Чего ждать от гривны и доллара. Не спешите менять

Ноябрьское проседание курса до $/8,2 грн. не вызвало ажиотажа возле обменных пунктов. Хотя, казалось бы, совсем недавно возле них при движении на 5-10 коп. вверх выстраивались очереди из желающих купить доллар – пока он не подорожал еще больше. В итоге панические настроения толкали планку выше и выше, уже без учета объективных экономических реалий. А ведь опустить ее намного труднее, чем поднять – как показывает практика.

Мягкая посадка

Отсутствие паники объясняется несколькими причинами. Во-первых, после обвала курса в 2008 г. с $/5,0 грн. до $/10,0 грн. малейшее движение вызывало нервную реакцию. Вполне объяснимую в такой ситуации.

Начиная с 2010 г. Нацбанк стабильно удерживал курс в коридоре $/8,05-8,10 грн. Поэтому у населения и бизнеса успело сложиться мнение, что новое руководство НБУ контролирует ситуацию и не допустит хаоса на валютном рынке.

К тому же все это время заинтересованные в дальнейшей девальвации банкиры периодически запускали в СМИ тезисы о предстоящем обесценивании гривны до $/10,0-12,0 грн., а некоторые говорили даже о $/15,0 грн.

Но т.к. этого не произошло, информационное давление подействовало как прививка некоей психологической устойчивости. Как говорится, невозможно постоянно жить с одним страхом.

С другой стороны, мысль о неизбежности небольшой и плавной девальвации, о которой в связи с этим тоже много говорилось, крепко засела в умах граждан. Это и есть субъективный фактор.

А объективный заключается в том, что даже небольшое обесценивание денежных сбережений за счет ослабления гривны к доллару сейчас уверенно перекрывается более высокими ставками по банковским вкладам.

Если по долларовым депозитам украинские банки предлагают в среднем 3-8% годовых, то по гривневым – 15,5-18,5%. То есть разница в стоимости размещения в 2-3 раза в пользу гривны.

А девальвация произошла всего на 1,2%. Разумеется, такая ситуация на рынке сложилась не потому, что украинские банкиры вдруг резко стали патриотами своей валюты и объявили негласный бойкот заокеанской.

Просто Нацбанк с 1 июля текущего года поднял для коммерческих банков ставки обязательного резервирования под валютные депозиты с 3% до 5%, а с 30 сентября – до 7%.

Это означает, что банкиры вынуждены больше валюты откладывать вроде бы как "на черный день", без возможности использовать в обороте.

Между тем деньги должны крутиться, чтобы приносить прибыль, это общеизвестно. Поэтому многие банки в своей отчетности суммы обязательного резервирования заносят в убыток.

Тогда как по гривневым депозитам ставки резервирования остаются нулевыми. Вот и получается, что банкиры заинтересованы в привлечении денег на депозиты в виде гривны, но никак не доллара и евро. Отсюда и такая разница между процентными ставками.

Поэтому сейчас доля валютных депозитов, по данным НБУ, составляет 39,2% от общего объема. Хотя еще в 2008-2009 гг. банкиры оценивали соотношение валютных и гривневых депозитов в целом по системе как 60/40 и даже 70/30.

Тогда любое движение гривны к доллару действительно имело серьезные последствия. Сейчас это уже не столь критично: только за 10 мес. т.г. гривневые вклады населения выросли на 60,9 млрд грн.

А валютные увеличились всего на 3,8 млрд грн. в эквиваленте. Причем конкретно за октябрь вообще было снижение на $87,9 млн.

Кроме того, конвертирована в гривну и часть валютных кредитов, хотя и по более высоким процентным ставкам. Но тем не менее: зависимость заемщиков от курса тоже теперь не столь высока, как в начале кризиса.

И, наконец, общий негатив в экономике отразился в т.ч. на ее "теневом" секторе. Этим объясняется снижение скупки валютной наличности у банков.

Данный фактор в последние годы традиционно был одной из главных угроз для гривны, наряду с негативным сальдо внешнеторгового баланса страны.

Между тем в октябре, который всегда был одним из "пиковых" месяцев для валютной паники, продажа долларов физлицам лишь на 216 млн превысила их покупку.

Для сравнения: всего год назад, в октябре-2012, банки купили у физлиц $1,171 млрд, тогда как продали $3,34 млрд. Т.е. чистый отток валюты из банковской системы составил $2,169 млрд.

Возвращаясь к октябрю т.г. - имеем снижение показателя в 10,04 раза!

Как уже отмечалось, это не связано с какими-то успехами правительства в детенизации экономики. Это просто один из симптомов того, что она сейчас не очень живая, мягко говоря. Но как не крути, один из главных факторов для девальвации гривны сейчас отсутствует.

Что же касается второй важной составляющей, дефицита внешнеторгового баланса, то она никуда не делась. По итогам I полугодия он составил $5,196 млрд.

Т.е. ровно столько валюты за это время ушло из страны за счет того, что предприятия заплатили за товары и услуги иностранным резидентам больше, чем получили от них.

С другой стороны, по итогам января-июня 2012 "дыра" внешторгбаланса была еще больше: $6,194 млрд.

Получается, что сейчас оснований для даже небольшого проседания курса намного меньше, чем год назад в это же время, когда гривна стояла нерушимо, словно скала.

Более того, в октябре вычисляемый Нацбанком реальный эффективный обменный курс (РЕОК) гривны вырос на 0,3% к сентябрю – главным образом за счет укрепления относительно белорусского рубля, индийской рупии и турецкой лиры.

К декабрю-2012 РЕОК гривны в октябре т.г. повысился на 0,5%. И даже негативный новостной фон из США на предмет возможного дефолта не смог раскачать курсовую стабильность в Украине.

Дефолтный синдром

Во-первых, о возможном отказе США от выплат по своим гособлигациям говорится достаточно давно. Впервые тема попала в main stream мировых новостей еще в августе 2011. И с тех пор 1-2 раза в год всплывает в информационном пространстве.

Каждый раз все идет по одному сценарию.

Сначала Международный валютный фонд объявляет об ужасных последствиях для мировой экономики в случае дефолта США. Исходя из этого, идет игра на нервах у заинтересованных сторон и дальнейшее раскручивание сюжета. Но в том-то и дело, что долг этот чисто технический.

Он связан с тем, что эмитентом американской валюты является не государственное учреждение – как например, Нацбанк в Украине.

Федеральная резервная система – частная структура, ее акционеры могут считаться, по сути, хозяевами мира.

Деньги правительству США они обычно дают не просто так, а под проценты – пусть и небольшие – как правило, в пределах 0,25-0,5%.

Лишь в период кризиса 2008-2009 гг. ставка ФРС временно опускалась до 0%, т.е. происходило массированное и необеспеченное товарными ценностями вливание безналичного доллара в финансовую систему.

Отсюда и астрономическая сумма долга государства перед собственным центробанком.

Поэтому в итоге все заканчивается разрешением конгресса США увеличить предельный уровень госдолга, президентская администрация получает новую порцию "зеленых" от ФРС и все затихает до следующего "шороха". На котором финансовые спекулянты в мировом масштабе наваривают очередные "дутые" миллиарды долларов.

Т.к. новости о возможном дефолте отражаются на стоимости гособлигаций различных стран, номинированных в долларах, на акциях крупнейших мировых корпораций, котировках товарных фьючерсных контрактов и т.д.

Одни их в панике начинают продавать, другие скупают в расчете на дальнейшую перепродажу по более дорогой цене…

Одним словом, желание заполучить сумму с множеством нулей и при этом даже не вспотеть – присуще не только украинским банкирам. Вот и вся суть спектакля под названием "дефолт США".

Для украинцев препирательства президента Барака Обамы с оппонентами в конгрессе по поводу нового потолка госдолга интересны в контексте того, что у многих сбережения аккумулированы в американской валюте.

И, естественно, главный вопрос – как дефолт США отразится на курсе гривны? Ведь она тоже привязана к доллару, в нем номинирована основная часть украинского госдолга.

Никакой интриги здесь нет: дефолт США вызовет рост недоверия к американской валюте. Она подешевеет за счет сброса крупными игроками, которые начнут переходить в евро, юань и другие валюты.

Гипотетическая девальвация доллара никак не повлияет на курс гривны к нему, поскольку гривна привязана к доллару, т.е. движется параллельно с ним. А вот курс евро к гривне в таком случае вырастет - поскольку европейская валюта подорожает относительно американской, а на нее завязана гривна.

Например, курс к доллару в случае дефолта так и остался бы на нынешних 8,20 грн., за то к евро опустился бы до 15-20,0 грн.

Есть и другой сценарий: если Нацбанк вдруг решит сделать ход конем и привязать гривну к евро во внешних расчетах, то тогда дефолт США привел бы к тому, что курс к евро так и остался бы на нынешних 11,0 грн.

Зато курс к доллару укрепился бы (доллар слабеет – значит, гривна укрепляется) вплоть до 4,0 грн. Но это чисто теоретический вариант, т.к. переход на привязку к евро не выгоден Украине.

В случае дефолта США и обесценивания доллара нынешний госдолг Украины значительно уменьшился бы за счет укрепления курса гривны.

Ведь именно в долларе, напомним, номинирована большая часть ценных бумаг, составляющих международные резервы НБУ. А также внешнеторговых контрактов украинских предприятий.

Из этого следует, что дергаться и бежать в "обменники" сдавать доллары из личных матрасных сбережений при возникновении очередных "терок" по поводу госдолга между президентом и конгрессом США – не следует.

Как говорится, оставьте эти глобальные проблемы глобальным людям. Вас это не касается. И не коснется. Вопреки апокалиптическим прогнозам МВФ. Которые, кстати, еще ни разу не сбывались.

Фактор МВФ

Очевидно, что в таком случае решение о небольшой девальвации в ноябре было принято под давлением внешних обстоятельств, не связанных с рыночными экономическими механизмами.

Также очевидно, что таким фактором стали переговоры с Международным валютным фондом о выделении Украине нового кредита на $16,4 млрд, которые возобновились нынешней осенью.

Наряду с повышением тарифов ЖКХ и на газ для населения одним из требований к властям Фонд неизменно называет проведение гибкой курсовой политики.

Проще говоря, отказ от поддержки гривны методами административного регулирования, которые использует Национальный банк Украины.

Об этом говорится в выводах миссии МВФ под руководством Николая Георгиева, которая работала в Украине во второй половине октября.

Об этом заявил и постоянный представитель МВФ в Украине Жером Ваше, выступая 13 ноября на банковской конференции института Адама Смита в Киеве.

Из опыта прошлых переговоров украинских властей с МВФ можно сделать вывод, что данный пункт не так принципиален для самого Фонда, как повышение внутренних цен на украинский газ, на котором он постоянно акцентирует внимание.

С другой стороны, для властей гораздо проще отчитаться перед МВФ о том, что курс стал гибче, чем выполнять условие по газу.

Поэтому в 2010-2012 гг. приезд миссии Фонда каждый раз совпадал с небольшим ослаблением курса и выходом НБУ на межбанк с продажей валюты для поддержания гривны т.н. "рыночными" методами.

Стоит отметить, что буквальное выполнение требования МВФ о гибкости курса имело бы катастрофические последствия. По сути, это означало бы тот же хаос, который уже имел место в 2008-2009 гг.

Тогда банкиры при попустительстве прежнего руководства НБУ бросали все свободные гривневые ресурсы на скупку валюты для дальнейших спекуляций.

И поднимали доллар выше и выше, толкая гривну все глубже в пропасть. Наиболее азартные игроки из числа банкиров обещали, что курс будет и $/15,0 грн. и даже $/20,0 грн.

И скупали под это дело доллар, даже когда он был по $/10,0 грн. Нет сомнений, что в безумной погоне за "шаровым наваром" они готовы были топить национальную денежную единицу и далее – хоть до $/30,0 грн., хоть до $/50,0 грн.

Пусть это и означало бы финансовый коллапс Украины. Не только потому, что неплатежеспособными по валютным кредитам, которыми была перегружена банковская система, стали бы 85-90% заемщиков, получающих доходы в гривне.

Цены на импортные товары взлетели бы до космических высот - соответственно, те же мобильные телефоны опять превратились бы в предмет роскоши и атрибут "новых русских", как это было в конце 1990-х, на заре их появления в СНГ.

И, наконец, НАК "Нефтегаз Украины" окончательно бы обанкротился, поскольку рассчитываться с российским "Газпромом" ему приходиться в долларах.

Он просто не смог бы собрать от потребителей необходимую сумму, потому что даже сейчас, при нынешнем курсе, с этим большие проблемы – задолженность предприятий теплоэнергетики перед компанией превышает 10 млрд грн.

Рост цен на итак чрезмерно дорогой российский газ в результате девальвации гривны еще больше усугубил бы ситуацию с расчетами за него.

Вот поэтому у прежнего руководства НБУ все же в итоге хватило ума остановиться и прекратить валютную вакханалию банкиров-игроков. И постепенно опустить курс до $/8,0 грн.

Что же касается вопроса "а зачем гибкий (читай – неуправляемый, спекулятивный) курс гривны нужен МВФ?", то ответ на него прост: дешевая гривна означает дорогой доллар и дорогое евро.

Т.е. за те же самые свои деньги европейские и американские компании смогут дешевле покупать украинские сырьевые ресурсы (металл, зерно, полуфабрикаты для химической и пищевой промышленности) и в большем объеме.

Но поскольку до сих пор украинские власти по большому счету не выполняли это требование Фонда как условие для новых кредитов, его правление предложило компромиссный вариант.

Согласно данным СМИ, в отчете МВФ по итогам работы октябрьской миссии содержится предложение к Кабинету министров Украины и Нацбанку расширить коридор курсовых колебаний до $/8,50 грн. Т.е. позволить курсу опуститься до этой отметки. В принципе данный вариант может считаться компромиссным и, вероятно, устроил бы национального регулятора.

Это объясняет мягкое скольжение гривны вниз с $/8,10-8,12 до нынешних $/8,20-8,23. Ведь сразу спустить ее до $/8,5 означало бы снова посеять панику и таким образом перечеркнуть предыдущие достижения.

2014: $/Х грн.?

Другое дело, что за последнее время ситуация успела радикально поменяться и вот уже 21 ноября вице-премьер Юрий Бойко сообщил, что Украина больше не рассчитывает на кредит от МВФ. А значит, необходимость в дальнейшей девальвации до $/8,50 тоже отпала.

На тот факт, что НБУ не намерен отказываться от жесткого регулирования валютного рынка, указывает, прежде всего, решение правления Нацбанка от 14 ноября о продлении на 6 мес. обязательства для хозсубъектов (касается главным образом экспортеров) конвертировать в гривну 50% валютной выручки.

Эта мера, призванная увеличить долларовое предложение на межбанке, была введена 19 ноября 2012 и сыграла свою позитивную роль в борьбе с курсовыми спекуляциями.

Кроме того, Нацбанк опять внес в парламент законопроект о введении обязательного сбора в Пенсионный фонд Украины при безналичном обмене валюты хозсубъектами.

Ранее представителям крупного бизнеса удавалось успешно отбиваться от этой инициативы и она даже не рассматривалась в зале заседаний Верховной Рады.

Однако теперь, когда ситуация с поступлением налогов в бюджет ухудшилась, новый сбор скорее всего будет введен в 2014 г.

А он тоже уменьшает желание бизнеса конвертировать гривну в валюту – ведь на каждой такой операции теряются средства.

Наконец, комментарий заместителя директора департамента кредитно-денежной политики НБУ Александра Арсенюка на выступление Ж.Ваше, данный в тот же день, 13 ноября, на конференции института А.Смита, позволяет сделать вывод, что девальвация гривны ради нового кредита МВФ не будет проводиться.

По словам А.Асенюка, НБУ всерьез озабочен рекомендацией МВФ повысить гибкость обменного курса гривны. И вполне резонно отметил, что курсовая стабильность на протяжении последних лет формирует доверие к банковской системе со стороны как населения, так и бизнеса.

Виталий Крымов, "ОстроВ"

Метки: валюта, курс, обмен
Loading...
Loading...