в российской столице три президента подписали совместное заявление об условиях присоединения России и Украины к Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). Москва получала $60 млрд за сокращение ядерного арсенала. Киев совсем от него отказывался в обмен на заверения США в поддержке и $ 900 млн.

Еще раз — заверения! И отнюдь не гарантии.

 

«Я сказал, что мы должны договориться: слово гарантии (guarantees) в английском документе будет пониматься как заверения (assurances), — пишет экс-посол США в Украине Стивен Пайфер, входивший в комиссию по подготовке заявления. — Для нас это было важно, на нашем языке гарантии — это как обязательства перед НАТО или Японией, это предполагает ответ американских войск. И мы объяснили украинцам, что в случае нарушения меморандума мы не готовы дать Украине военные гарантии. В Киеве это поняли, это был их выбор».

 

Заявление в корне противоречило Лиссабонскому договору (май 1992 года) о частичном разоружении Украины. Верховная Рада обвинила Кравчука в превышении полномочий, и он согласился на досрочные президентские выборы, которые проиграл Леониду Кучме.

До этого Кучма как премьер-министр и как бывший директор Южмаша убеждал, что какое бы разоружение ни ждало Украину, а 46 твердотопливных ракет — самых эффективных — следовало оставить. Сроки их хранения позволяли.

 

В ноябре, через четыре месяца после своего избрания, Кучма уже призвал парламент присоединиться к ДНЯО в безъядерном статусе. Он заговорил о замкнутом цикл производства ядерных боезарядов, на которые необходимы десять лет и $ 200 млрд. «Кто встанет и скажет, кому надо заложить все имущество Украины, чтобы взамен осчастливить ее собственным ядерным арсеналом?» — спрашивал новый президент парламентариев.

 

А 5 декабря уже был Будапешт.

 

Кто дошел в колонке до этих строк, знайте (или вспомните) — текст меморандума содержит в полтора раза меньше слов, чем вы сейчас прочитали. Менее 400 слов определили весь тот ужас и абсурд, с которыми живет сейчас Украина в отношениях со своими так называемыми гарантами — США, Великобританией и Россией.

 

Конечно, никаких guarantees в меморандуме нету. Только assurances. К тому же без толкования, что они предусматривают.

 

Но это не мешает второму президенту, чья подпись и стоит под теми заверениями, с детской откровенностью пересказывать сейчас свой разговор с французским коллегой. Тогда в Будапеште Франсуа Миттеран якобы бы сказал Кучме: «Молодой человек, вас просто обманули».

 

Что ж, надо признаться, что ни Кравчук, ни Кучма тогда не были готовы к большой политике. Пусть уж какими простыми не кажутся ее правила сейчас.

И это, кстати, еще раз о готовности Зеленского быть президентом и к подобным словесным уловкам. А они начнутся вот уже через три дня.

 

Олег Шама

Редактор отдела История, НВ