Десант над Кремлем

 

Бывшему десантнику из села Колпаковка Магдалиновского района Алексею Печеному, в прошлом мастеру  Днепропетровского комбайнового завода, есть что вспомнить о своей службе

По семейным обстоятельствам

Дом Алексея Никифоровича Печеного виден издалека. Голубые ворота с десантной эмблемой под стать хозяину, до сих пор в торжественных случаях надевающему голубой берет, тельняшку и китель.
В армию уроженец села Копаи Васильковского района Днепропетровской области попал, можно сказать, по семейным обстоятельствам. В 1949 году, проживая в Днепропетровске и работая слесарем комбайнового завода, он женился на слушательнице школы фабрично-заводского обучения (ФЗО), уроженке села Колпаковка Галине Данильченко.  После женитьбы директор пообещал семье квартиру, тем более, что жена забеременела. Но дважды директор обманул слесаря, и Алексей самовольно занял квадратные метры.  За это его уволили с завода и отдали под суд. Правда, приехавший из Киева прокурор  навел порядок. Парня восстановили на работе и дали малюсенькую квартирку, но директор снял с него полагающуюся работникам комбайнового завода бронь. Так Алексей в 1950 году попал в армию.
Рослого и сильного физически парня взяли в десант – 106-ю венскую тульскую дивизию Московского военного округа, часть №33842 51-го полка, где  спустя четыре месяца Алексей стал  сержантом. Его определили в минометчики - самое сложное в десанте подразделение. Ведь прыгать приходилось со снаряжением весом до сорока килограммов.
Самый первый прыжок 15 января 1951 года омрачило трагическое происшествие. Утром подняли аэростат. Алексей с новобранцами стояли во второй очереди, наблюдая, как из гондолы один за другим выпрыгивают опытные сослуживцы. Один, второй. А у третьего не раскрылся парашют, и на глазах очевидцев десантник разбился. Оказалось, накануне, когда была оттепель, офицер сделал девять прыжков, и парашют, естественно,  намок. А в  тот день ударил мороз, и намокший  парашют смерзся.
Как якут офицера спас
В жизни трагическое зачастую переплетено с комическим. А именно таковым можно считать другой эпизод.
- В Тушине мы проводили генеральную тренировку перед парадом на Красной площади, - вспоминает бывший десантник. – И во время нее у одного офицера «заколбасил» парашют (то есть не раскрылся до конца, вытянувшись вверх длинной колбасой), что неминуемо привело бы к гибели. Но поскольку прыгали все очень плотно, «колбаса» уткнулась в летевшего следом рядового и облепила его голову. Так и приземлились парой, причем совсем не там, где было нужно. Солдата, оказавшегося якутом, после полета вызвали для объяснений к генералу. Якут по-русски говорит, сами знаете, как - «моя твоя не понимай». И вот стал он оправдываться, дополняя слова жестами: мол, он изо всех сил пытался отцепить от лица и сбросить проклятые стропила, мешающие ему по инструкции совершать прыжок, но не успел, виноват. Генерал, ясное дело, ничего не уразумел, зато хорошо понял привыкший к речи своего подчиненного командир полка. «Что это за солдат, который по-русски ни бельмеса? – возмутился генерал. –
Вывести и научить». Якута препроводили за дверь, где командир полка, быстро сориентировавшись в ситуации, записал на бумажке, что говорить. Якут зашел и доложил: так, мол, и так, он, рискуя жизнью, изо всех сил удерживал руками стропила офицера, спасая его от гибели. В итоге солдату дали орден Красной Звезды и месяц отпуска.
Воздушное хулиганство
Все прыжки проводились только с принудительным открытием парашютов еще в самолете. Но однажды шебутному Алексею захотелось слихачить. Он отстегнулся от троса и открыл парашют уже в воздухе. Лихачество вышло боком. За хулиганство в воздухе (так именовалась статья нарушения) его понизили до младшего сержанта и отстранили от прыжков. Неизвестно, чем бы закончилась эта история, если бы Алексей не был отличником службы. Тогда только появилась новая  модель автомата Калашникова  специально для десантников – АК-47.  Эти автоматы и спасли карьеру Печеного. Он освоил их быстрее всех, за что его вновь повысили в звании.
Сталинские парады
Алексею Никифоровичу посчастливилось пять раз участвовать в парадах на Красной площади. Первый состоялся 1 мая 1951 года. За неделю до этого в 12 ночи провели тренировочный выход. При этом на трибуне  Мавзолея на месте Сталина стоял его двойник.
Каждый парад в те годы открывал сын Сталина Василий, пролетая на самолете над Красной площадью.
- А вот 1 мая 1952 года, - вспоминает Алексей Печеный, - из-за дождя и сильного тумана его самолет сбился с курса и пролетел не над площадью, а над Кремлем, из-за чего открытие парада задержалось.
Впечатления от тех торжественных событий до сих пор живы в памяти десантника. Минометчиков на грузовиках привезли к Красной площади, где высадили и построили «коробочкой». Алексей оказался в первой шеренге седьмым  справа. В двадцати пяти метрах от него стоял Иосиф Сталин, при виде которого у всех дух захватывало. После приветствия командующего парадом генералиссимус поднял руку и сделал приветственный жест ладонью. На другой день шутили: Сталин дал всем  по пять суток увольнения, показав пять пальцев. И командиры задумались – а вдруг, на всякий случай, стоит эти увольнения дать?
Свой последний, 43 прыжок Алексей Печеный  совершил 27 июля 1953 года на праздновании Дня авиации (всего он участвовал в трех авиапарадах). В календаре День авиации значился 18 августа, но в реальности отмечали его по погоде. После пролета над Кремлем прыгали на Тушинский аэродром, после чего каждому участнику подарили шахматы из слоновой кости, которые до сих пор бережно хранятся в семье Печеных.
***
Алексей Никифорович уверен, что именно армия вывела его в люди, выковав из безграмотного сельского паренька рационализатора, на счету которого  20 удостоверений и 10 грамот, и фотография которого в 1975 году висела в павильоне сельхозмашиностроения на ВДНХ (Выставке достижений народного хозяйства) в Москве. Гвардии сержант в отставке в свои 84 года выглядит по-прежнему браво и подтянуто, активно участвует в ключевых событиях области. Ибо есть традиция: десантники остаются в строю до конца своих дней.
Любовь РОМАНЧУК

Loading...
Loading...