Украинская революция ‒ социально-психологический аспект

Evromaydan

Не стоит отождествлять революцию лишь с баррикадами Майдана, тем более что она продолжается, и ее следствие ‒ затяжное противостояние революционной Украины и контрреволюционной России не только военное, но и мировоззренческое. Второе не менее важно. «Неисторическая нация» ‒ как по привычке все еще именуют украинцев в Третьем Риме, целый год заставляет говорить о себе надменную Москву. Путин еще год будет вставать по утрам с мыслью: «Что бы сделать для Украины?», но с иными намерениями, чем Ельцин, когда-то произнесший эти слова. Год, так как дольше мадам История его не выдержит.

Это не мировоззренческий конфликт русских и украинцев как двух этносов, так как они глубоко проникли друг в друга, и скорее Киев, чем Москва может претендовать на роль центра «Русского мира», но иного, чем навязываемый Кремлем. Официальные цифры: среди жителей Украины русские составляют 17%, а 2% граждан РФ ‒ украинцы ‒ далеки от реалий, так как в обеих странах есть тенденция их приуменьшать. Особенно в России, где реальное число этнических украинцев оценивается в 20-30 млн. человек ‒ около 20% населения. То есть, почти каждый седьмой, и уволенный в августе генерал-полковник В. Рушайло тоже, пусть и родился он в Тамбовской области в семье офицера.

Взаимопроникновение обеих этносов значительно глубже, чем уверяет официальная статистика, а потому я буду использовать термины «русский» и «украинец» не в смысле этносов, а для обозначения социально-психологических типов. С поправкой, что часть реальных украинцев мыслит как русские, и наоборот.

Истоки этого мировоззренческого конфликта и высокой поддержки русскими Путина лежат в разном отношении к государству. Именно резко выросший после аннексии Крыма рейтинг Путина доказывает, что это отличие менталитета русских и украинцев не миф, а реальность. Точно также плебс древнего Рима радовался захвату очередной провинции. Захват заканчивался зрелищем ‒ парадом (триумфом), боями гладиаторов, раздачей хлеба, и что важней ‒ раздачей земель в новой провинции и основанием в ней городов ‒ мини-копий Рима. Строительство их ‒ это подряды и деньги. Плюс дань (налоги) в «общак» Рима. Плюс ‒ за державу не обидно, а приятно, что метательные машины Рима самые мощные в Евразии. До маек с надписью «Не смешите мой «Искандер» в Риме не дошло, ‒ ракетной артиллерии не было. Третий Рим этот недостаток исправил, но забыл: Искандер ‒ азиатский вариант имени Александра Македонского, а он ‒ гей. Вышло неправославненько, ‒ Мизулина проглядела.

Третий Рим повел себя в Крыму по лекалам первого. Триумфальный въезд Путина, медальки, раздачи путевок и т.д. Дельцы уже продают москвичам дачи в Крыму, но полиция предупреждает: это незаконно, тырить землю и домики пока нельзя, ‒ нет государева соизволения. Впереди этнические чистки от украинцев и татар. Не очень масштабные, так как предшественники потрудились. Только Сталин выселил из Крыма 191 тыс. татар, 63 тыс. немцев, 700 итальянцев, 15 тыс. греков, 12 тыс. болгар, 9,6 тыс. армян и 3650 турок и персов. После того, как население Крыма сократилось в 3 раза ‒ с 1 млн. 126 тыс. человек в 1939 г. до 379 тыс. в 1944 г., он стал «исконно» русским. Заселяли Крым по римскому принципу ‒ ветеранами армии. Не удивляет, что они приветствовали возврат империи на полуостров, и это нашло отклик у плебса Третьего Рима. Плебс за изгнание чурок и укров с «исконно» русской земли. Показательно, Римское государство при жизни тоже именовали республикой, ‒ в империю ее потом превратили историки, а ряд народов в ней имели статус «федератов» и «друзей Рима». Почти как в РФ ‒ пишем республика, но знаем, что империя.

В 2014 г. русские окончательно массово признались, что они империалисты, молятся на государство и ненавидят украинцев за то, что те позволяют себе менять государственную власть по своему усмотрению. Русских и до этого раздражали «бесконечные выборы» на Украине, как выражался Задорнов, но украинцы совсем обнаглели и устроили революцию без разрешения «старшего брата». Это русские выдержать не смогли и ментально совсем разошлись с украинцами. Байки Киселева о хунте и мальчике лишь то, что русские хотели услышать. Будь иначе, Киселев не продержался бы на экране и недели. Но русским очень хочется считать украинцев фашистами и вампирами для своего психического комфорта.

Повторюсь ‒ причина в отношении к государству. Для русских государство это в самом прямом смысле «наше всё», а для украинцев ‒ это всего лишь относительно полезное приобретение, но от которого лучше держаться подальше. Что для русских абсолютно, то для украинцев относительно. Притом, что водку «Абсолют» они одинаково воспринимают позитивно. Но украинцы мягко подтрунивают над пьяными, а русские ‒ клеймят позором, что не мешает им пить. С государством аналогичная ситуация: украинцы его критикуют и переделывают, русские ругают напропалую, но не трогают. Украинцы гордятся державой не меньше русских, но в отличие от русских не возводят служение ей и службу государеву в ранг высшей добродетели и точно не видят в том смысла жизни. Психотип «русский офицер» существует и понятен, и по мнению некоторых воплощен в Гиркине, а психотипа «украинский офицер» нет. Как и нет в украинском языке слова «служака», ‒ заимствовали у русских. Для украинцев с 2004 г. хвалить президента дурной тон, для русских ‒ почти ритуал. Это негласное правило соблюдалось даже при Януковиче, несмотря на 1,5 года стараний Анны Герман.

Если использовать деление Бакуниным этносов Европы по их менталитету на нации анархистов и нации государственников, то украинцы ХХІ века ‒ нация анархистов, а русские ‒ государственников. Но в XIX в. Бакунин относил русских и всех славян с романскими народами к анархистам, а германские народы к государственникам. За сто лет ситуация заметно изменилась, и русские стали большими государственниками, чем немцы и прочие «гейропейцы», а тем более украинцы.

Причины в событиях последних ста лет. В феврале 1917 г. государство с Украины де-факто исчезло и отсутствовало до 1922 г., пока Фрунзе и Махно не взяли в 1920 г. Крым, а затем Фрунзе год гонялся за Махно. Государственных образований эти 5 лет на Украине была уйма, включая и принципиально антигосударственные. В России такого разрыва и опыта не было: большевики воспринимались как продолжение государственности, пусть и в другом формате. Украина 3 года была под немецкой оккупацией, а Закарпатье в состав СССР вошло лишь в 1945 г. Два года пребывания Западной Украины в СССР до войны оставили не лучше впечатления у ее населения. Голод 1933 и 1946 гг. и два послевоенных восстановления, приводившие к внутренним миграциям, тоже никак не способствовали становлению стабильного госаппарата.

Этот политический опыт позволял украинцам философски смотреть на любое государство как на что-то переменное. Экскурс к Запорожской Сече и вольным городам на магдебургском праве только укреплял такой взгляд. Экономический опыт тоже подсказывал: надейся на себя и свой огород, а не на государство, что после 1991 г. очень пригодилось. После того как государственная система распределения рухнула украинцы не стали ждать, когда ее починят, а двинули на огороды, в челноки, в трудовые мигранты, в теневую экономику, ‒ но ждать милости от природы не стали. К 2010 г. теневая экономика конкурировала с официальной, что устраивало Ющенко. Его не волновало, откуда население берет деньги, лишь бы у него не просило. У Тимошенко в 2009 г. была даже идея ликвидировать налоговиков как класс.

В европейской России ХХ век прошел совсем иначе ‒ под знаком стабильности и укрепления государства, а оккупация отдельных областей была непродолжительной. Если шире, то в российской глубинке 500 лет со времен взятия Казани или изгнания поляков из Москвы никаких политико-государственных изменений не происходило. Большевиков восприняли как встряску со сменой герба, но с сохранением прежнего государственного курса, что и использовал Сталин, изведя репрессиями остатки народничества, земщины и другой «образованщины». В «чистке мозгов» русским он превзошел Гитлер у немцев.

Сталин привил и комплекс «миссии русского человека», сделав русских неофициально титульной нацией, дарившей татарам, бурятам и т.д. алфавиты то на латинице, то на кириллице, то создававшей карело-финские и другие республики, то упразднявшей их, и непременными вторыми секретарями обкомов, крайкомов и ЦК республик. Причем такими вторыми, которые значили больше, чем первые. Теперь русские вполне могут конкурировать с «миссией белого человека» англичанина Киплинга, любимого с детства автора Путина.

Свой вклад внесли и Хрущев с Брежневым. Первый взялся извести личные подсобные хозяйства в России как помеху коммунизму, после чего русские деревни стали разительно отличаться от украинских сел и в них поселилось пьянство. Русские, коротающие время за бутылкой в ожидание указаний из «центра», с подозрительностью чистых пролетариев на содержании у государства стали взирать на украинца как на кулака, который сам находит себе занятия и вечно что-то тащит в дом, хотя тоже выпить не против. Чернышевский, направляясь в ссылку в Сибирь, дал интересную характеристику ямщикам: в их душах живет недоумение, ‒ как так, государь посадил на службу вдоль трассы, а по ней никто не ездит?

Брежнев подсадил русских на нефтедоллары, проложив газопровод в Германию, но смысла и движения по «трассе» не дал. Путин дает его: война за «русский мир» и возврат в него крымов, украин, казахстанов и финляндий. Хивинского царства тоже. Война дает деньги загадочной «русской душе», спасает ее от прозы жизни в империи и замещает духовное прозябание великим смыслом империй ‒ завоевания. Война все спишет, а победителей не судят. Русские добровольцы воюют на Донбассе не за якобы обиженных там русских, и даже не столько за деньги, ‒ они сбегают туда от самих себя и от скуки империи.

Их не особо пугает смерть. Гораздо больше их пугает крушение империи, это они уже пережили в 1990-ые. Империя тогда о них совсем забыла. Забыла настолько, что перестала платить зарплаты и рассказывать о смысле жизни и все заполнила «чернуха». Падение мини-империи Януковича они восприняли как сигнал, что возможен и крах Российской империи, а с ним и личностный крах. Поэтому сказы Киселева об украх-нацистах легли как бальзам на душу. Русским хочется в них верить, и чем нелепо страшней, тем лучше. Главное, чтобы сказочник не устал, и «гейропейцы» газ покупать не перестали. Иначе придется учить китайский, ‒ их больше.

Сергей Климовский

Метки: война, Майжан, революция, Россия, Украина
Loading...
Loading...