Украинская труба и другие проекты: под что будем собирать деньги

Украинская труба

Исполнительный директор Международного Фонда Блейзера Олег Устенко рассказал UBR.ua

Завтра украинские чиновники постараются заручится поддержкой американского энергетического лобби и получить поддержку янки в борьбе против РФ. Министр энергетики США Рик Перри вместе с влиятельной свитой из госаппарата и бизнес-сообщества прибудут в Киев, и у наших властей уже накопился немалый список вопросов и проектов, которые будут обсуждаться. О приоритетах на этот государственный визит и возможностях гостей UBR.ua побеседовал с исполнительным директором Международного Фонда Блейзера Олегом Устенко.

Олег Леонидович, что украинцам ожидать от визита министра энергетики страны, чьи чиновники или статданные способны изменить ценовые тренды в энергосекторе?

Вашингтон рассматривает Украину в контексте энергетической стратегии безопасности Европы. То, что США не поддерживают «Северный поток-2», также и означает необходимость изменений геоэкономического характера в Центральной и Восточной Европе, что не может не затрагивать вопросы энергетического сектора Украины. Нашей газотранспортной системы, возможностей увеличения внутренней добычи. Не решены вопросы, которые поднимались ранее: не разрушена монополия НАК «Нафтогаз», нет реального прихода независимых игроков на украинский рынок.

Предполагаю, что одним из важных вопросов, который будет обсуждаться, это увеличение внутренней добычи газа. А это затрагивает и вопросы получения лицензий и вообще желания независимых игроков заходить на украинский некачественный рынок. Потому что наш энергорынок — это квинтэссенция всех проблем, касающихся бизнес-климата.

В последнее время чиновники и эксперты уже нахваливают «Нафтогаз» и даже приводят его в пример другим госструктурам?

НАК и сам рапортует о снижении коррупции. Но это же не означает, что на всем энергорынке ее нет. С одной стороны, вроде бы административных барьеров стало меньше, но попробуйте получить лицензию или лишить лицензии тех игроков, которые присутствуют на рынке, но при этом не выполняют взятые на себя инвестиционные обязательства!

Важный вопрос — затраты бизнеса на этом рынке. Газодобывающие компании, работающие в Украине, платят ренту в 29%, в то время, как в ближайших странах-конкурентах за инвестиции, рента почти в 10 раз ниже — 3%.

Это касается, например, и Польши, и Румынии. Как можно серьезно считать, что в этот сегмент придут инвесторы и завалят наш энергосектор инвестициями. Что мы предлагаем — менее качественный бизнес климат за более высокие налоги?

Вы считаете, что будет дан сигнал, как и что проводить в энергосекторе?

Нет. Сигналы будут не только по энергосектору. Фигура Рика Перри более значима, чем просто министр энергетики США. Это представитель американской администрации, который везет не только чисто-энергетические мэсседжи.

Рассматривал бы его фигуру по аналогии с министром торговли США из прежней администрации — Пенни Прицкер. С приездом которой поднимались вопросы необходимых реформ, экономики, геополитики. Естественно, что энергетические вопросы — это начальные пункты диалога для министра энергетики США с украинской властью. Вместе с ним едет и достаточно большая бизнес-делегация, с которой будут обсуждаться различные более прикладные вопросы и не только относящиеся к сектору энергетики.

Например?

На сколько я понимаю, в составе делегации прибудет новый директор OPIC — структуры которая занимается вопросами страхования инвестиций американского бизнеса, а также представитель Экспортно-импортного банка, что является сигналом роста бизнес-интереса к Украине. Поэтому можно предположить, что со стороны министра Перри будут посланы мэсседжи и о необходимости качественного улучшения бизнес-климата в стране. В противном случае конфетка в виде OPIC и Эксимбанка и возможности по привлечению финансирования от этих двух институций для поддержки американского бизнеса в Украине, останутся несбыточной мечтой для украинской стороны.

На какие суммы привлечения может рассчитывать Украина благодаря этим структурам?

Весьма разнообразные. Например, годовой объем гарантий OPIC, как минимум может составить около $1 млрд. На фоне того, что в прошлом году в Украину зашло $3,4 млрд инвестиций, из которых реальный сектор получил всего $1 млрд, это значимая сумма. То есть речь идет о предоставлении гарантий от OPIC на $1 млрд, что фактически равно всем прямым инвестициям страны в небанковский сектор за 2016 год.

США будут дальше предоставлять госгарантий под размещение Минфином евробондов?

Осенью верстается и выносится на голосование бюджет США. На сегодня, в нем нет той строки, которая закладывается под обеспечение украинских гарантий, аналогичных тем, что предоставлялись прежней Администрацией. Эти гарантии позволили привлечь средства, под ставку ниже ставки финансирования МВФ (1,75% против 3% Фонда). Рассчитывать на такие гарантии сейчас я бы не стал. Ранее нам уже были посланы мэсседжи — улучшать инвестиционный климат, работать над повышением рейтингов, что в совокупности позволит самостоятельно занимать под более низкие проценты.

Осенний выход Минфина будет полностью рыночным?

Мне лично не нравится, что Минфин намерен осенью выходит с займами. Скорее всего, им предстоит занимать под тот процент, который ограничен МВФ — 9% годовых. Это дорого для страны, которая имеет соотношение госдолга к ВВП 82%, и больше 5% ВВП отдает на обслуживание долгов.

Как-то для нас меняются перспективы энергоресурсов в связи поставками сжиженного газа США в Европу?

Говорить, что поставки сжиженного газа, меняют для нас рынок, не стал бы. Их объемы невелики в рамках всего европейского газового рынка, чтобы оказывать какое-то влияние на цены в Европе и у нас.

Это только инструмент лишения РФ монополии на поставки газа в Европу. Пока работает наша газотранспортная система, блокируются проекты по «Северному потоку-2», у России не будет альтернатив по поставке газа в ЕС. И наша труба будет что-то стоить, позволяя зарабатывать на транзитных потоках.

Но это не на вечно. Уже давно пора оценивать среднесрочные перспективы. А они таковы, что энергоэффективность повышается и на единицу продукции используется и будет дальше использоваться все меньше энергоресурса. Непросто так в некоторых профильных мировых обзорах к 2025 году ожидают обвал нефтяных цен до $20 и ниже на фоне возможного нового технологического прорыва.

То есть Украина в любом случае будет терять заработки на транзите независимо от поставок США в Европу?

Да. В стратегическом плане — от 5 лет и больше — стоимость нашей трубы будет продолжать снижаться. Она важна сейчас, пока идет ее активное использование. В будущем я не верю в ее ценность.

Поэтому Украине важно сейчас стремиться максимально увеличить свою энергонезависимость, идя по пути наращивания внутреннего производства. И еще важнее понимать — это не перспектива 2-3 лет. Это ошибочное мнение, потому что за это время произойдут серьезные подвижки на рынке технологий. И наращивание внутреннее надо сейчас. А для этого необходимо не удерживать рынок для групп олигархов, а открыть его для украинских предпринимателей.

Наряду с другими факторами это позволит снижать зависимость от «Газпрома». Потому что даже сегодня, покупая газ в Европе, мы все понимаем, что по сути покупаем газ у России. Просто не на прямую.

Какие ваши ожидания по сотрудничеству с МВФ?

Очевидно, что отношения сегодня в пассивной стадии — сотрудничество есть, а денег нет. В середине сентября приедут представители МВФ оценить наш прогресс: подвижки по пенсионной и судебной реформе, борьбе с коррупцией. Как они оценят то, что наша сторона им покажет, не скажу.

Предполагаю, что сотрудничество останется вялотекущим, и мы можем рассчитывать на 1 млрд. Когда? Скорее всего по итогам пересмотра не в сентябре, а в уже декабре. Потому что к визиту миссии в сентябре Верховная Рада может не успеть принять пенсионную реформу. А под решение пенсионного вопроса какие-то средства могут выделить.

А если депутаты не проголосуют?

Тот же $1 млрд, может быть выделен только при политическом решении основных акционеров МВФ выделить средства. Но тогда можно говорить, что и по итогам визита сентября может быть принято политическое решение. Если бы Дональд Трамп мог вести ту политику, которую он декларировал во время президентской гонки, то смею заверить, что Украина не получила бы предыдущего транша. Потому что найти у нас прогресс и соответствие графику выполнения реформ можно только при очень сильном политическом желании.

Есть ли какие-либо признаки того, что такое политическое решение возможно сейчас или в будущем?

На рынке еврооблигаций в последнее время наметился рос цен на украинские бумаги, реструктуризированные при министре Яресько. Основной рост котировок наблюдается по тем облигациям, которые были выпущены как обмен на 20%-урезание евробондов.

Речь о тех облигациях, оплата по которым будет идти с 2021 по 2040 гг. и процент выплат по которым привязан к росту ВВП. Если раньше они торговались по 40 центов за доллар, то сейчас уже по 50 центов. И уже звучат оценки отдельных игроков, что эти ценные бумаги недооценены и должны стоить 80-90 центов за доллар.

С одной стороны, срок погашения приближается. С другой — инвесторы реально стали больше верить в будущее Украины и в ее финансирование. То есть они уверены, что отсрочки не будет, экономика будет расти (пусть и медленно) и Украина будет платить по этим долгам. Не исключаю, что те, кто прогнозирует рост цен на наши бумаги, могут владеть информацией о том, что будет принято политическое решение и наша страна получит финансирование.

 

Готовиться к этому надо. Наш выигрыш в Лондонском суде был только в том, что мы получили возможность «тянуть резину». То что мы вынуждены будем его гасить — это фактически решено.

Так что предстоит очередной этап переговоров по реструктуризации долга. Их вели еще при Яресько, и сейчас Минфин не скрывает, что переговорный процесс идет через министерство финансов Германии. По меньшей мере 3 раза за весь сложный период мелькали сообщения об этом в основных специализированных мировых агентствах.

Метки: госдолг, еврооблигации, МВФ, Северный поток, энергетика
Loading...
Loading...