Новый олигархический консенсус и перспективы восстановления общественного договора в Украине

ДОГОВОР

Последние достижения Майдана по итогу почти трех месяцев противостояния и «огнестрельного» этапа революции — это освобождение Тимошенко и переход Президента на полулегальное положение.

Подписанное Президентом Соглашение о прекращении конфликта, было расценено командой как акт капитуляции и сигнал к бегству. Президент, утратив контроль над ситуацией, также был вынужден покинуть Киев, что окончательно нивелировало его влияние. При этом согласно закону, без подписи Президента невозможно назначить полностью легитимное правительство, а законодательные акты принятые ВР имеют полулегитимный характер и являются «политическими». Янукович, отказавшись легитимизировать возврат к Конституции 2004г., фактически нарушил Соглашение. Разбежавшееся правительство добило остатки его влияния на ситуацию и окончательно вывело её из правового поля. На сегодняшний день все принимаемые решения являются политическими.

Самая большая проблема в данной ситуации — это сохранение экономической и финансовой стабильности в стране. В этих условиях выделение финансовой помощи, как западными странами, так и Россией, будет достаточно проблематичным. И с первыми невыплатами пенсий и зарплат снова подорвет социально-политическую ситуацию в стране. Следовательно, на сегодняшний день для сохранения ситуации внешние акторы должны четко определиться с человеком, который будет отвечать за государственные финансы и под чье имя они готовы выделять деньги. Иначе новый виток конфликта не заставит себя ждать. Позиция «финансиста» в нынешних обстоятельствах становится ключевой, прежде всего, для внешних инвесторов. Все прекрасно понимают, что в условиях переходного правительства и социально-политической нестабильности, выделять транши на поддержание стабильности финансовой системы временной фигуре, зависимой от изменчивого настроения революционных лидеров, опасно. Следовательно, эта позиция должна быть несменной до формирования легитимного правового поля и правительства и быть подотчетна инвесторам.

В сложившихся условиях до формирования правовой базы, легимитизирующей решения правительства, страна находится в зависимости от политической воли депутатов и региональных лидеров.

Расчет на подконтрольность и поддержку юго-восточных регионов не оправдался, особенно после массовых выступлений в Харькове и четкой позиции Москвы по невмешательству и сохранению целостности страны. Угроза раскола страны и условия для ее федерализации сохраняются, если в кратчайшие сроки на юго-восточных территориях не появится легитимная власть из центра.

Освобождение Ю. Тимошенко и её влияние на формирование органов исполнительной власти на местах, может спровоцировать непринятие «наместников» и стимулировать центробежные процессы.

Другими словами, мы будем наблюдать повторение ситуации 2005-2006гг., когда восточные регионы практически вышли из под контроля центра и вынудили Ющенко пойти на сотрудничество с командой Партии регионов. Однако, на сегодняшний день процесс усложняется отсутствием консолидированной команды на Юго-востоке страны, а также утратой доверия к лидерам ПР и Президенту. Активные попытки Тигипко и Шуфрича разыграть эту карту сейчас упираются во временной лаг. Им банально не хватает времени на то, чтобы заручиться поддержкой в регионе. К тому же любые попытки сделать это сейчас приведут к их обвинению в сепаратизме.

Таким образом, на сегодня ситуация еще не доиграна, и нас ждет достаточно сложный этап полного переформатирования политического пространства. В таких условиях федерализация страны становится одним из неизбежных способов разрешения кризиса и сохранения целостности страны, а также исключает возможность превращения территории Юго-востока страны в Большое Приднестровье.

Ниже мы предлагаем короткий анализ ситуации по всем ключевым субъектам политического процесса.

1. МАЙДАН.

В сложившейся ситуации Майдан остается одним из основных факторов определяющих политическую повестку дня в стране. Благодаря регулярным апелляциям оппозиционных лидеров и внешних акторов, Майдан становится самостоятельным «коллективным» субъектом политики, отражающим настроения основной части населения. Этот тренд пока не осознан ни оппозиционными лидерами, ни властью, однако он реально существует и подтверждается результатами социологических исследований. Попытки игнорировать этот факт неизбежно приведут к силовым действиям против активистов Майдана, что лишь заложит новый виток конфликта и делигитимизирует и власть, и оппозицию вне зависимости от достигнутых между ними договоренностей.

Другими словами, исключение интересов «гражданского общества» из олигархического консенсусного договора, а также игнорирование потребности формировать новый «общественный договор» лишь маскирует и затягивает конфликт, загоняя его в скрытые формы противостояния и саботажа власти. Все это приведет к росту криминогенной ситуации и радикальных настроений в обществе, что существенно отразится на результатах ближайшей избирательной кампании.

Таким образом, Майдан должен породить легитимного лидера, способного сформулировать основные требования и условия освобождения улицы.

В противном случае мы рискуем получить рассыпавшиеся, хорошо организованные и спаянные группировки политических террористов. А сам конфликт перейдет в фазу партизанской войны «Робин Гудов» Майдана против коррумпированных чиновников и инакомыслящих в принципе.

Успокоить радикальную часть Майдана позволит полная амнистия и прекращение силовой борьбы с лидерами. Ибо на сегодня основной фактор, удерживающий людей на Майдане в боевой готовности, — это гарантия собственной безопасности по окончанию «горячей» стадии конфликта.

После подписания соглашения с Президентом, это также желание системных изменений и наказания людей, виновных в пролитии крови. Как показывают события последних дней в условиях делегитимизации милиции, возникает необходимость совместного патрулирования улиц и борьбы с мародерством.

Другими словами сегодня мы уже наблюдаем различные формы самоорганизации населения с целью обеспечения собственной безопасности.

2. ОППОЗИЦИЯ.

В сложившейся ситуации оппозиция пытаясь увеличить свое влияние и вес на Майдане, привлекала в союзники представителей дипломатических кругов стран Евросоюза и различных еврочиновников.Демонстрируя максимальную лояльность к внешним акторам, предоставляя им публичные площадки и возможности зафиксироваться в информационном поле, оппозиционные лидеры за счет внешних акторов пытались усилить свои позиции в переговорном процессе за «кусок властного пирога» с Президентом и провластным парламентским большинством, постоянно спекулируя на теме санкций против представителей большинства.

С ослаблением контроля над Майданом, оппозиция все острее осознает необходимость ускорить заключение нового консенсусного договора с провластной группой. Затягивание этого процесса несло угрозу существованию всей системы власти в Украине, что собственно и подтвердили итоги «огнестрельного» этапа, когда Майдан не принял условия договора.

Эскалация конфликта в регионах уже создала серьезные проблемы для функционирования экономики. Саботаж налоговых отчислений, блокирование работы стратегических (финансовых, энергетических, представительских) подразделений власти на местах, привели к срывам бюджетного процесса и графиков его наполнения. Логично предположить, что на следующем этапе конфликта начнутся перебои с выплатами зарплат и пенсий. Задержки социальных выплат чреваты неконтролируемыми массовыми выступлениями граждан и акциями неповиновения.

В этих условиях даже оппозиционные лидеры будут неспособны взять ситуацию под контроль, а, следовательно, их будущее может стать не лучше действительности представителей власти.

Именно поэтому оппозиция старается минимизировать радикализацию своей риторики и старается не делать серьезных заявлений даже по поводу некорректных действий провластного большинства, вроде голосования по Закону Мирошниченко «Об отмене результатов голосования 16 января».

Неоднородность и амбициозность лидеров оппозиции с каждым днем снижает их вес в глазах не только внутреннего протестного движения, но и в глазах внешних акторов, пытающихся понять, кто из них способен обеспечить стабилизацию и прогнозируемость ситуации.

Деструктивное заявление Тимошенко и последовавшие за ним перестановки внутри Батькивщины фактически нивелировали наметившийся консенсус между оппозиционерами и провластным парламентским большинством по возврату к Конституции 2004г., как одного из ключевых условий восстановления баланса власти и выхода из политического кризиса.

С другой стороны, неумолимое приближение избирательной кампании сужает поле для маневра оппозиционных лидеров, вынуждая их терять лицо не только перед собственными избирателями, но и перед внешними акторами. Например, это отказ от участия в коалиционном Кабинете министров, что является наиболее распространенной практикой разрешения политических кризисов в западных странах. Такое решение поставило в тупик не только провластное большинство, но и внешних акторов. Таким образом, оппозиция подарила Президенту дополнительный аргумент в переговорах с еврочиновниками в пользу несостоятельности и неспособности оппозиции взять на себя ответственность в трудную минуту.

В результате оппозиция сегодня находится в «растяжке» между выходящим из-под контроля Майданом и необходимостью договариваться с властью и Президентскими амбициями лидеров.

Единственный шанс оппозиции закрепиться на Майдане — ввести элементы прямой демократии и содействовать рождению политического крыла из сформировавшихся на Майдане радикальных боевых групп. Однако легитимности оппозиционных лидеров уже не хватало для реализации подобного сценария.

Консенсус власти и оппозиции в рамках этого закона, подтолкнет радикальные группы майдановцев к формированию «гражданского проекта» наподобие Комитета избирателей Украины, только ориентированного на силовые варианты защиты результатов выборов. Впоследствии это может оказать существенное влияние на результаты парламентских и президентских выборов.

С момента начала «огнестрельного» этапа конфликта, для оппозиции наступил момент истины. Попытка Президента заставить лидеров оппозиции откреститься от Майдана, путем запугивания арестами фактически провалилась, т.к. каждый из оппозиционеров осознал, что на следующем этапе они станут никому не нужны.

После подписания соглашения, оппозиционеры фактически получили всю полноту власти в стране. Однако освобождение Тимошенико значительно переформатирует политический ландшафт страны, и внесет коррективы в структуру оппозиции. Фактически уходят на второй план Яценюк, Кличко и Тягныбок. В этих условиях стоит ожидать усиления влияния Майдана, поскольку даже Тимошенко не пользуется сегодня абсолютным доверием «Правого сектора» и массы других «полевых командиров». Пока что Тимошенко не рассматривает Майдан как фактор влияния и этот факт еще станет для нее откровением. В итоге она будет вынуждена втянуться в конфликт с частью полевых групп, и мы снова выйдем в поле политического террора.

3. ВЛАСТЬ.

Власть представлена несколькими ключевыми субъектами, а также различными группами влияния, формирующимися в процессе переформатирования отношений между ключевыми «акционерами» режима.

Президент.

Непредсказуемость и амбициозность Президента остаются основными катализаторами кризиса. Кулуарный характер принятия решений, переговорных процессов с оппозицией и олигархами, снижает его возможности для маневра в публичном поле, и главное ослабляет позиции в процессе выхода из кризиса.

На сегодняшний день Президент позиционируется как самостоятельный игрок, вынужденный бороться за собственное выживание и удержание власти, утративший поддержку даже своих вчерашних соратников-олигархов. А отсутствие весомых президентских спикеров создает впечатление его личного противостояния с народом.

Президент остается ключевой фигурой и сохраняет видимость контроля над ситуацией. Однако, находясь в ситуации цугцванга, каждый его шаг лишь ухудшает внутренние позиции. С одной стороны необходимость кадровых жертв подрывает стабильность команды, хотя кадры, принесенные в «жертву» до этого времени (Сивкович, Попов, Левочкин, Азаров) не считались ключевыми. В условиях практически пустой «скамейки запасных», сокращение фигур при существующей динамике процесса является негативной тенденцией для Президента, входящего в старт избирательной кампании. Фактически это «смена лошадей на переправе», ведь вновь приходящие люди вынуждены выстраивать все процессы с нуля. В существующей ситуации Президент рискует подойти к избирательной кампании с парализованной организационной структурой и полным отсутствием смыслового наполнения, что ставит под угрозу результаты кампании.

Желание Президента создать группу на базе государственной бюрократии, снизить роль и влияние олигархов на государственную политику оказалось практически нереализуемым в украинских реалиях. Масштаб страны и масштаб интересов не позволяют выстроить эффективную систему ручного управления на базе одной региональной группы и инкорпорированных представителей ведущих ФПГ.

Поведение соратников Президента и прежде всего парламентской фракции свидетельствует о глубоком кризисе внутри команды, а также готовности части провластной группы пойти на перераспределение полномочий и восстановление баланса власти. Каждый день противостояния и неизвестности лишь углубляет внутренний раскол партии Власти. ограничивая возможности Президента в выходе из кризиса лишь силовым путем.

Увольнение Азарова и переформатирование правительства — далеко не однозначный шаг Президента.

С точки зрения личного позиционирования Президента он достаточно правильный. Неготовность оппозиционных лидеров взять на себя ответственность за ситуацию в стране нанесла им серьезный репутационный урон в среде внешних акторов, и повысило акции Президента как стабилизирующего фактора.

Создание коалиционного правительства для западной политической культуры является первым инструментом разрешения кризисных ситуаций. Именно западники настаивали на переформатировании правительства и когда они «додавили» Президента, оппозиция вдруг отказывается от использования этого инструмента, демонстрируя свою незрелость и нежелание формировать переговорное поле на базе разделения ответственности. К тому же это показывает слабость позиций внешних акторов, как влиятельных переговорщиков.

Таким образом, Президенту удалось создать видимость недоговороспособности и недееспособности оппозиции для внешних акторов, а также сбить температуру конфликта и затормозить развитие радикальных сценариев.

Однако, потребность Президента в контролируемом правительстве, требует вывода на первые роли команды «младореформаторов». Функциональность пропрезидентской правительственной команды предполагает ее аполитичность и тесную привязку к Президенту. Учитывая проблематичность бюджета, отсутствие правительственного спикера, а также конкурентную среду внутри Кабмина, при условии снижения влияния и полномочий Президента, их вес в правительстве будет фактически сведен к нулю.

Однако, при нестабильном правительстве «исполняющих обязанности министров», Президент получил еще одно переговорное поле и укрепил свои позиции в торгах с олигархами. Хотя серьезно переформатировать правительство не возможно риск потерять своих лоббистов в правительстве, достаточно весомый аргумент для удержания контроля над руководителями ФПГ, о чем свидетельствует характер голосования за закон Мирошниченко про амнистию.

Таким образом, в процессе разрешения конфликта мы наблюдаем локализацию Президента и реструктуризацию его группы. Создание «коалиционного» правительства может снизить влиятельность Президента на политические процессы в стране. Выход Правительства из-под контроля. на ряду с формированием альтернативного центра Принятия решений, ослабляло позиции Президента. Демонтаж властной вертикали и фиксирование Президентом своей легитимности и субъектности дали определенные плоды: он получил поддержку Кремля и Белого дома, которые были готовы гарантировать ему сохранение поста в обмен на реформы, в то время как Европа потребовала его отставки.

Чувствуя поддержку Кремля, Президент усиливает пророссийскую риторику, которая толкает страну к гражданскому конфликту между Западом и Востоком Украины, что устраивает Кремль. Угроза конфликта в Европе усиливает роль США и России как гарантов безопасности.

Другими словами, Президент пытается играть на разногласиях между ЕС с одной стороны, а также США и Кремлем с другой. Евродискурс оппозиции фактически выключил фактор США как субъекта украинской политики: в выступлениях оппозиционеров мы не слышим никаких гарантий защиты американских инвестиций, в особенности в восточных регионах, которые продвинулись дальше всего в реализации проектов добычи сланцевого газа. Сближение отношений оппозиционеров с европейцами, а также угроза раскола страны, создали угрозу для американских инвестиций в Украине, что и подтолкнуло США к необходимости сохранить Президента как гаранта их инвестиций, а также сформировало условия для временного союза с Кремлем, который также способен выступить гарантом американских интересов на востоке страны.

Так можно объяснить разноголосицу еврочиновников и посольства США в отношении судьбы Президента. Остается вопрос очередных выборов Президента и главное его возможности гарантировать защиту инвестиций в условиях изменения Конституции и ограничения полномочий Президента. И тут все снова оказываются перед вопросом, а сможет ли победившая оппозиция гарантировать реализацию сланцевых проектов на востоке Украины? В особенности с учетом опыта Президентства Ющенко, когда восток контролировался ПР и был фактически не подвластен «оранжевым» .

Мы видим, что у Президента были козыри для эффективной игры на глобальной доске. Но все они теряют свое значение в условиях гражданского конфликта.

В условиях необходимости привлечения внешних акторов для разрешения внутреннего конфликта Президент утрачивает субъектность. При этом он отдает управленческую инициативу внешним акторам, которые должны будут сбалансировать свои интересы самостоятельно, а главное определят фигурантов и административно-правовую систему, которые обеспечат баланс сил.

Подписание соглашения и последующее бегство чиновников Кабмина, а также освобождение Тимошенко свидетельствуют о том, что Президент окончательно утратил легитимность и уже не может рассматриваться как фактор влияния. Попытки Януковича «окопаться» на востоке и разыграть карту гражданского конфликта лишь усугубляют его положение. Ибо конфликта на этой территории не допустят ни олигархи, ни внешние акторы.

Правительство.

Консенсусный характер сформированного правительства фактически исключал возможность радикальной ротации министров. Однако определенные позиции были готовы разменять практически все участники.

Основными претендентами на выход были «слабые звенья» (МЭРТ, Минпромполитики), а также «коньюктурные министерства» (Миндох, Образование, Культура), гуманитарный вице-премьер.

Базовые же министерства (Энергетика, Финансы, Инфраструктура), вероятнее всего, остались бы не тронутыми. Сложившийся внутри правительства статус-кво между олигархическими группами и их влияние на парламент исключало возможность резких изменений в ключевых сферах их влияния.

В условиях формирования «коалиционного» правительства возможны варианты пролонгации участия группы «младореформаторов» в новом правительстве, лишь при условии сохранения влияния Президента на фракцию и ее веса в парламенте, что практически невозможно с точки зрения перспективы в условиях развития гражданского конфликта.

На сегодняшний день «верстка» правительства проходит при активном участии как западных, так и восточных эмиссаров. И если восточные больше сконцентрированы на «персоналиях» (по последним данным Кремль настаивает на кандидатуре Бойко и выставляет условием выделение очередного транша), то для западных больше интересна «программа правительства» (на сегодня идет верстка «антикризисной программы» с участием бизнес сообщества).

По западным эмиссарам продвигаются фигуры Яценюка и Порошенко, однако также рассматриваются консенсусные кандидатуры бизнес представителей: креатуры среднего бизнеса — А.Кинах, и от крупного -возможны любые предложения при наличии опыта работы в Кабмине. Восточные эмиссары рассматривают варианты Бойко и Клюева. Среди внутренних претендентов можно выделить еще Тигипко. Вероятнее всего Президент предлагал Арбузова, но коридор его возможностей был слишком узок, чтобы выстроить политическую игру с оппозицией, внешними акторами, внутрипартийными группами и ФПГ. С другой стороны, ему достаточно сложно соотнести обширные бизнес интересы группы с интересами других участников и гарантировать им поддержку их проектов.

А следовательно шансов у «младореформаторов» возглавить правительство практически не было.

Одним из ключевых действий ожидаемых западными эмиссарами от «технического» или «коалиционного» правительства станет секвестр бюджета и приведение его к более-менее адекватным макропоказателям, а также программа продолжения реформ. Уже сегодня формируется рабочая группа, которая будет разрабатывать варианты сокращения дефицита бюджета. Разработанный группой документ, вероятнее всего, ляжет в основу переговорных процессов после формирования правительства и станет системой маркеров исполнительной дисциплины.

Однако после подписания соглашения и выхода Тимошенко, Правительство практически в полном составе покинуло страну. Из всех министров на встречу с новым председателем парламента пришли лишь Министр финансов и Министр культуры. Таким образом, можно сказать, что на сегодняшний день события разворачиваются по неписанным сценариям, а, следовательно , еще будет происходить переформатирование парламентского большинства и серьезная битва за представительство в правительстве лоббистов ФПГ.

Парламент.

Депутатский корпус дестабилизирован. Кулуарный характер принятия решений Президентом и ход переговорного процесса лишил депутатов почвы под ногами, никто не ориентировался в ситуации и большинство депутатов мажоритарщиков заняли выжидательную позицию.

Депутаты, представляющие крупнейшие ФПГ, также находятся в замороженном состоянии. «Собственники» ФПГ заняли нейтральные позиции в конфликте и ждут окончательной развязки ситуации.

Руководители парламентских фракций также слабо ориентируются в ситуации. Динамика процессов слишком высока, а парламент потерял однородность и, как следствие, управляемость.

Очень показательным было голосование за закон об амнистии, когда нужный проект документа смогли проголосовать только после прямого вмешательства Президента.

В этих условиях досрочные парламентские выборы могли бы значительно снизить уровень конфликтности. Однако при сохранении действующего закона о выборах, затраченные средства на избирательную кампанию мажоритарщиками и уровень их влияния на процессы ставили под вопрос актуальность участия в выборах среднего бизнеса, составляющего подавляющее большинство «тушек» и «зависимых» депутатов. Крупный бизнес предпочел бы финансовое участие в партийных проектах, позволяющих гарантированно обеспечить присутствие своих лоббистов в парламенте.

Таким образом, для Президента досрочные выборы ставили под вопрос контролируемость будущего парламента и качество его депутатского корпуса. К тому же если бы выборы были назначены сразу после изменения Конституции, то к моменту президентской кампании Президент рисковал подойти без контролируемого правительства, что также ослабляло его позиции и позиции группы.

Если бы выборы проходили по пропорциональной системе, возникает вопрос целостности ПР, ведь сегодня уже заметна неоднородность партии, а некоторые ключевые участники проекта (группы Фирташа, Ахметова) могли выйти из проекта. Выход основных акционеров это удар по организационной и электоральной структурам партии. Человеческий потенциал партии базировался, прежде всего, на ресурсах крупных предприятий, принадлежащих ФПГ. Как показывает практика парламентских выборов в Киеве и на западе страны, административный ресурс сам по себе практически не способен обеспечить результат, а в условиях раздела команд произойдет и раздел администраций, что практически нивелирует влияние админресурса на результаты кампании. Следовательно, результаты ПР будут гораздо скромнее, а на востоке улучшали бы свои результаты КПУ, УДАР и возможно мы получим совершенно новый лево-либеральный проект, который возьмет нишу Фронта Змин и Сильной Украины.

После начала «огнестрельного» этапа конфликта, парламент пережил свой «момент истины». Как показали голосования по постановлению о прекращении «антитеррористической операции», произошло переформатирование большинства, и сегодня парламент может стать альтернативным центром принятия решений. Однако это станет серьезным психологическим ударом для Президента, и главное разбалансирует административную систему. Президент теряет возможность гарантировать стабильность команды, а, следовательно, и контроль над административным ресурсом.

В условиях изменения Конституции серьезного переформатирования Парламента ожидать не стоит, ситуативное большинство, сложившееся в кризисной ситуации, не сможет сохранить стабильность, в особенности по экономическим законопроектам, а также формированию Правительства. Как уже отмечалось выше, действующее Правительство на 2/3 должно сохраниться, чтобы обеспечить защиту интересов ключевых ФПГ по долгосрочным проектам, таким как, к примеру, реформа портового хозяйства. Следовательно, говорить сегодня о «коалиционном» правительстве практически не приходится, наиболее вероятно создание «технического» правительства.

К тому же количество депутатов избранных по спискам лишь 225, а, следовательно, для формирования большинства придется привлекать мажоритарщиков, которые не преминут вернуть вложенные в избирательную кампанию средства.

Таким образом, мы можем смело предположить, что в Парламенте избранном по смешанной системе, в условиях действия Конституции 2004г. будет быстро сформирован «рынок голосов», и он начнет терять свою легитимность, что неизбежно приведет к необходимости досрочных выборов.

Следует также отметить, что в этом случае, вошедшие в коалицию мажоритарщики, будут торговаться за места в списках, а, следовательно, парламент существенно не изменит своего лица, что неизбежно приведет в движение Майдан, который почувствует себя обманутым. Либо же, большую часть мажоритарщиков придется банально слить на выборах, а, следовательно, достигнутые сегодня договоренности в парламенте не стоят ровным счетом ничего в перспективе.

4. ВНЕШНИЕ АКТОРЫ:

До начала «огнестрельного» этапа конфликта внешние акторы не играли ведущей роли в украинских событиях. ЕС, США и РФ лишь пытались использовать ситуацию в Украине для достижения своих геостратегических интересов за счет событий в Украине.

Об этом свидетельствуют достаточно пассивные позиции внешних акторов по участию в урегулировании конфликта до момента применения огнестрельного оружия. До этого момента отсутствовали какие-либо группы международных переговорщиков, как со стороны ЕС , так и со стороны РФ. Все переговоры проходили в достаточно закрытом режиме между Президентом и оппозиционерами. Тема участия иностранных представителей в событиях практически не подымается в СМИ и рассматривается как фейковая.

Однако после первых выстрелов ситуация радикально меняется. Приезжают главы МИД основных стран ЕС, представители РФ и усаживают Президента за стол переговоров с конкретными решениями и подписанием политических документов.

Эскалация конфликта вызвала серьезные опасения о перспективе утраты контроля над ключевыми рынками Украины, которые собственно уже давно и не являются украинскими, т.к. принадлежат крупным транснациональным корпорациям (энергетика, сланцевый газ, металлургия, химия, сельское хозяйство). А, следовательно, разговор внешних акторов сегодня уже идет о формировании новой системы собственной экономической безопасности в Украине. Эта система включает в себя некоторые внутриполитические аспекты, такие как восстановление «баланса власти» (создание системы сдержек и противовесов), а также необходимость формирования нового «общественного договора», в котором должны быть учтены интересы не только внутренних игроков, но и внешних акторов. Именно поэтому на первый план выходят вопросы возврата к Конституции 2004г., позволяющей сформировать несколько центров влияния в стране. При этом РФ настаивает на федеративном устройстве Украины, которое даст пророссийским силам закрепиться на Юго-востоке страны, получить доступ и влияние на последний конкурентный ресурс Украины — ее транзитный потенциал. Контроль за Азово-черноморского побережья позволяет контролировать практически все оптимальные маршруты движения товаров между востоком и западом, а также существенно влиять на развитие китайского проекта восстановления «Шелкового пути».

На сегодняшний день перед внешними акторами стоит задача понять какие из существующих политических групп, и в какой конфигурации способны обеспечить социально-экономическую стабильность, баланс их интересов и баланс власти.

Другими словами сложившаяся ситуация рассматривалась внешними акторами как большие «СМОТРИНЫ», а для внутренних игроков это «ЭКЗАМЕН» на способность контролировать ситуацию в долгосрочной перспективе. При чем в «экзамене» участвуют все: и политическая элита, и олигархические группы, и гражданское общество.

Исходя из этого, украинская оппозиция сегодня демонстрирует максимальную лояльность к внешним акторам, предоставляя им публичные площадки. И использует их для решения своих внутренних проблем. Прекрасно осознавая, что ситуация на Майдане вышла уже из-под их контроля, за счет поддержки представителей ЕС оппозиционные лидеры пытаются усилить свой вес и значимость в глазах Майдана. С другой стороны, оппозиция за счет внешних акторов (ЕС, США) сегодня пытается усилить свои позиции в переговорном процессе с Президентом и провластным парламентским большинством, постоянно спекулируя на теме санкций против представителей большинства. Однако массовость и неструктурированность Майдана на этом этапе конфликта не позволяет взять ситуацию под контроль, а, следовательно, гарантировать остановку кровопролития на майдане сегодня не в состоянии ни одна политическая сила. В этих условиях игнорирование субъектности Майдана в переговорном процессе будет сводить на нет все достигнутые договоренности.

В сложившейся ситуации никто из внешних акторов не готов бросить страну в хаос безвластия и не настаивал на досрочных выборах Президента в условиях горячей стадии конфликта и парализованных органов власти.

В этом вопросе стоит отталкиваться, прежде всего, от европейских демократических ценностей, которые никак не подразумевают насильственной смены власти. К тому же любая насильственная смена власти в Украине ведет к серьезным экономическим рискам для европейских инвесторов. Для Европы в этом случае это вопрос ее экономической безопасности. Это риск потерять инвестированные в Украину средства, 46-миллионный рынок сбыта. К тому же риск получить миллионы беженцев в случае эскалации конфликта — это слишком серьезный удар по экономической стабильности еврозоны. Я думаю, еврочиновники слишком прагматичны, чтобы поставить на карту экономическую безопасность ЕС ради замены легитимного Президента на фигуру с непонятными полномочиями и сомнительной легитимностью. Поэтому Европе, как и РФ с США, сегодня более выгодно иметь дело с легитимным Президентом и консенсусным правительством, чем со ставленниками «революционного командования». Тем более, что,как показывает практика «арабской весны», революционные правительства недолговечны и не могут рассматриваться как надежные партнеры.

Хотя на сегодня ситуация может измениться в любой момент, как только у внешних акторов сложится четкое понимание и видение перспективы развития политических сил, и будут сделаны ключевые ставки.

Таким образом,Украина остается в сфере стратегических интересов любых мировых центров влияния (ЕС, США, РФ, Китай) как часть глобального рынка, а также как источник стратегических ресурсов. Также не стоит забывать о важном географическом положении и серьезном транзитном потенциале Украины. Украина имеет серьезный инвестиционный потенциал в разработке сланцевого газа, модернизации атомной энергетики, металлургического комплекса, развитии транзитного потенциала (порты, ж/д, автодороги). Это миллиардные инвестиции, способные приносить прибыль в условиях социальной стабильности.

5. ОСНОВНЫЕ ФПГ.

Не будем вдаваться в детальный анализ полученной за прошедшее время собственности, зафиксируем основные сферы интересов групп.

Группа Ахметова. Интересы группы претерпели незначительные изменения, связанные, прежде всего, с уменьшением «аппетита», но базовые сферы остались неизменными — металлургия, электроэнергетика, транспорт и логистика. В сфере государственного регулирования группа все также заинтересована в контроле над соответствующими министерствами и ведомствами.

Задачи государственного менеджмента группы:
– Установка правил и создание лояльного режима для своих компаний на соответствующих рынках;

- Обеспечение развития логистической схемы обеспечения бизнеса. В частности, концессионные права на порты, которые обеспечивают транзит грузов для группы.

- Обеспечение развития энергетического направления, в частности, тепловой энергетики, позволяющей датировать добычу угля для металлургических предприятий за счет поставок угля на ТЭС.

Следует отметить, что именно в процессе реформирования портового хозяйства, группа столкнулась с интересами «Семьи», которая увидела в этих портах источник максимальных финансовых поступлений при минимальных затратах. В результате на уровне госменеджмента идет противостояние групп, и реформа портового хозяйства теряет темп.

То же самое происходит в сфере энергетики: разработанная консультантами группы «Энергетическая стратегия Украины» предполагает максимальное развитие теплоэнергетики и практически не содержит стратегии развития атомной энергетики. В сложившейся ситуации группа вышла на конфликт, как с российскими, так и с американскими потенциальными инвесторами в атомную энергетику. А также поставила под угрозу развитие рынка электроэнергетики своим отсутствием, из-за отказа в работе энергетической Еврокомиссии, разрабатывающей энергетическую стратегию ЕС до 2030г.

В результате под лавину критики попал Министр энергетики, который достаточно дистанцирован от Ахметовской группы и нацелен на защиту интересов семьи в сфере нефтяного и газового бизнеса.

Таким образом, мы видим, что группа плавно входила в зону конфликта с Семьей и заинтересованность группы в пересмотре «консенсусного договора» нарастает с каждым днем.

Группа Фирташа. Интересы группы лежат в сфере химии, нефтепереработки, газового обеспечения и газотранспортной инфраструктуры.

Задачи государственного менеджмента:

Установка правил и создание лояльного режима для своих компаний на соответствующих рынках;

- Обеспечение резервного источника газа на случай очередного газового противостояния между Украиной и Россией.

- Обеспечение поставок дешевого газа на предприятия металлургического и химического комплексов с участием российского капитала

Учитывая отсутствие пересекающихся бизнес-интересов, госменеджмент группы способствовал слаженной работе интегрированных чиновников, а сбалансированное кадровое представительство в министерствах обеспечивало необходимый баланс сил при решении проблемных вопросов.

Однако группа вошла в конфликтную зону с Семьей на почве перераспределения газовых контрактов.

Вероятнее всего дабы сохранить свои активы в металлургическом и химическом бизнесе, российские мажоритарные акционеры предприятий использовали газовые соглашения с РУЭ для сдерживания рейдерских атак на свои доли со стороны украинских партнеров. Любые попытки атак наталкивались на повышение цены газа, что было равнозначно закрытию предприятия, т.к. цена Нафтогаза значительно отражалась на цене продукции. Таким образом, сохранялась рентабельность бизнесов: предприятия ГМК и химпрома имели своего поставщика газа РУЭ по более низкой цене (260у.е.), чем мог предложить Нефтегаз.

Попытки ВЕТЭКа войти на рынок поставок газа основным потребителям и привели к выходу группы из «консенсусного договора».

«Семья». Интересы группы лежат в сфере государственного менеджмента (аппарата) и бюджетных отношений (контроля тендеров и освоением бюджетных денег), а также в сфере финансов и банковской деятельности. Сфера нефтепереработки и торговли нефтепродуктами потенциально интересна для кормления разрастающегося аппарата топ-менеджмента Семьи. Покупка Одесского НПЗ и вытеснение с рынка структур «Привата».

Активный рост группы создает массу зон напряжения и скрытых (непубличных) бизнес-конфликтов.

Все это в динамике приводит к переформатированию не только бизнес среды, но и значительным изменениям политической конъюктуры.

На первоначальном этапе столь сильное влияние Президента было оправдано, оно позволило стабилизировать социально-политическую ситуацию в стране, обеспечить финансовую поддержку группы, что фактически нивелировало финансовую зависимость Президента от других ФПГ.

Группа аграриев (Порошенко). Мы рассматриваем эту группу как отдельную и самостоятельную, т.к. попытки Семьи монополизировать или создать серьезного игрока на этом рынке пока не увенчались успехом. Уж слишком глобально стоит вопрос питания в мире, а суммы инвестиций в украинское сельское хозяйство достаточно объемны, чтобы профинансировать маленькую крестьянскую революцию. Однако это, конечно, не те прибыли, которые получаются в химии и металлургии, а посему большое количество мелких игроков в аграрном секторе позволяет держать эту зону для «кормления» как зону коррупционных сговоров. Подобная участь уготована торговле и услугам, сфере среднего и мелкого бизнеса, где очень большое количество мелких игроков, не способных к системному противостоянию.

Итак, мы видим, что бизнес-интересы ключевых игроков на уровне госаппарата практически не пересекаются, а в точках возможных пересечений уравновешиваются кадровым представительством групп на уровне профильных замов министерств и ведомств. Таким образом, ожидать серьезных перемен в базовых Министерствах не стоит, сложившийся консенсус сегодня обеспечивает стабильность и эффективность работы Кабмина.

Все это создает условия для системного сотрудничества представителей всех групп в рамках государственного менеджмента, а, следовательно, основная задача менеджмента ФПГ в Кабмине:
- Фиксировать и легитимизировать права собственности

- Создать условия для стабильной работы своих предприятий

- Обеспечить проведение реформирования в своих бизнес сферах

На протяжении последних 6-ти лет и трех избирательных кампаний мы наблюдаем формирование новой системы кадрового наполнения государственного аппарата, суть которой в создании каналов перетока кадрового ресурса из корпоративного в государственный сектор (топ-менеджмент ФПГ по окончании контрактов активно заходит, как в государственные органы, так и в органы местного самоуправления, именно из него формируется депутатский корпус областных и городских советов, функциональное крыло Верховного совета).

Эта схема позволяла решить сразу несколько проблем. Во-первых, обеспечивает определенную кадровую динамику, что позволяет сформировать систему «социальных лифтов» и повысить уровень государственного и корпоративного менеджмента. Во-вторых, позволяет сформировать новый «коррупционный договор», согласно которому доплаты «корпоративным» чиновникам обеспечивают достаточный уровень дохода, чтобы они отстаивали интересы корпораций и не создавали конкурентную среду за счет «взяток».

Система должна, по сути, снизить коррупционную нагрузку на мелкий и средний бизнес. Однако «коррупционный налог» резко снижает эффективность системы на этом этапе развития, усиливая фискальный беспредел налоговиков и силовиков, которые не в состоянии щипать крупный бизнес и полностью выкладываются на мелком и среднем, что создает зону социального напряжения и основную угрозу всей системе.И эта проблема, стала одной из причин, спровоцировавшей и питающей сегодня социальный конфликт.

Дмитрий ГРОМАКОВ

Loading...
Loading...