Поэт Победы

 

7 мая исполнится два года, как от нас ушел фронтовик и поэт Михаил Селезнев

Михаил Селезнёв. Имя известное и более чем уважаемое. Поэт. Фронтовик. Мирный созидатель. Замечательный отец. Такой же любящий дед. Еще в более высокой степени нежности – прадед. Просто прекрасный, добрый человек. Таким был. Таким и остается.

Сегодня есть повод вспомнить Михаила Сергеевича. Это о нем искренне и от души ровно два года назад в одном из интернетовских изданий писал почитатель его многогранного таланта: «Еще один белый журавль пополнил усталый клин журавлей. Вечная память тебе, солдат. Склоняю голову. Спасибо за стихи».
Поэта помят. И это главное. Что очень важно, в родном для него городе прежде всего. Один лишь факт. В этом году Днепропетровская областная организация ветеранов учредила литературную премию имени Михаила Селезнёва. Накануне Дня Великой Победы состоялось ее первое вручение. Значит, белый журавль остается в строю на долгие-долгие годы.
…Так было: родился в России, а родным уголком называл город на Днепре. «В каком бы далеком крае Я не был за сорок лет, Добром тебя вспоминаю, Главный проспект». Это о Днепропетровске. И писано это не вчера – еще в 1976 году, в год сорокалетия Михаила Сергеевича. Значит, любовь к родному городу давняя. А как, собственно, по-другому? В 1941 году окончил именно днепропетровскую среднюю школу № 72. С ее двора, как вспоминал, «в августе 1941 года ушел вместе со своими однокашниками на фронт добровольцем». А дальше… Дальше были бои. Под Старой Руссой. Под Курском. Форсирование Десны, Днепра, Буга, Днестра. Прута и многих других больших и малых рек. О личных бедах он напишет скупо: «Был дважды ранен». И все. Так же скупо и о другом: «Награжден 7-ю орденами, медалью «За отвагу», другими 32 медалями, дипломами ВДНХ…».
Этот длинный перечень – уже учитывая и мирные заслуги. Кстати, на его счету 32 изобретения, внедренных на многих огнеупорных заводах страны. Закончив Днепропетровский институт железнодорожного транспорта, он прошел все ступени становления инженера – мастер, начальник сборочного цеха, главный конструктор завода, занимал другие должности. Одновременно писал. Стихи и прозу – что было на какой-то момент ближе сердцу. Смеялся: «Две работы – две заботы!». Много издавался. В Днепропетровске, Саратове, Киеве, Бухаресте, Москве. В целом, творческое наследие более чем зримое: 18 стихотворных книг плюс огромнейшее количество прозы – романы, повести, публицистика. «В 2006 году вышел в свет трехтомник моих сочинений», – говорил с гордостью.     
Но это все, так сказать, уже мирная жизнь. А вот война… Она не покидала его ни на день. Достаточно полистать его трехтомник или отдельные книги – везде бои, оборона, наступление, раненые и, конечно же, слезы Победы. И это те поэтические строки, которым не верить нельзя.

Оглохшие от стужи
    и бомбежки,
Шагали мы и спали
    на ходу…
Или вот этим:
Прошита огненным
    пунктиром,
Сосна горела, как свеча.
Но, кроме вражеских
    мундиров,
Я ничего другого в мире,
Казалось мне, не замечал.
Или вот это:
Когда ж на пепел ржи
    несжатой
Сошла ночная тишина,
Мне темным диском
    автомата
Казалась светлая луна.

Поэты-фронтовики. Они по-другому писать не могли. «Светлая луна» для них вдруг кажется «темным диском автомата»! Но это их фронтовая поэзия, их фронтовые образы. Где везде, даже в мимолетном сравнении, исключительно только война. Скажем, как у Михаила Дудина:

Бывает все на свете вдруг,
И вдруг быстрее пули –
Твои глаза, как сам испуг,
В мои глаза взглянули.

«И вдруг быстрее пули…» Так могли говорить только поэты-фронтовики. Кстати, Михаил Сергеевич с огромнейшим уважением относился к Михаилу Дудину. Как и к Юлии Друниной. Николаю Майорову, многим и многим другим. «Это же глыбы! – говорил восторженно. – Их надо читать медленно и не спеша». Собственно, как и Селезнёва. Ведь он с ними уже навечно в одном строю. И если еще вчера в его поэзии что-то казалось не совсем главным, то ныне такого ощущения нет. Скажем, хотя бы в этом вот посвящении женщинам-фронтовичкам:

Свет женских глаз.
Он в жуткой той войне
Помог нам души уберечь
    от скверны
- И даже в ненавистной
    стороне
Мы до конца остались
    милосердны».

Это о том, что, ступив на чужую землю, воины-освободители оставались милосердны к тем, чьи сыновья самим жестоким образом топтали нашу землю.
Или вот эти строки:

Нет для людей моей
    страны,
Прошедших сквозь лихие
    беды,

Печальней памяти войны
И драгоценней
    Дня Победы».
Потому: Павшим снится Победа,
Уцелевшим – война.

А еще поэту всегда слышался вечный зов тех, с кем приходилось форсировать большие и малые реки:

И восходят с дымком
Над волнами седыми
Голоса их в рассветный час:
«Мы не предали вас –
    живыми.
Не предайте же мертвых
    нас».

Вот такова она – Память. Такова Поэзия. А причина выживания стихов более чем прозаическая: «Стихи живут без покровительств», – утверждал Селезнёв. И он знал, о чем говорил: у него покровителей не было. Уважающих за истинно поэтические строки? Да! И очень много. Завистников? Еще больше! Ведь чего греха таить, в литературе всегда были, есть (и будут!) шаблонно-бездарные особи, которых встретишь на любом литературном перекрестке, где царствовать привыкли они, и только лишь они. А истинная поэзия какое-то время всегда остается где-то на обочине… Длительное время, кстати, так было и с Селезнёвым. Но надо знать и другое: все эти шаблонно-бездарные – это временщики. А вот поэты – это поэты. Такие, как Селезнёв. Он был. Есть. И будет. Все просто.
Кстати, такое вот определение «А поэт остается, если это поэт» – придумалось благодаря книге Михаила Сергеевича «А друзья остаются…»
«А друзья остаются, если это друзья!» – говорил. И «любовь остается, – утверждал, – если это любовь». Поэтому и поэт остается. Если это поэт.
…Откуда же селезнёвские поэтические истоки? Да все оттуда – из отцовского дома, из истинно народных родников.

Неповторимы матери руки,
Первые слезы первой
    разлуки,

– писал поэт. И это правда. В самую, как говорят, точку. Или вот это селезнёвское воспоминание о самой первой своей тетради:

В ней буквами большими
    рядом
Всего два слова –
    Хлеб и Мать.
Как родники под чистым
    небом,
Они синели на листе.
Мы с детства знаем
    цену хлебу
И материнской доброте.

Потому и вкладывалось все это со временем в такие простые с виду и такие глубокие по существу поэтические строки, как, скажем, в стихотворении о радуге:

Она внезапной радостью
    нависнет
Над главною лавиною
    Днепра,
Держа на семицветном
    коромысле
Село и город, словно
    два ведра.

И это не о безвестном воине-освободителе, а о себе лично писал поэт-фронтовик Михаил Селезнёв:

От огневой до огневой
Он шел вперед и верил
    свято,
Что вся Отчизна без него
Слабей на одного солдата.

Так что все просто: Мать, Хлеб, Родина. И к этому никаких комментариев не требуется.
…Газетная площадь, увы, не дает возможности рассказать о писателе-фронтовике в полном объеме. Может быть, это удастся сделать когда-то позже. Ведь Михаил Селезнёв – это еще и замечательный прозаик. И порой стоишь перед дилеммой: так кто же он больше – мастер слова поэтического или мастер прозы? Ведь так сильны его окопные произведения. В частности, романы «Комбаты», «Отдар», повести «Однокашники», «Лунёвские зарисовки», другие. Они все – как второе крыло поэта. И еще не известно, которые сильнее…
Кстати, он никогда не прочерчивал между поэзией и прозой какую-то межу. Просто первая была для него всегда первична. И именно через стихи он доносил свои раздумья и о себе, и о будущем. Ибо жил, «ни от чего не отрекаясь – ни от любви, ни от грехов». И это он, Михаил Селезнёв, так хотел, чтобы его стихи «солнечным светом пахли и были, как хлеб, нужны»!
А еще в послании к друзьям просил: «Вспоминая меня, озвучите мой голос…» И утверждал: «Душа моя – с вами. И голос мой – с вами».
…Когда-то он написал такие строки:

Две березки, словно
    две подружки,
Провожают в дальний путь
    меня…

Он любил березы. И именно две березы, как рассказывала его дочь Ирина Михайловна, высажены там, где он нашел последнее свое земное пристанище. Пусть растут. А те, кто помнит, пусть помнят. Ведь поэт остается, если это поэт. Все просто, все так просто…
Александр ПИЛЁНОВ, заслуженный журналист Украины

Loading...
Loading...