Читатель продолжает открывать новые реальности на основе личного опыта



Что пробуждает в человеке совесть, мужество и доброту? Что говорит ему, что он человек и от его духовного самочувствия зависит жизнь общества?

Как бы каждый из нас ни отвечал на эти вопросы, просто обязан обратить свою духовную энергию в энергию добра. А иначе, как победить? До того, как в час испытаний и один человек, и другой, и третий стали героями, они были обыкновенными людьми. 

Жаль, в эту пору прекрасную жить не придется ни мне,ни тебе

«В годы войны я служил в американской армии, - пишет Владимир Куприянович Будников (бульвар Славы, 8, Днепропетровск). - Припоминается такой эпизод. А 8 мая праздновали День Победы в центре города. После парада – праздничный обед. Настроение – отличное. Солдаты веселились. 

В разгар трапезы один солдат с усмешкой задал мне вопрос: «Что лучше – демократы или большевики?» И я ответил: «Конечно, большевики!» Все расхохотались. Между собой они говорили что-то о советской пропаганде. Затем тот солдат, который затеял разговор, спросил: «А чем же лучше большевики демократов?» Вальтер, владеющий русским, переводил. «У нас нет миллионеров. Фабрики и заводы принадлежат народу. У нас бесплатное образование, бесплатное лечение. 

Обо всем этом я рассказывал и видел, как лица американских солдат становятся серьезными. Потому что куда ни кинь в Америке – везде нужен доллар. «Скоро за воздух, за каждый вдох будем платить. Все доллар, доллар, доллар», - твердил солдат».

Владимир Куприянович неожиданно для читателей подвел итог: «Конечно, в Союзе было хуже, чем без этого Союза. Все потому что у власти стояли чиновники, которые больше думали о себе, своих семьях, кумовьях и подхалимах. При пустопорожней болтовне народ и не видели. Но идея «каждому – по потребностям, от каждого – по способностям» мне нравится. Только будет осуществляться на практике даже не нашими правнуками, а после них».

Хотя давно закончилась война

65 лет прошло, как замолчали пушки, а мы все вспоминаем о войне. Лучше всего это делают ветераны, полной мерой хлебнувшие лихолетье. «Он прожил трудную, сложную, но интересную, яркую жизнь, - говорит в своем письме о брате Михаиле Сидоровиче, родившемся «в историческом 1917 году» Николай Сидорович Лагода (ул.Волгоградская, 182, Новомосковск Днепропетровской области). И объясняет: - Пишу за брата, потому что ему, участнику боевых действий в Великую Отечественную, инвалиду войны I группы уже пошел 93-й год. А прошагал он с боями через всю Европу, аж до самого Берлина, в штурме которого активно участвовал. 

Вот лишь фрагмент из дневника воспоминаний бывшего фронтовика Михаила Лагоды: «Наш полк воевал на Бобруйском направлении, после чего был переброшен в Восточную Пруссию на взятие Кёнигсберга. А потом был Берлин. 

Наш полк совместно с другими частями в ожесточенных боях брал каждую улицу, каждый дом и каждый этаж. Было много других опаснейших моментов. Мы проходили минированными дорогами. За нашим автотранспортом охотилась немецкая авиация. Не раз попадали под обстрел вражеской авиации. В такой обстановке надо было принимать смелые решения. На одном из участков наши минометчики вели усиленный огонь по целям, где засели немцы. В это время я подвез боеприпасы для своей роты и должен был отправить раненых бойцов».

После того, как отогнал машину в безопасное место, Михаил вдруг увидел, что открывается канализационный люк и оттуда на поверхность выбираются немецкие автоматчики. Солдат смекнул: они сейчас нанесут удар сзади – прямо в спину нашим минометчикам. Вмиг кинулся к машине и достал из кабины автомат и гранаты. Забросал вражескую точку гранатами и добил фрицев из автомата. За храбрость, находчивость и спасение жизни наших минометчиков был награжден правительственными наградами - орденом Красной Звезды и медалью «За взятие Берлина».

Катынь – боль, которая не оставляет

Способность чувствовать чужую боль и сопереживать дается не каждому. Но если есть в человеке это золотое качество, способное вобрать в себя и боль, и радость важных событий, он может вернуть в образах, картинках, характерах одновременно настоящее и будущее.

Наши авторы скромны и деликатны. И никогда не говорят языком ультиматумов, а просто предлагают хорошие стихи. Как это делает, к примеру, наш постоянный читатель и автор Натан Евсеевич Расновский (переулок Скориковский, 9-а, Днепропетровск).

Катынь

Мигнула Варшава огнями, 

И в вечность ушел самолет, 

Его сквозь туман над полями 

Повел именитый пилот.

Полет для него был обычный, 

Никто о беде не гадал, 

И летчика руки привычно 

Сжимали знакомый штурвал.

Доклад президенту он сделал, 

Что лайнер к полету готов, 

Что порт подготовку проделал, 

Других нет над ними бортов.

В ответ тот кивнул командиру 

И дружески руку пожал, 

Он жизнь свою Польши кумиру 

Всегда без раздумий вверял.

Полет посвящался Катыни, 

Где в братских могилах лежат 

Останки поляков поныне, 

Расстрелянных рядом за ряд.

Их тысячи там, офицеров, 

Погибших средь русских 

полей,

Загублены жизнь и карьера 

По воле советских вождей...

Им справить бы тем панихиду, 

Кто Родины был кровь и плоть,

Да только иную планиду 

Для них уготовил Господь!

Там аура очень плохая, 

Мятутся там души солдат. 

Аукнулась драма лесная, 

Что сталась здесь годы 

назад...

В Смоленске с утра будто 

вечер. 

Добра на посадку не дал 

Суровый военный диспетчер,

Что их самолет опекал.

Но что им туман, непогода? 

В себе был уверен пилот, 

В Катыни ждут толпы народа 

Четы президентской прилет!

Без малого сотня их было, 

Элита соседней страны, 

Казалось, что им пофартило, 

И были салоны полны

Красивых, успешных, умелых, 

Влюбленных, еще молодых, 

Ученых, разумных и смелых; 

Был в свите и ксёнз 

среди них...

И сам президент, и Мария, 

Никто не остался живым. 

Полет над простором России 

В тот день стал для них 

роковым.

Трагедия мир всколыхнула, 

И боль отозвалась в сердцах, 

Судьба их грозой полыхнула, 

В Варшаву вернулись 

в гробах...

Помолимся истово, строго 

За душ их святых упокой, 

Чтоб им был дарован от Бога 

На Родине вечный покой!

Задело за живое

Любой из нас, прежде чем положить мысли на бумагу, произносит как бы внутренний монолог. Это значит, что его глубоко что-то задело, взволновало. 

В нашем пятничном выпуске «С «Вечеркой» - по душам» (за 7 мая «ДВ») мы цитировали письмо читательницы Л.Черепановой (пр. Металлургов, 41, Днепропетровск). К первой части авторской корреспонденции у читателей не возникло вопросов, а вторая часть, где поднимается вопрос символики – свастики (коловрота), который Гитлер и немецкие фашисты сделали своей эмблемой, воспринимается, как и предполагалось, старшим поколением однозначно – как нацистская символика. В этом мы убедились, читая письмо Николая Валерьевича Черепанова, в прошлом выпускника ДГУ, а теперь инвалида 2-й группы (пр. Металлургов, 41, Днепропетровск).

«Мне, как долголетнему подписчику «ДВ», приятен факт напечатания в газете письма моей матери Л.Черепановой, но несколько насторожили комментарии, - пишет автор. - У нас не Индия и не Германия, и само изображение символов нацистов и рисование лозунгов, типа «Бей жидов!» - это отнюдь не детские шалости. При таком попустительстве властей и беспринципности общества у нас расцветает фашистский дух во всей красе. А все начинается с равнодушия, которым больно наше общество. 

Возмущение вызывает и факт уравнивания идей нацизма и коммунизма, не может быть никаких сравнений. Ведь в коммунистической идеологии нет призыва к уничтожению, а то, что творили под коммунистическими лозунгами, ни что иное, как как извращение этих идей».

Призыва к уничтожению не было. И только в этом автор прав. А само уничтожение было. Да еще в каких масштабах под руководством «рулевого»! Но попробовали бы тогда сказать об этом вслух – сразу бы очутились в местах не столь отдаленных. Если всерьез интересуетесь историей, читайте документы. Или произведение Александра Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ», и вам откроется многое, что, несомненно, повлияет на ваше мировоззрение.  

Сюжеты вроде быпросты

Иногда читаешь письмо, и в нем все вроде бы просто и буднично. Но за этим стоит немало проблем или драм, или чьих-то горестей. На людские беды всегда горячо откликается наша постоянная читательница Лидия Максимовна Ижаковская (ул. Пригородная, 12, Днепропетровск). Не в ее характере проходить мимо таких публикаций, как «Жизнь не без добрых людей» Людмилы Пашук («ДВ» за 17 апреля), в которой рассказывалось о детях-сиротах. О том, как трудно им найти свое место под солнцем.

«Прочитала и мне захотелось очень помочь этим детям, - пишет Лидия Максимовна. - Я сама выросла сиротой. Воспитали меня старшие сестры. Знаю, как это тяжело жить без родительского тепла. Я постоянная подписчица «Вечерки», которую читаю от корки до корки, всегда обращаю внимание на публикации о тяжелых людских судьбах. И чем могу, помогаю. Так было и с семьей Кацай, о которой тоже писала «Вечерка». Помогала и больным деткам. Теперь могу уделить внимание и этим сироткам». 

Лидия Максимовна живет в частном секторе. Что-то у нее, наверное, растет на грядках, потому что сообщает, что хочет поделиться продуктами. «У меня есть внуки, так что и детскую одежку разделим. Пусть сироты приезжают ко мне в гости, я и транспортные расходы оплачу. У нас во дворе есть где побегать, поиграть, подышать свежим воздухом. Буду с нетерпением ждать откликов».

Что на это сказать? Только одно: мне кажется, что нет на свете более доброй души, чем славянская женщина.

Письма – это новые встречи. Это – память – беспощадная совесть наша. А совесть никогда не позволит человеку невольно ( или вольно) предать высшие духовные идеалы. Память – это история и судьба народа. Перед ней человек обращается к думам о мире и о себе. Но об этом мы поговорим в одном из ближайших выпусков тематической страницы «С «Вечеркой» - по душам». 

Лариса Столярова