Мой сын Усама. Мать и семья бен Ладена рассказали о террористе впервые после его смерти

бен Ладен

Спустя почти 17 лет после теракта 11 сентября семья Усамы бен Ладена остается влиятельной частью общества Саудовской Аравии - но также и напоминанием о самом мрачном моменте в истории королевства и об одной из самых трагических страниц для всего человечества.

Мать, отчим и братья Усамы бен Ладена с согласия властей Саудовской Аравии пообщались с журналистом британской газеты The Guardian – впервые после того, как бывший террорист №1 был убит 2 мая 2011 года в Пакистане в результате военной операции американского спецназа. Родственники бен Ладена, а также представители саудовской и британской разведок, рассказали о том, каким человеком был бен Ладен и как пришел к тому, что совершил.

НВ предлагает ознакомиться с полным переводом репортажа The Guardian из дома семьи бен Ладенов в Саудовской Аравии.

"Он был очень хорошим ребенком"
В углу дивана в просторной комнате выжидательно сидит женщина в ярком узорчатом одеянии. Красный хиджаб, покрывающий ее волосы, отражается в застекленном шкафу: внутри него, меж других семейных реликвий и ценностей, занимает почетное место фотография ее первенца-сына, обрамленная рамой. Улыбающийся бородач одет в военный китель, он изображен также на многих фотографиях, развешанных в комнате. Тем временем на большом деревянном обеденном столе подготовлен ужин - саудовское мезе [набор закусок] и лимонный чизкейк.

Алия Ганем - мать Усамы бен Ладена, к ней приковано внимание всех, кто находится в комнате. На соседних стульях сидят двое оставшихся в живых ее сыновей - Ахмад и Хассан, а также ее второй муж Мохаммед аль-Аттас - человек, воспитавший всех трех братьев. У каждого в семье есть своя история о личности, которую привыкли связывать с подъемом глобального терроризма; но сегодня именно Ганем вершит суд, описывая человека, который для нее все еще остается любимым сыном, однажды сбившимся с пути.

"Моя жизнь была очень сложной, потому что он был так далек от меня, - убежденно говорит она. - Он был очень хорошим ребенком, и любил меня так сильно". Ганем, которой перевалило за 70 и чье здоровье уже пошатнулось, указывает на аль-Аттаса - худощавого, стройного мужчину, одетого, как и двое его сыновей, в безукоризненно выглаженную белоснежную тобе – одеяние-сорочку, которую носят мужчины на Аравийском полуострове. "Он [второй муж Мохаммед аль-Аттас] взрастил Усаму с трехлетнего возраста. Он был хорошим мужем, и он был хорош для Усамы".

Семья собралась в одном из уголков своего особняка в городе Джидда в Саудовской Аравии, который был домом для нескольких поколений клана бен Ладенов. Они остаются одним из самых богатых семейств королевства: их династическая строительная империя возвела большую часть современной Саудовской Аравии и глубоко вовлечена в истеблишмент страны.

Дом бен Ладенов отражает их состояние и влияние: большая центральная винтовая лестница ведет к огромным просторным комнатам. Рамадан пришел и ушел, и теперь на столиках по всему дому расставлены чаши с финиками и шоколадом в честь трехдневного праздника [Ураза-байрам], символизирующего его окончание.

Большие имения стоят вдоль остальной части улицы; это зажиточная Джидда, и, хотя снаружи нет охраны, бен Ладены являются наиболее известными жителями района.

Новое руководство Саудовской Аравии, возглавляемое амбициозным 32-летним наследником престола, наследным принцем Мухаммадом бин Салманом, согласилось на мою просьбу [журналиста The Guradian] поговорить с семьей. (Передвижения и встречи бен Ладенов, как одной из самых влиятельных семей страны, находятся под пристальным надзором).

11 сентября: "С самого начала мы знали, что это был Усама"

"Наследие" Усамы бен Ладена – словно большое темное пятно как на самом королевстве Саудовской Аравии, так и на его семье, поэтому высокопоставленные чиновники полагают, что, позволив бен Ладенам поведать свою историю, они могут продемонстрировать, что за трагедию 11 сентября 2001 года был ответственен изгой, а не агент [страны]. Критики Саудовской Аравии давно утверждают, что Усама имел государственную поддержку, а семьи из числа жертв 11 сентября начали судебные разбирательства (до сих пор бесплодные) против королевства. Пятнадцать из 19 угонщиков самолетов были уроженцами Саудовской Аравии.

The September 11 (or 9/11) Islamic terrorist group al-Qaeda attacks on New York City, September 11, 2001. Two of the planes, were crashed into the North and South towers, of the World Trade Center complex in New York City. Within two hours, both 110-

Трагедия 11 сентября сделала бен Ладена мировым террористом №1 / Фото ЕРА

Неудивительно, что семья Усамы бен Ладена осторожничает в начале наших переговоров; они не уверены, станет ли для них открытие старых ран катарсисом [очищающим страданием] или же причинит боль. Но после нескольких дней обсуждения они готовы поговорить. Когда мы встречаемся в жаркий день в начале июня, в комнате сидит наблюдатель от саудовского правительства, хотя она и не делает попыток повлиять на разговор. (К нам также присоединился переводчик.)

Сидя между сводными братьями Усамы, Ганем вспоминает своего первенца как застенчивого мальчика, академически одаренного. По ее словам, он стал сильной, мотивированной, набожной личностью после 20 лет, во время учебы на экономическом факультете в Университет короля Абдул-Азиза в Джидде, где его взгляды также радикализовались. "Люди в университете изменили его, - говорит Ганем. - Он стал другим человеком".

Среди людей, с которыми он встречался, был Абдулла Аззам, член Братьев-мусульман, который впоследствии был выслан из Саудовской Аравии и стал духовным наставником Усамы. "Он был очень хорошим ребенком, пока не встретил отдельных людей, которые хорошенько промыли ему мозги, когда ему едва исполнилось 20. Вы можете назвать это культом. Они получили деньги за свое дело. Я всегда говорила ему держаться подальше от них, и он никогда не сознался бы мне, чем он занимается, потому что очень любил меня", - говорить Алия Ганем.

В начале 1980-х годов Усама отправился в Афганистан, чтобы принять участие в борьбе с советской оккупацией. "Каждый, кто встречал его в молодости, относился к нему с уважением, - берет слово [брат Усамы] Хассан, продолжая рассказ. – Поначалу мы очень гордились им. Даже саудовское правительство относилось к нему почтительно и с признанием. А затем пришло время Усамы-моджахеда".

Воцаряется долгая неловкая тишина, в то время как Хасан изо всех сил пытается объяснить трансформацию от фанатика к глобальному джихадисту. "Я очень горжусь им в том смысле, что он был моим старшим братом, - наконец продолжает он. - Он многому меня научил. Но я не думаю, что горжусь им как человеком. Он достиг статуса суперзвезды на мировой арене, но это все было ни к чему".

Ганем внимательно слушает, становясь более оживленной, когда разговор возвращается к годам становления Усамы. "Он был очень прямолинеен. Очень преуспевал в школе. Ему и вправду нравилось учиться. Он потратил все свои деньги на Афганистан - улизнул под предлогом семейного бизнеса". Подозревала ли она когда-либо, что он может стать джихадистом? "Это никогда не приходило мне в голову". Что почувствовала, когда осознала этот факт? "Мы были очень расстроены. Я не хотела, чтобы все это произошло. Зачем он вот так все бросил?"

Семья говорит, что в последний раз они видели Усаму в Афганистане в 1999 году, когда дважды приезжали на его базу неподалеку от Кандагара. "Это было место недалеко от аэропорта, которое они захватили у русских, - говорит Ганем. - Он был очень рад принять нас. Показывал нам все вокруг каждый день, когда мы были там. Он убил животное, и у нас был праздник, он пригласил всех".

Усама бен Ладен

Усама бен Ладен дает интервью в Афганистане, 2001 год / Фото Getty Images

Ганем постепенно раскрепощается и рассказывает о своем детстве в прибрежном сирийском городе Латакия, где она выросла в семье алавитов, представителей одного из шиитских ответвлений ислама. Сирийская кухня превосходит Саудовскую Аравию, говорит она, как и климат на побережье Средиземного моря, где теплый влажный летний воздух резко контрастирует с ацетиленовой жарой Джидды в июне. Ганем переехала в Саудовскую Аравию в середине 1950-х годов, а Усама родился в Эр-Рияде в 1957-м. Три года спустя она развелась с его отцом и вышла замуж за аль-Аттаса, который тогда, в начале 1960-х, был управляющим зарождавшейся империи бен Ладенов. Родной отец бен Ладена имел в общей сложности 54 ребенка от как минимум 11 жен.

Когда Ганем отправляется отдыхать в соседнюю комнату, сводные братья Усамы продолжают разговор. Важно помнить, отмечают они, что мать редко может быть объективным свидетелем. "Уже 17 лет прошло [после 11 сентября], а она по-прежнему верна своим попыткам опровергать многое насчет Усамы, - говорит Ахмад. - Она очень любила его и отказывается обвинять. Вместо этого она обвиняет окружающих. Она знает его только как хорошего мальчика - ту сторону, которую видели мы все. Она так никогда и не узнала его с джихадистской стороны".

"Я был потрясен, ошеломлен", - говорит он сейчас о первых сводках из Нью-Йорка [после теракта 11 сентября 2001 года]. "Это было очень странное чувство. С самого начала мы знали, [что это был Усама], в течение первых 48 часов. От самого младшего до самого старшего - нам всем было стыдно. Мы знали, что все мы столкнемся с ужасными последствиями. Вся наша семья вернулась из-за границы в Саудовскую Аравию". Они были разбросаны по Сирии, Ливану, Египту и Европе. "В Саудовской Аравии был введен запрет на поездки. Они старались изо всех сил, чтобы сохранить контроль над семьей", - говорит Ахмад. Семья говорит, что все они были допрошены властями и на какое-то время им запретили покидать страну. Почти два десятилетия спустя, бен Ладены могут свободно перемещаться внутри и за пределами королевства.

Страна, вдохновившая джихадизм
Формирование личности Усамы бен Ладена в Джидде пришлось на годы относительной свободы 1970-х, до иранской революции 1979 года, нацеленной на экспорт шиитского фанатизма в суннитский арабский мир. С тех пор правители Саудовской Аравии насаждали жесткую интерпретацию суннитского ислама – подобную той, что широко практикуется на Аравийском полуострове с 18-го века, эпохи теолога Мухаммада ибн Абд аль-Ваххаба. В 1744 году аль-Ваххаб заключил пакт с тогдашним правителем Саудовской Аравии Мохаммедом бин Саудом, разрешив его семье управлять делами государства, в то время как жесткие представители духовенства определяли национальный характер.

Prayer at Nimra Mosque Arafat

Долгие десятилетия Саудовская Аравия оставалась крайне консервативной страной, где религия задавала тон общественной жизни / Фото ЕРА

Когда в 1932 году было провозглашено современное королевство, обе стороны - клирики и правители страны – оставались слишком могущественными, чтобы свергнуть друг друга, заключив государство и его граждан в узы общества, определяемого сверхконсервативными взглядами: строгое разделение мужчин и женщин, не состоящих в родственных отношениях; бескомпромиссные гендерные роли; нетерпимость к другим конфессиям; и неизменная приверженность доктринальным учениям - все догмы были скреплены печатью Саудитов.

Многие считают, что именно этот альянс непосредственно способствовал возникновению глобального терроризма. Мировоззрение Аль-Каиды - и ее ответвления, Исламского государство (ИГИЛ) - в значительной степени было сформировано священными писаниями ваххабизма; и саудовские клирики широко обвинялись в поощрении джихадисткого движения, расширившегося в течение 1990-х годов и возглавляемого Усамой бен Ладеном.

В 2018 году новое руководство Саудовской Аравии хочет подвести черту под той эпохой и ввести то, что бин Салман называет "умеренным исламом". Он считает это необходимым для выживания государства, где обширная, беспокойная и часто недовольная прослойка молодого населения в течение почти четырех десятилетий имела мало доступа к развлечениям, социальной жизни или личным свободам. Новые правители Саудовской Аравии считают, что столь жесткие социальные нормы, насаживаемые клерикалами, могут подпитывать экстремистов, которые используют в своих целях подобное чувство разочарования.

Реформы начинают проникать во многие аспекты жизни саудовского общества; среди наиболее заметных была июньская отмена запрета на вождение для женщин. Произошли изменения на рынке труда и в раздутом госсекторе; открылись кинотеатры, а в частном секторе и в некоторых секторах правительства началась борьба с коррупцией. Правительство также утверждает, что оно прекратило любое финансирование ваххабитских организаций за пределами королевства, которые поддерживались в миссионерских целях на протяжении почти четырех десятилетий.

Столь радикальная шоковая терапия начинает медленно впитываться по всей стране, где местные общины - после десятилетий торжества бескомпромиссных доктрин - не всегда знают, что с ней делать. Противоречия изобилуют: некоторые чиновники и институции избегают консерватизма, в то время как другие всецело открыты ему. Между тем политические свободы остаются под запретом: власть стала более централизованной, а инакомыслие систематически подавляется.

Саудовская разведка о бен Ладене: "Ему было сказано остановиться"
Наследие бен Ладена остается одной из самых насущных проблем королевства. Я встретился с принцем Турки ибн Фейсал аль Саудом, который возглавлял саудовскую разведку [Службу общей разведки] в течение 24 лет, с 1977-го по 1 сентября 2001 года (за 10 дней до теракта 11 сентября), на его вилле в Джидде. Эрудированный мужчина, которому уже за 70, Турки одет в тобе с зелеными запонками в виде флага Саудовской Аравии на рукавах. "Есть два Усамы бен Ладена, - говорит он мне. - Один - до окончания советской оккупации Афганистана, а второй - после нее. Первый был очень идеалистичным моджахедом. Он не был бойцом. По его собственному признанию, однажды он упал в обморок во время битвы, а когда пришел в себя, советское наступление на его позицию уже было отражено".

The 2012 Democratic National Convention in Charlotte, North Carolina USA

На рубеже 1990-х и 2000-х фигура бен Ладана была одной из самых обсуждаемых в мире / Фото EPA

Поскольку бен Ладен перебрался из Афганистана в Судан, и поскольку его отношения с Саудовской Аравией испортились, именно Турки говорил с ним от имени королевства. После событий 11 сентября эти прямые отношения стали предметом пристального внимания. Тогда – как и 17 лет спустя - родственники некоторых из 2976 убитых и более 6 тыс. раненых в Нью-Йорке и Вашингтоне отказались поверить, что страна, которая экспортировала такую ​​сверхконсервативную форму веры, не имела ничего общего с последствиями [такого "экспорта"].

Разумеется, бен Ладен действовал в Афганистане с ведома и при поддержке саудовского государства, выступавшего против советской оккупации. Наряду с Америкой Саудиты вооружали и поддерживали те группы, которые сражались против нее. Молодой моджахед взял с собой небольшую часть семейного состояния, которое он использовал для приобретения влияния. Когда он вернулся в Джидду, вдохновленный борьбой и поражением Советского Союза, он был уже другим человеком, говорит Турки.

"С 1990 года он развивал скорее политические взгляды. Он хотел изгнать из Йемена коммунистов и южнойеменских марксистов. Я принял его и сказал ему, что лучше бы не вмешиваться. Мечети Джидды эксплуатировали пример Афганистана", - под этими словами Турки подразумевает узкую трактовку веры, которую исповедует Талибан. "Он подстрекал их [верующих в Саудовской Аравии]. Ему было сказано остановиться", - говорит бывший глава разведки королевства.

"У него было непроницаемое лицо, - продолжает Турки. - Он никогда не гримасничал и не улыбался. В 1992,1993 годах в Пешаваре состоялась огромная встреча, организованная правительством [премьер-министра Пакистана] Наваза Шарифа". Бен Ладена к этому моменту укрыли афганские племенные лидеры. "Это был призыв к мусульманской солидарности, чтобы вынудить всех лидеров мусульманского мира перестать вцепляться друг другу в глотки. Я видел его [Усаму бен Ладена] и там. Наши глаза встретились, но мы не разговаривали. Он не вернулся в королевство [в Саудовскую Аравию]. Он отправился в Судан, где построил медовый бизнес и профинансировал дорогу".

В изгнании пропагандистская деятельность бен Ладена расширилась. "Он рассылал всем факсы. Он был очень критичен. Семья делала попытки разубедить его – через посланников и т.п. - но они не увенчались успехом. Вероятно, он чувствовал, что правительство не воспринимает его всерьез", - рассказывает Турки ибн Фейсал аль Сауд.

К 1996 году бен Ладен вновь приехал в Афганистан. По словам Турки, Саудовская Аравия знала, что у него проблемы, и хотела вернуть его. Турки полетел в Кандагар, чтобы встретиться с тогдашним главой Талибана, муллой Омаром. Он сказал: "Я не против выдать его, но он очень помог афганскому народу". Он также сказал, что бен Ладену было предоставлено убежище [в Афганистане] согласно исламским предписаниям. Два года спустя, в сентябре 1998 года, Турки снова полетел в Афганистан, и на этот раз его требование было решительно отвергнуто. "На этой встрече он [мулла Омар] был другим человеком, - рассказывает Турки. - Гораздо более замкнутым и обильно потеющим". Вместо того, чтобы выдерживать приемлемый тон, Омар заявил: "Как вы можете преследовать этого достойного человека, который посвятил свою жизнь помощи мусульманам?" Турки утверждает: он предупредил Омара, что своими действиями тот наносит вред народу Афганистана, и уехал.

Семейное проклятие
Семейный визит в Кандагар состоялся в следующем году [1999-м], вскоре после американского ракетного удара по одному из укрытий бен Ладена – в ответ на атаки Аль-Каиды против посольств США в Танзании и Кении. Похоже, что ближайшему окружению семьи не составляло никакого труда найти своего родственника, в то время как саудовская и западные разведки тщетно пытались это сделать.

Кадры домашних видеосъемок семьи Усамы бен Ладена, обнародованные американским ЦРУ после его смерти:

По словам официальных лиц, в Эр-Рияде, Лондоне и Вашингтоне, бен Ладен к тому времени стал мировой целью №1 в борьбе с терроризмом - человеком, который был твердо намерен использовать саудовских граждан, чтобы вбить клин между восточной и западной цивилизациями. "Нет сомнений в том, что он специально выбрал саудовских граждан для заговора 11 сентября, - говорит The Guardian британский разведчик. - Он был убежден, что это обернет Запад против его родной страны. Он действительно преуспел в разжигании войны, но не той, которую ожидал".

Турки утверждает, что за месяцы до 11 сентября его разведывательное управление знало, что планируется нечто тревожное: "Летом 2001 года я получил предупреждение о том, что произойдет нечто ошеломляюще с американцами, англичанами, французами и арабами. Мы не знали, где именно, но мы знали, что что-то готовится".

Если Салман [лидер-реформатор Саудовской Аравии] не прорвется, будет еще много Усам. И я не уверен, что они [семья бен Ладенов] смогут избавиться от проклятия

Бен Ладен остается популярной фигурой в некоторых частях страны, высоко ценимый теми, кто считает, что он исполнял божью волю. Однако глубину поддержки трудно измерить. Тем же, кто составляет его ближайшее семейное окружение, было позволено вернуться в королевство: по меньшей мере две из жен Усамы (одна из которых была с ним в Абботтабаде, когда Усама бен Ладен был убит спецподразделениями США), и их дети сейчас живут в Джидде.

"У нас были очень хорошие отношения с Мухаммедом бин Наифом Аль Саудом (бывшим наследным принцем), - говорит мне сводный брат Усамы Ахмад, пока прислуга накрывает соседний обеденный стол. - Он позволил женам и детям вернуться". Но пока у них есть лишь свобода передвижения внутри города - покинуть королевство они не могут.

Мать Усамы вновь присоединяется к разговору. "Я общаюсь с его гаремом почти каждую неделю, - говорит она. - Они живут неподалеку".

Сводная сестра Усамы Фатима аль-Аттас не присутствовала на нашей встрече. Из своего дома в Париже она позже написала по электронной почте, что решительно возражает против интервью с ее матерью и попросила заново организовать беседу через нее. Несмотря на согласие ее братьев и отчима, она была уверена, что мать вынудили говорить. Сама Ганем, однако, настояла, чтоб была рада поговорить и могла бы говорить дольше. Вероятно, подобные разногласия - знак непростого положения семьи в королевстве.

Я спрашиваю семью о младшем сыне бен Ладена, 29-летнем Хамзе, который предположительно находится в Афганистане. В прошлом году США официально признали его "глобальным террористом" и он, похоже, принял эстафету от своего отца, под руководством Аймана аз-Завахири - нового лидера Аль-Каиды и бывшего заместителя Усамы бен Ладена. Дяди Хамзы качают головами. "Мы думали, что все уже позади, - говорит Хасан. – А затем я узнал, что Хамза заявил: "Я собираюсь отомстить за отца". Я больше не хочу проходить через это снова. Если бы сейчас Хамза был передо мной, я бы сказал ему: "Бог ведет тебя. Подумай дважды о том, что ты делаешь. Не иди по стопам твоего отца. Ты проникаешь в худшие части своей души".

29-летний Хамза бен Ладен, сын Усамы, пошел по его стопам:


Продолжающееся восхождение Хамзы бен Ладена может затмить попытки семьи избавиться от своего прошлого. Это может также помешать усилиям наследного принца Саудовской Аравии открыть новую эру, в которой бен Ладену отведена роль аномалии поколения, и в которой жесткие доктрины, когда-то санкционированные королевством, больше не придают легитимности экстремизму. В то время как в Саудовской Аравии и ранее предпринимались попытки изменений, они никогда не были столь обширными, как нынешние реформы. Насколько твердо Мухаммад бин Салман будет противостоять обществу, которому внушили столь бескомпромиссное мировоззрение, остается открытым вопросом.

Союзники Саудовской Аравии настроены оптимистично, но вносят и ноту предостережения. Британский офицер разведки, с которым пообщался The Guardian, сказал мне: "Если Салман не прорвется, будет еще много Усам. И я не уверен, что они [семья бен Ладенов] смогут избавиться от проклятия".

Перевод НВ

Метки: Афганистан, Саудовская Аравия, теракты 11 сентября, терроризм, Усама бин Ладен
Loading...
Loading...