"Иосиф не мыл посуду"

 

Григорий Петровский рассказал читателю "Вечерки" о своей нелюбви к Сталину

88-летнему Андрею Юрчуку довелось побывать на лекциях всеукраинского старосты

Накануне очередной годовщины смерти Сталина «Вечерка» разыскала человека, который полвека назад встретился с бывшим Всеукраинским старостой. В 1959-60 годах днепропетровец Андрей Феодосьевич Юрчук учился в Высшей партийной школе. Двухгодичный курс Днепропетровской ВПШ запомнился 88-летнему пенсионеру лекцией одного из ближайших соратников Ленина - Григория Петровского.
- Григорий Иванович к тому времени был в весьма почтенном возрасте, но его честность, прямота и откровенность вызывали доверие и уважение, - рассказал  «Вечерке»  Андрей Юрчук. - Петровский много говорил о Сталине, грубость и нескромность которого Григорий Иванович знал не понаслышке. Когда, например, накануне вооруженного восстания в 1917 году старые большевики во главе с Лениным обсуждали план действий, Петровский находился рядом с Владимиром Ильичем, а Сталин только на минутку заглянул в комнату, где проходило собрание. Но потом в истории ВКП(б) его роль в определении тактики и стратегии революционной борьбы многократно возросла. Впрочем, так было не однажды.
Особенно врезался в память Андрею Феодосьевичу эпизод из ссыльного периода Иосифа Сталина, в определенной мере иллюстрирующий сталинский характер. Когда Сталин был в ссылке со Свердловым, их чистоплотность резко отличалась. Если Свердлов всегда чисто мыл тарелки после еды, то Сталин не мыл их вовсе. Когда же Свердлов поинтересовался, в чем причина, будущий председатель совмина СССР как бы шутя ответил: «А чего их мыть? Я ставлю их на улицу, и собаки их чище вылизывают, чем это у тебя получается».
Свидетелем подобных «интимных» подробностей был и старый коммунист-ленинец Григорий Петровский. «Потому, - считает Андрей Юрчук, - Сталин и был так нетерпим к старой гвардии большевиков. Ведь многие из них знали, кто и какую роль сыграл в главных революционных событиях века. Наверное, они просто мешали Иосифу Виссарионовичу творить легенду о себе самом».
Но как Сталин недолюбливал Петровского, так и Григория Ивановича раздражали во всесильном Иосифе его тщеславие и нескромность. При этом в общении со слушателями ВПШ   свою роль в истории  Петровский не выпячивал. В городе своего имени он признался, что никогда не рассчитывал, что в его честь назовут такой замечательный город как наш. И эти слова,  утверждает давний друг «Вечерки» Андрей  Феодосьевич Юрчук, действительно убедили его однокурсников.
Конечно, сколько людей, столько и мнений. Мы не берем на себя ответственность определить, кто более прав, Сталин или Петровский. Не зря же говорят: лучший судья – время.
Александр РАЗУМНЫЙ

Loading...
Loading...