Право на бизнес: украинcкий апокалипсис

чтоб я так шил 2_2Конституция Украины писалась в 1996 году, когда большинство в парламенте имели коммунисты, а в стране только начиналась приватизация. Поэтому в Основном законе нет слова «бизнес». Но есть право на предпринимательскую деятельность и гарантия неприкосновенности частной собственности. Эти права нарушались всегда. Но в последние годы власть фактически их отменила. В Украине стало совершенно невозможно вести средний бизнес (отнимут) и невыгодно мелкий (не заплатят). Если не бояться громких выражений, можно говорить о геноциде украинского бизнеса, который вылился в революцию на Майдане, бунты в областях и новую волну массовой миграции из страны.

Вместо предисловия

Статья 41. Конституции Украины (фрагменты). Каждый имеет право владеть, пользоваться и распоряжаться своей собственностью, результатами своей интеллектуальной, творческой деятельности. Никто не может быть противоправно лишен права собственности. Право частной собственности является нерушимым.

Принудительное отчуждение таких объектов с последующим полным возмещением их стоимости допускается лишь в условиях военного или чрезвычайного положения.

Конфискация имущества может быть применена исключительно по решению суда в случаях, объеме и порядке, установленных законом.

Статья 42. Конституции Украины (фрагменты). Каждый имеет право на предпринимательскую деятельность, не запрещенную законом. Государство обеспечивает защиту конкуренции в предпринимательской деятельности. Не допускаются злоупотребление монопольным положением на рынке, неправомерное ограничение конкуренции и недобросовестная конкуренция. Виды и пределы монополии определяются законом.

Тирания «единого окна»

О том, что в Украине массово отбирают бизнес и консолидируют его в руках каких-то непонятных управленцев от правящей команды, сказано и написано много. Были даже официальные заявления самого высокого международного уровня. Еще в ноябре 2011 года директор Мирового банка по Украине, Беларуси и Молдове Мартин Райзер сделал в интервью РБК признание, которое в любой другой стране вызвало бы шок: в Украине могут отобрать любой бизнес. «Приходя в Украину, инвесторы должны говорить с посольствами и другими инвесторами, чтобы узнать особенности работы в Украине. Здесь могут быстро забрать бизнес. Здесь достаточно опасно, и все это признают», - отметил он. И что изменилось после этих слов? Да, ничего. Ситуация только ухудшилась.

Дело в том, что предпринимательская среда (если не брать во внимание огромные вертикально-интегрированные холдинги) напоминает взаимоотношения в природе. Как в океане рыбы-лоцманы кормятся, «прилипая» к акулам, и это называется термином комменсализм, так и в бизнесе одна средняя фирма пользуется услугами нескольких мелких. Кто-то завозит в офис воду, кто-то чистит ковровые дорожки, ремонтирует машины и компьютеры, организовывает корпоративы и фуршеты. Даже не связанные с конкретным бизнесом рестораны, салоны красоты и магазины косвенно привязаны к благополучию расположенного поблизости бизнеса объемом поедаемых ланчей, проданных вещей и сделанных маникюров.

С начала независимости в Украине планомерно отмирала сфера производства, особенно, военно-технического, но вместо нее незаметно развилась сфера услуг, которую в основной массе представляет самый малый бизнес, о котором так любят говорить наши чиновники. Еще несколько лет назад именно обслуживание состоятельной части украинцев во всех сегментах (от строительства загородных вилл до пластической хирургии) давало надежду на выживание самым бедным и перспективу роста самым талантливым. В целом это формировало пока еще тонкую, но динамично растущую прослойку среднего класса.

Однако массовый отъем рентабельного бизнеса и возникшая в связи с этим новая этика ведения дел нанесли непоправимый удар по «сервисному» предпринимательству. «Старым клиентам ничего больше не нужно — у них проблемы, новые отказываются платить, да еще пытаются ободрать нас, предъявляя претензии за якобы «некачественно выполненные заказы», - рассказывает София, чья небольшая пекарня специализируется на изготовлении эксклюзивных сладостей, картин из шоколада и свадебных тортов (между нами говоря — фантастически вкусных). По ее словам, недавно они привезли заказанный торт на банкет одного из депутатов, и охрана буквально выхватила коробку у курьера, отказавшись платить.

Это не единственный пример такого рода. На форумах, где общаются мелкие предприниматели, можно прочитать о том, как достаточно известные политики не брезгуют уходить из ресторанов, не заплатив, а их жены забирают дорогостоящую бытовую технику (например, холодильник) со словами «Я такая-то, у меня денег нет, мой муж заплатит». Потом — ни дозвониться, ни достучаться, ни пробиться к должникам через охрану жилого комплекса невозможно. Такова тенденция текущего момента.

Почему уступают те, кто печет торты или привозит бытовую технику? Их парализует страх перед влиятельными людьми или безысходность? Вопрос спорный. Скорее, второе: чтобы выжить, приходится соглашаться на правила игры, диктуемые всему «сервисному сектору» страны: закрывать фирмы как юрлица, перерегистрироваться в ФОП, брать наличными и не жаловаться, если не заплатят. Потому как жаловаться некому. В стране нет конкурирующих групп влияния. Нет больше покровителей и заступников на разных уровнях.

Все монополизировано и никому больше твои проблемы не нужны даже за деньги. Фактически исчез класс «решал», раньше довольно многочисленный и хорошо зарабатывающий. Их услуги больше не нужны, ибо куда не придешь с жалобой или просьбой, все равно попадешь в «единое окно».

Жизнь в разбойничьем лесу

Чтобы лучше понять, как чувствует себя обычный киевский предприниматель, зарабатывающий на жизнь своими творческими способностями, влезем в его шкуру (с позволения хозяйки — норковую шубку) и окопаемся в ее, теперь уже виртуальной фирме: художественно-дизайнерском бюро.

Анне 36 лет. 15 из них она фактический собственник маленькой компании. Все началось на третьем курсе строительного института (факультета архитектуры), когда они вместе с будущим мужем создали дизайн-проект магазина своих родителей. Потом их пригласили оформить рыбный ресторан родители их однокурсника. И пошло-поехало.

Так получилось, что Анна оказалась очень востребованным дизайнером, и заказчики передавали ее «с рук в руки». В кругах так называемой украинской элиты не принято пускать в дом чужих людей без рекомендации. После того, как наша героиня сделала гостинную-каминную для одной депутатши, у нее пошла череда заказов от весьма представительных людей. Муж тем временем открыл свое проектное бюро и занимался архитектурой клубных домов и загородных коттеджей.

Все шло очень неплохо. Она наняла полноценный штат и платила своим сотрудникам достаточно высокую по украинским мерках «белую» зарплату. Этого хотели сами сотрудники, потому что почти все взяли в кредит машины или квартиры и ездили отдыхать за границу (как известно, уровень зарплаты влияет на шанс получить визу). В общем, жили как обычный средний класс.

Были, конечно, проблемы. «При Кучме у нас главной проблемой была невозможность возместить НДС. Так получилось, что мы запустили в то время производство текстиля для гостиниц и начали продавать его в Хорватию, нашим партнерам, которые строили там отельные комплексы. Это был крупный заказ. Но вернуть НДС не удалось. И прибыль поэтому оказалась слишком низкой».

Также, говорит Анна, ВСЕГДА приходилось хотя бы немного «подкидывать» налоговым инспекторам, у которых существовал «план на штрафы» и давать им возможность «выявлять» незначительные нарушения. Она признает, что в дооранжевый период ее бизнес рос медленно, прибыль была незначительная, много времени отнимали бюрократические проволочки. Но при этом не было проблем с платежами от партнеров - все рассчитывались, а размеры откатов за госконтракты составляли не более 5-10% «премиальных» посредникам. Так они выиграли тендер на реконструкцию спортивного комплекса и ремонт целого министерства.

С начала 2005 года, с приходом к власти Виктора Ющенко и до кризиса 2008-го удача понеслась галопом. Фирма не успевала выполнять вал заказов. Кругом строились офисные центры, в страну заходили иностранные банки, как грибы росли торговые центры. «Нам пришлось набрать дополнительный персонал, отказаться от дизайна квартир, так как это отнимало время, но не давало такой высокой прибыли, как работа с корпоративными заказчиками; мы открыли у себя несколько новых отделов, например, фитодизайна и аквадизайна, так как это пользовалось повышенным спросом». Именно в тот период Анна и ее муж купили дом за городом и обновили машину, а их сотрудники набрали кредитов.

Вместе с тем начались и неприятности, характерные для того периода.

«Начиная с середины 2005 года мы постоянно слышали о рейдерах и силовых захватах предприятий, но нас это не касалось. Однако, в 2007 году неизвестные люди попытались переписать реестр (регистратор почему-то им не воспрепятствовал) и внести туда имена совершенно «левых» собственников». Начались суды. Абсурдные по сути, к тому же в разнообразных провинциальных судах. Например, в Красноперекопске. Обычная схема для того времени. Мы наняли юридическую фирму, которая высосала из нас почти все, заработанные в этот благоприятный период, деньги. Фирму удалось отстоять, но в кризис 2008 года мы вошли совершенно обессиленные финансово», – вспоминает Анна.

В 2009 году они узнали, что такое безработица. Застопорилось строительство, всем резко стало не до дизайна. Пришлось снова взяться за «мелочевку» - квартиры, дачи, озеленение территорий. Некоторое время всю компанию «кормили» подрядчики-ремонтники. «Маляры подкидывали нам клиентов, а не наоборот, как было раньше», - грустно улыбается Анна, вспоминая тот нелегкий период.

К 2010 году как будто все наладилось. Началось медленное, но очевидное выползание из кризиса. Она уже строила надежды на новый виток благополучия. Пока не столкнулась с жесткой реальностью.

Ее мужу позвонил человек, представившийся как-то очень странно (дословно «я курирую вашу территорию от Администрации Президента»), и предложил смешную сумму за переуступку бизнеса. Муж отказался, рассудив, что архитектурное бюро — это не АЗС, «левака» у них нет, прижать не за что. Если бы он знал, как ошибался...

Вскоре бюро получило судебный иск на астрономическую сумму по контракту, за который были заплачены «копейки» (в сравнении с исковыми требованиями): что-то около 2 тыс. евро. Для сравнения сумма иска — эквивалентна почти 200 тыс. евро. Заказчик обвинил его в том, что в проекте архитектором была допущена ошибка, которая сделала начатое строительство невозможным, а потому потребовал возмещение убытков.

«Самое удивительное в этой истории, что иск подал наш давний знакомый, с которым мы уже неоднократно работали раньше, - рассказывает Анна. - Он не брал телефонную трубку, чтобы избежать объяснений, но все-таки мне удалось с ним встретиться. И на встрече он сказал: мол, прости, если бы я этого не сделал, у меня бы забрали начатое строительство, а это вложенные деньги, кредит и все такое». Еще более удивительно, что несмотря на «ошибку» архитектора, были получены все необходимые разрешения. И строительство идет полным ходом. А экспертное заключение об ошибке сделала структура, не компетентная в данной сфере. Но суд очевидно примет решение удовлетворить иск».

В ходе процесса они узнали, что подавать иски за якобы ошибки и недочеты в работе — это сейчас самый распространенный способ не платить строителям, ремонтникам и даже швеям. Тем, кто не в состоянии выплатить иск, а их бизнес не представляет интереса, предлагают «отработать» бесплатно. Например, отремонтировать десять квартир. Или бесплатно шить коллекцию «балующейся» модельерством жены какого-то важного «упыря». Новый вид рабства в постиндустриальный период.

Мужу Анны тоже предложили бесплатно поработать на один из казенных проектов, куда никто не хочет лезть ввиду огромных, до 50%, откатов. Естественно, это помимо того, что он переоформит архитектурное бюро на других людей.

«Но зачем новым собственникам творческий бизнес без автора проектов?», - спрашиваю в недоумении. «Мой муж тоже задал им этот вопрос, и ему сказали — ваша фирма раскручена, ее знают, нас интересует только имя, а персонал мы привезем свой, у нас полно выпускников строительных вузов».

Ситуация у самой Анны еще более запутанная. Уже год, как ее фирмы не существует юридически. Вместо нее — несколько ФОП. «Мои давние клиенты больше не строят тут офисов и домов — они их продают, и покупают в Польше, Чехии, Венгрии. Вместе с видом на жительство. Новые собственники бизнесов и дорогих квартир просят оформлять все сделки только за наличные. А на общество с ограниченной ответственностью, какой была моя фирма, завести наличные я не могу. И поэтому мы ликвидировались. Работать приходится под честное слово, с большим риском неуплаты. С госконторами работать нельзя вообще: если раньше нашим непосредственным заказчиком было, скажем, министерство, то сейчас — несколько посредников. И никогда не знаешь, на каком этапе украдут твои деньги. Фитодизайном мы больше не занимаемся. Последним заказчиком был депутат из Донецка, который отказался платить за озеленение своего участка в Конче Заспе, заявив, что такие тюльпаны он выкопает в парке Шевченко, а посадить их может его водители, и это ничего не стоит. А мы в Киеве тут все зажрались. Ну, а строительно-ремонтные работы стараемся делать по предоплате, хотя бы частичной. И тоже налом. Ибо наши партнеры-маляры погорели на своей законопослушности: они подписали контракт, выполнили работы, предоставили смету, акт, а им акты просто не закрыли и денег не дали. Со словами «работа плохая, а денег в бюджете нет». Кстати, это был ремонт одного из правительственных зданий».

Голодные игры власти. Зачем?

Всегда трудно объяснить очевидное. Зачем власть разрушила средний бизнес — ту часть социума, которая была ее подушкой безопасности, источником «пищи» для бюджета, основной для баланса в экономике и конкуренции между кланами? Потому что как в анекдоте: «права купил, а ездить не купил». Грандиозная ошибка государственного управления в национальном масштабе.

Да, власть просто ошиблась, начав монополизировать то, что приносит деньги, и с тех «углов», где это было проще сделать: не с олигархов, которые могли обороняться (их оставили на «закуску»), а с беззащитной мелочевки и среднего класса.

Как написали журналисты Сергей Щербина и Сергей Лямец в статье к трехлетию правления нынешнего президента (Экономическая правда, 18 июля 2013 года), основная проблема заключалась в том, что штурвал почти безграничной государственной власти оказался в руках группы, которая, имея эту власть, почти не имела собственных активов. И, чтобы стать вровень с другими олигархами, начала стремительно собирать имущество. А поскольку занялись этим достаточно специфические люди, вместо аукциона невиданной щедрости получился аттракцион неоправданной жадности. Бизнес не покупали, а фактически отбирали. Как отмечают коллеги, «волна экспроприации коснулась преимущественно среднего бизнеса. Крупный олигархат никто и не думал трогать...».

Окончательно тенденция сформировалась к концу 2011-го. В 2012 году директор BFM Group Ukraine Андрей Стадник в своем блоге на портале ЛИГА написал, что обычно перечисляемые властью риски — от высокой цены на газ до неблагоприятной мировой конъюнктуры – не пугают потенциальных инвесторов. «Настоящая проблема состоит в государственном рэкете и 100%-ной вероятности последующих рейдерских наездов на бизнес. Именно этого все инвесторы и пугаются.

В Украине разворачивается системная программа захвата как крупного, так и среднего бизнеса. Эта программа никак не связана с реприватизацией ранее награбленного в пользу государства или частными случаями рейдерства. Здесь нет тупых наездов и вымогательства в традициях 90-х. Никто уже не действует посредством «ректотермального криптоанализатора», и никого не вывозят в лес. У украинского бизнеса тупо, просто по беспределу, отбирают все, что было нажито потом и кровью за прошедшие 20 лет».

В 2013-ом проявился результат такого подхода: вместо предприятий, которые платили бы весь объем налогов и полноценную зарплату сотрудникам появляется вынужденная форма легализации — физлица-предприниматели.

Хорошо помню, как в апреле прошлого года глава Государственной регистрационной службы Дмитрий Ворона с недоумением написал на своей странице Facebook, что «…только за первый квартал 8,7 тыс. юридических лиц прекратили свою деятельность, в то же время зарегистрировано более 57 тыс. новых физических лиц-предпринимателей». К июню эта цифра выросла до почти 80 тыс. Бизнес перешел в тень.

Осенью 2013-го основной тенденцией стала эвакуация. При этом действующий бизнес начал продаваться по цене оборудования. Такого не было даже в кризисные 2008-2009 гг. Ежедневно на Slando появлялись сотни подобных объявлений, причем, в большинстве продавцы высказывали готовность торговаться, а в качестве причины продажи указывали “в связи с переездом”. Украинский бизнес массово сбегал за границу.

Ну, а как страна вошла в 2014-ый вопросов не вызывает: с баррикадами на Майдане. Вопрос в другом: поняла ли власть, почему ее так сильно не любят? И намерена ли она остановить ею же запущенный маховик поедания бизнеса и вернуть гражданам конституционное право на неприкосновенную частную собственность и свободное предпринимательство?.

Галина АКИМОВА, "ТЕМА"

Loading...
Loading...