Сердцу прикажешь

 

В канун Дня работников социальной сферы журналист «Днепра вечернего»  поработала сестрой милосердия

Чем отличается труд соцработника, ухаживающего за одинокими стариками, и сестры милосердия? – думала я.

По идее, только тем, что последняя «работает» бескорыстно, то есть не получая зарплаты. Забегая наперед, признаю, что на деле эти мои рассуждения оказались далекими от истины и, по меньшей мере, легкомысленными. Хотя… помощь ближним, какой бы ни была, сути своей от этого не меняет.
Сестринское братство
В храме святого преподобного Агапита Печерского, что при шестой горбольнице, меня встречает похожая на свежий пряничек сестра Елена. Пока мы ожидаем батюшку, который должен благословить нас на «подвиги», эта изумительная, добрая и лучезарная женщина вводит меня в курс дела.
- Мы не сертифицированы оказывать медицинскую помощь болящим, - предупреждает она тихим, мягким голосом. – Наша главная задача – помочь людям словом, вселить веру в исцеление - в общем, поддержать морально. Хотя, конечно, кого-то нужно помыть, кому-то постель поменять, покормить, подушечку поправить.
К разговору подключается сестра Татьяна. Больше тридцати лет она трудится в больнице в отделении рентгенологии. Именно она стояла у истоков открытия храма и зарождения сестричества в больнице:
- Вашему приходу мы, конечно, рады - дело богоугодное. Однако наша забота о людях предполагает высокую духовность, чистоту сердца и побуждений. И – я обязана вас предупредить - сестринская косынка надевается на всю жизнь!
Признаться, после этих слов мне стало не по себе. Для начала, моя духовная подготовка заключается в том, что я знаю «Отче наш», в сокращенном варианте читала Библию и умею креститься. В церкви бываю на Пасху, Рождество, ну, может, еще пару раз в году. И потом, в свои 21 - если честно - моральных сил стать «милосердной» на всю жизнь я в себе пока не ощущала. Все это едва не привело к нервному срыву: в стенах храма я стала чувствовать себя страшной грешницей и Богу не угодной рабой… Чтобы как-то смягчить ситуацию, решила купить нательный крестик.
- Как, дочка, у тебя нет крестика? – вскинула брови сестра Елена. – Выбирай любой, какой на тебя смотрит, а деньги спрячь! Если хочешь, на храм пожертвуй.
Смотрело на меня обычное распятие на веревочке. Хотите - верьте, хотите - нет, но как только я поцеловала крест и подняла руки, чтобы его надеть, на пол звякнуло мое ОБЫЧНОЕ ожерелье…
Славьте Бога, это чудо!
В это время в храм пришел отец Тарасий. Так, за чаем с булочками, в теплой и умиротворенной атмосфере, какая царит только в храме, мне поведали об истории сестричества и Красного Креста. А также о чудесах, вершимых Господом на глазах батюшки и сестер.
- Один случай произвел на меня неизгладимое впечатление! – засветилась вдруг сестра Елена. – Семь месяцев с переломом в больнице лежал парень. Он перенес несколько операций, но кость все не срасталась, нога продолжала гнить. Я часто проведывала его, и вдруг он решил исповедаться и причаститься. Спустя два дня после таинства он пошел на поправку, и его выписали домой!
Еще один случай произошел в больнице с молодой женщиной. Ей должны были делать сложную операцию. По совету сестры Елены накануне больная также исповедалась и причастилась, читала молитвы.
- Я зашла к ней в день операции, - вспоминает Елена, - а она подозвала меня и на ушко прошептала: «Я здорова! Операции не будет, меня выписывают». Я тогда так обрадовалась и сказала: славьте Бога, это чудо!
К слову, за десять лет работы сестер эту фразу им приходилось говорить довольно часто. Когда, казалось бы, тяжело или безнадежно больные вдруг поправлялись. Так, в храме есть даже икона, молясь которой, исцелилась от рака одна из пациенток. Однако отец Тарасий к чудесам относится философски:
- Их творим не мы, а Всевышний, и на то они чудеса, что происходят не систематически. Собственно, те же доктора при помощи лекарств оздоровляют тысячи людей ежедневно. Разве это не чудо?! Самым большим чудом лично для меня является то, как с помощью веры, которую мы воскрешаем в сердцах пациентов, человек просто физически изменяется. Например, так называемые бездомные, опустившиеся люди… Это не передать словами!
Помочь здоровым и больным
Подкрепились, пора и к делу приступать. Сначала прочитали молитву сестер милосердия, затем отец Тарасий благословил нас на заботу о людях. Следующая инстанция - главный врач: без его согласия идти к больным не положено. Естественно, доктор был не против, и мы направляемся в травматологию.
- Леночка! А почем крестики у вас? Хочу ребенку купить, - окликаает мою спутницу одна медсестра.
– Дайте азбуку православия почитать, - просит другая, санитарка.
– Елена! Завтра зятю нашего врача сложную операцию будут делать в Мечникова, помолитесь, пожалуйста!
- Помолимся, обязательно помолимся! Вы еще имена врачей узнайте, батюшка помолится за то, чтоб Господь направил их руки, - отвечает коллегам Елена.
Сразу этот диалог сестер приводит меня в недоумение. Как-то не вяжется в моем понимании традиционная медицина с верой в помощь Господа. Хотя чему тут удивляться? Все мы, как говорится, одним миром мазаны. К тому же, медицинская сестра, говорит батюшка, это та же сестра милосердия (или Красного Креста), у которой в советские времена «убрали» религиозную компоненту и красный крест с головного убора.
- Мы все очень любим наших милосердных сестер, - признается главная медсестра больницы Мария Петровна. – Они с нами, что называется, и в радости, и в печали. Мы, медработники, на работу к девяти часам бежим, а они уже с восьми за наше и пациентов здоровье молятся! У них большое сердце, их вклад в нашу работу неоценим!
Милосердные спешат на помощь
Тем временем мы подходим к первой палате. Как оказалось, мужской. Здесь лежат двое молодых ребят. Я познакомилась с Романом – солдатом срочной службы, травмировавшим ногу в армии. Он из Харьковской области, в днепропетровской больнице лежит уже второй месяц.
Пока Елена находит доброе слово для каждого, я переминаюсь с ноги на ногу или просто улыбаюсь. К счастью, мне поручили вручить иконку и крестик ребятам. Роману, правда, я помогла сесть на постели и поправила подушку – и то не знала, с какой стороны к нему подойти. Оставив молитвенник и записав имена больных для молебна за здравие, мы уходим.
- Господь любит вас! - говорит на прощанье сестра. – А испытания нам даны для того, чтобы подумать о своей душе и жизни. Выздоравливайте, мы будем об этом молиться.
- А ты, - советует моя наставница, - когда в палату входишь, скажи про себя «Господи, помилуй!», и Он поможет тебе найти контакт с больными.
О, Господи, помилуй! Елене легко говорить – у нее духовная подготовка, да и сама два с половиной года провела в этой больнице, леча ногу: она понимает здешних постояльцев с первого взгляда. Заходим во вторую палату…
Волшебное слово
Палата женская. Здесь лежат две бабулечки, запах стоит специфический, какой может быть в покоях лежачих. Тут Елену, похоже, хорошо знают. Она сразу же подходит к Анне Степановне, целует ее и дарит обруч для волос – «как вы заказывали!». Погладила старушку, как родную, добрых слов нашептала. И куда только делась печаль болящей? Женщина расплылась в улыбке, благодарностях и прямо духом воспряла! Любо-дорого посмотреть.
- Я вам завтра еще и головушку помою, сразу легче вам станет! – пообещала сестра. – Это я по себе знаю.
- Мне бы еще помыться, я же тут два месяца лежу вся поломанная, - шепчет Степановна. - У меня же только сынок, сама понимаешь.
- Что же вы раньше не говорили? Мы это исправим, бабулечка!
Я в это время помогаю сесть на постели второй бабушке, Ане. Ее проблема меня сперва обескуражила:
- У меня, - говорит, - дочечка пропала. Как бы ее найти? А то я здесь почти месяц лежу, так она у меня только в первый день была…
Я прямо за сердце схватилась. Благо, сестра-хозяйка Галина Павловна, которая в свободное от работы время также милосердием занимается, меня успокоила – у бабули склероз, а дочка к ней регулярно приходит. Вот тебе и подход.
Заботу больницей не оградить
Возможно, кто-то недооценит такую помощь моих сестер. Ну, а как же быть без них тогда, когда без Божьего слова да помощи просто не обойтись?
- Когда случилась трагедия на Мандрыковской, - вспоминает отец Тарасий, - я узнал об этом в числе первых: в реанимации срочно койки готовили, а я как раз туда заходил. Вскочил в машину и поехал на место.
Возле руин батюшку плотно обступили люди, которые отчаянно надеялись на чудо - что их родные под завалами живы.
- Я сразу не понял, что им от меня нужно, - признается священник. – А кто-то и говорит: «Можно мы просто за вами походим?», и все берутся аккуратненько за мой рукав и идут. Я им объясняю: «Вы здесь постойте, а я пойду все узнаю и к вам вернусь». А они: «Нет-нет-нет, мы вам мешать не будем, просто походим так, и все - нам возле вас легче становится».
Позже отца Тарасия позвали психологи МЧС. Они буквально молили батюшку что-нибудь предпринять, потому что, когда пострадавшие в состоянии острого горя, они бессильны. Да и отношение к спасателям в таком случае заранее напряженное – как ни крути, они для людей часть той системы, которая не уберегла, не предотвратила. А священник – совсем другое: нечто непорочное, святое… Так отец Тарасий вместе с сестрами милосердия приводили в чувство вмиг осиротевших. Купили в ближайшем магазине чай да чайники и возносили Господу молитвы.
Второй момент – любая структура имеет ограниченное финансирование. К примеру, с мандрыковцами психологи работали месяц или, скажем, два. А дальше что? Разве утихла их боль? Конечно, нет. Поэтому опеку над семьями пострадавших также взяли отец Тарасий и его сестры.
Еще примеры. Доставляют больного в реанимацию без денег и установленных родственников. За какие средства его лечить? Всем известно, насколько доступна сейчас медицина: жизненно важные лекарства лежат в конкретной аптеке, а врач, каким бы добрым человеком он ни был, каждому их не купит. Чтобы не дать человеку умереть, в отделение каждый день заглядывает батюшка: раз такое дело, достает пожертвования прихожан и помогает страждущему.
Выписывают человека из больницы инвалидом. А что с ним дальше – одному Богу и ведомо. Но сестры милосердия не оставляют одиноких людей без помощи: связывают с социальными службами, проведывают, ухаживают. Бывало, прихожанам доводилось сбрасываться даже на похороны своих подопечных. А уж сколько еды, одежды беспризорным принесено! Но…
Не оскудеет рука дающего
В храме не принято говорить о затратах - здесь все делают по зову души и велению сердца. Правда, есть и проблемы. Сестер милосердия не хватает. Хотя при этой больнице их около пятнадцати да еще два брата, ежедневно работают всего два-три человека. Остальные - в свободное от основной работы время, по нескольку часов в неделю. Поэтому двери храма всегда открыты для тех, кто жаждет быть полезным людям, нуждающимся в этом больше, дабы и самому очиститься духовно. Ждут также меценатов. Простые люди и так по мере сил помогают, а вот настоящих покровителей, какие раньше находились даже среди царских семей, сегодня нет. Как, собственно, и нет возможности сертифицировать работу сестер, чтобы в случае чего они могли хотя бы ватку с нашатырным спиртом пациенту поднести. И почему все так?
С такими мыслями я возвращалась в редакцию – уставшая морально и физически. И хотя я испытала на себе всю тяжесть «социального труда», чувствовала себя счастливой. Мне довелось побывать в другом измерении – мире, где главенствуют не деньги и зависть, а настоящие православные истины, милосердие и добро. Как знать, может, я таки вернусь в этот храм и встречусь там именно с вами. Глядишь, и нам когда-ниКак стать сестрой милосердия будь помогут!
Если вы почувствовали в себе силы стать сестрой милосердия, приходите в храм святого преподобного Агапита Печерского, что на втором этаже хирургического корпуса днепропетровской 6-й горбольницы - ул. Батумская, 13. Или звоните по телефону – (0562) 355-965.
Наталья Осипова

Loading...
Loading...