13 октября Савелию Крамарову исполнилось бы 80 лет

«Как только Сава пришел к самому себе... он умер»

...Вся страна в эти дни вспоминает любимого артиста — Савелия Викторовича Крамарова, или просто Саву (с одной «в»), как звали его друзья. К Крамарову не клеятся два определения — «большой артист» (хотя он был именно большим артистом) и «актер своего времени» (хотя расцвет его славы пришелся на гайдаевско-кеосаяновские фильмы середины 60–70-х гг.). Как очень точно однажды выразился Виталий Вульф, «Сава всегда играл настолько тупых людей, что становилось даже страшно, что такие идиоты вообще бывают». Но: скажет всего два слова — а за ними вылезает целая судьба, жизнь человека, — а это умение крайне редкое. По сути, Крамаров породил собой новый жанр — быть Крамаровым. И сегодня мы звоним в Америку — последнее пристанище нашего героя, — чтобы еще раз погрустить и посмеяться вместе с Михаилом Файнштейном (режиссером, продюсером, директором образовательной программы «Паспорт в Голливуд»), ведь именно Михаил однажды настолько «заболел» Савой, что снял в его память известный документальный фильм «Савелий Крамаров. Джентльмен удачи».

5

Выражения С.К., пошедшие в народ (с классическим «ть» на конце)

«Человечество делится на две части: одни мусорють, другие убирают». («Первый троллейбус»).

* * *

— Тебя звать-то как? — спрашивают крамаровского героя в его первом «полноценном» фильме «Друг мой, Колька!».

— Пимен, — отвечает Сава, фирменно сверкая глазом.

— В честь летописца, что ли?

— Какого еще летописца?

— Да Пименов — это фамилия его! — подсказывает кто-то.

— А звать-то тебя как, Пимен?

— Вовка.

* * *

«Мертвые с косами стоять — и тишина». («Неуловимые мстители»).

* * *

«Да кто ж его посадит? Он же памятник!». («Джентльмены удачи»).

* * *

«Ведь казнили тебя намедни. Повесили на собственных воротах третьего дня по приказу царя!» («Иван Васильевич меняет профессию»).

«Куда делся Крамаров? Спился под Москвой!»

— Михаил, чем вас привлек Крамаров?

—Я обожал его как актера с детства! Но меня, как режиссера, очень интересовало его «таинственное исчезновение» из СССР — вся эта эпопея, связанная с переездом Крамарова на Запад. Конечно, это был полный паноптикум, когда в Союзе — уже после отъезда Савелия — из всех фильмов, где он снимался, стали убирать фамилию из титров. Ну какой смысл? Кто же не знал Крамарова?

— Фамилию знали, но поначалу не понимали — куда он исчез...

— Это как на одной творческой встрече у Льва Дурова спросили — «А куда же делся Крамаров?» — на что тот ответил, что вроде бы Сава «получил крупное наследство от дядюшки в Израиле и эмигрировал». Вот и хотелось поднять занавес; интерес подогревался тем, что я, находясь еще в Москве, на подпольных видеомагнитофонах смотрел «Москву на Гудзоне» — фильм Пола Мазурски 1984 года, где партнером Крамарова был сам Робин Уильямс (тогда — восходящая звезда). Увы, в этот год 80-летия Савелия из жизни ушли и Робин Уильямс, и Пол Мазурски. Так вот. «Москва» — стала первым большим явлением на экране уже «американского Крамарова». Позже и я переехал в Штаты; открыл собственную медиакомпанию, жил в Кливленде (недалеко от Нью-Йорка). И никогда не терял надежды хоть раз проинтервьюировать любимого артиста.

— Случай выпал?

— В Кливленд на гастроли со спектаклем приехал Михаил Козаков. Который вот только что был в Калифорнии (там, где жил Сава). Я на него буквально накинулся: сведите меня с Крамаровым! И совершенно грустный Козаков сказал, что «Савелий умирает в больнице Сан-Франциско, ему осталось несколько недель». Это была трагедия: иметь с детства героя, стоять от него на расстоянии вытянутой руки и... не успеть. Потом в «Нью-Йорк Таймс» вышел маленький некролог, подписанный Робином Уильямсом... Для меня лично уход Крамарова по тяжести потери сравним с уходом Майкла Джексона.

— Хотя они, понятно, в разных весовых категориях...

— Пусть в разных — жанрах, форматах, категориях, но вот как такого же мощного певца уже не будет, так до сих пор не появилось подобного Савелию Крамарову. Комедийных много, а он такой один. Поэтому я и взялся за фильм на его 70-летие, ставший во многом психологическим портретом — ведь пришлось узнать много тайн, причем таких, о которых не ведали ни близкие друзья, ни его жена, — скажем, перезахоронение праха матери. И мы — нам удалось это! — открыли для России совершенно другого артиста и человека. Работая над фильмом, мы выходили на Арбат, задавая сотне людей вопрос — «где же Крамаров?». Половина ответила — «спился», половина — «умер под Москвой», пара человек — «уехал в Израиль», и лишь один сказал, что «величайший комик всех времен и народов уехал в Штаты и там умер».

— Он и правда — величайший комик всех времен?

— На мой взгляд, Крамаров принес в мир кино совершенно уникальный формат эксцентрического комика. Работающего на грани фола, на грани клоунады, но... блистательно НЕ перегибающего палку. Потому что элементарно здесь сбиться в мыльную оперу, пучить глаза, строить рожи — но нет, какой-то великий талант не давал ему перешагнуть эту грань. Чувство вкуса — от Бога. Вспомните этот гениальный эпизод с Олегом Видовым «мужик — памятник»: Видов играет сцену сдержанно, Крамаров эксцентрично, но вместе они добиваются невероятного результата.

4

— Сидя вместе в этом такси в «Джентльменах», они небось и представить себе не могли, что через какое-то время окажутся в Америке...

— Не просто в Америке. Один (Видов) будет провожать другого, держать за руку уже ничего не видящего, не слышащего и вроде бы не понимающего Савелия... Крамаров умирал очень тяжело. Олег провел у его постели две недели. И разговаривал с Савой так: «Ты меня слышишь, Савелий? Один раз сожми руку». Тот сжимал. «Если согласен — сожми один раз, не согласен — два». Крамаров сначала потерял глотательные функции, потом зрение, функции организма отказывали одна за другой... страшная это вещь — рак. Насколько яркая веселая жизнь и... настолько трагическая смерть. Как будто одно компенсировало другое, чтобы попасть на небеса.

«Человек с такой популярностью не сыграл ни одной главной роли»

— А ведь он вроде следил за своим здоровьем.

— Когда он узнал, что у него рак, он отреагировал так: «Да как же я скажу-то об этом? Надо мной смеяться будут! Я всю жизнь исповедовал здоровый образ жизни! Пил только кипяченую воду!». Вы не поверите: ходил в гости со своим термосом или с бутылочкой. Если его друг, актер Илюша Баскин, предлагал ему воду из чайника (куда он наливал обычную воду из-под крана), Крамаров категорически не пил. «И вот после всего этого я умираю!».

— То есть он не пил и не курил?

— Практически не пил. Может, бокал вина. Не курил. Занимался сыроедением, йогой, спортом. Телосложение прекрасное — крепкий мужик, за что его хвалили все женщины. Всегда хвастался своими мышцами. Мог сказать в компании — «Наташа, потрогай мои мышцы на руке!». Она трогала и говорила — «Савелий, какая крепкая!». На что он отвечал — «И так везде!». У него был коронный набор шуток... Понять трудно до конца, почему он так рано ушел. Ужасная болезнь, да. Но почему?..

— Мы говорили о его таланте, но не было ли тесно Крамарову в рамках советского амплуа идиота?

— Безусловно. Тесно — не то слово... Вот чем хорош Голливуд в принципе: когда появляется талант, сопоставимый с Крамаровым, вся индустрия начинает работать на его имя. То есть по-хорошему на Саву должны были писать сценарии, под него должны были делать фильмы. Но ничего этого не было в СССР. Снимут кино и, как клубничкой на торте, украсят его маленьким эпизодом с Крамаровым. Человек с такой сумасшедшей популярностью не сыграл ни одной главной роли. Ни одной!

— Ну, в «Джентльменах» все-таки...

— Да там все равноценны — Леонов, Вицин... но ведь больше ни-че-го! Возьмите такого же эксцентрического комика, как Джим Керри. Они работали в одном формате с Крамаровым, примерно в одной технике. Второго Керри тоже нет — человека, строящего рожи, немыслимо управляющего своей мимикой, пластикой. Но посмотрите, что творится вокруг Джима: он — в центре десятков крупных фильмов, вокруг него все крутится. И если б в СССР была не столь идеологизированная киноиндустрия, творческая судьба Крамарова была бы иной... но главная причина его отъезда все-таки не работа (а точнее — неимение оной). Человек задыхался от НЕсвободы. Устал от унижений, когда на закрытых партсобраниях одна известная народная артистка вставала и говорила — «Его нельзя пускать за границу: как такой урод может представлять образ советского человека?!».

— Это что же, в глаза?

— Нет, не в глаза, но Савелию Викторовичу всё это сообщали, и ему было обидно. И вот какая, кстати, вышла интересная история с его косоглазием: эта «фирменная морда», маска его кормила в СССР. Но, оказывается, это был его ужасный комплекс, от которого он страдал. И в Штатах Сава сделал пластическую операцию — там ничего сложного, только мышцу надо было подтянуть. То есть своими руками убил того Савелия Крамарова, которого знал весь Советский Союз. Видимо, хотел доказать всем, что дело не в этой «морде». Что у него есть талант, что не «морда» его кормит. И я могу понять это желание актера доказать, что я — это я (это как большие, 20-миллионные звезды Голливуда снимаются иногда бесплатно, если видят классный сценарий и совершенно другой жанр, в котором они не привыкли работать, — хотят доказать, что они классные актеры, а не просто у них красивая задница или накачанное тело).

— Он-то доказал, что талант у него есть. Одно жаль: было уже поздновато...

— Конечно. Крамаров подошел к американской славе на расстояние вытянутой руки. В финале получил приглашение на серьезную, не комедийную драматическую роль царя в одном известном фильме. Его утвердили без проб. Это редчайший случай, когда актера в Голливуде берут без кастинга. Но... Сава уже знал свой смертельный диагноз. Работу взять не смог. Но крайне глупо одними весами взвешивать советский успех Крамарова и американский. Это все равно как у вас литры, а в Америке галлоны. Потому что американское кино даже теоретически не могло предложить ему то количество ролей, какое у него было в СССР, — хотя бы по причине акцента.

3

— То, на чем «ломаются» многие русские артисты, уезжающие в Штаты.

— Совершенно верно. Представьте себе большого американского актера, который приезжает, скажем, на «Мосфильм», и как бы хорошо он ни выучил русский — но все равно будет «гоуварить неумноужко нэ так». Все то же самое и с Савелием...

— Ну или переозвучивать...

— Вот это как раз огромное заблуждение! В Америке фильмы не переозвучивают, это иллюзия. Чтобы звук был правдивый и естественный, его берут прямо с площадки во время съемок. Переозвучивают только небольшие ошибки — самолет вдруг пролетел или еще что.

— Но не умри Крамаров — карьера вполне бы сложилась?

— В тех рамках, которые мог предложить Голливуд, конечно. У него было много фильмов и реклам, включая и «Москву на Гудзоне», и «Красную жару». Разумеется, у него не было бы карьеры Ольги Куриленко — я назвал ее не случайно: она тоже приехала сюда в зрелом возрасте. То есть не ребенком, как Милла Йовович или Мила Кунис: обе Милы — американки русско-украинского происхождения, они изначально говорили без акцента. Впрочем, Ольга тоже почти избавилась, но все равно играет иностранок, она — девушка Бонда, инопланетянка, то есть не американка. И так до сих пор. А для Савелия Крамарова, Владимира Машкова оставались только роли русских или иностранцев — это нормальный и неизбежный вариант. И надо еще понимать, что на каждую роль здесь — не десятки и сотни, а тысячи актеров! Уровень конкуренции совсем другой.

«Как? Наш русский Савка — еврей?!»

— Когда вы говорили о причинах отъезда — это психологически нельзя сравнить с мотивацией Михаила Козакова, который мучился — то уезжал, то возвращался?

— Каждая судьба индивидуальна. Сравнивать нельзя. Во-первых, они уезжали в разное время. Крамаров покидал брежневский Советский Союз. Ему и в голову не могло прийти открыто называться евреем, потому что в то время это было скверным клеймом. Миллионы зрителей думали, что это «наш русский, свой парень, Егоза из «Афони»». И если бы выяснилось, что Савка Крамаров — еврей, рухнул бы весь его имидж. Представляете, если бы он в интервью газете «Правда» рассказал, что он сын осужденного врага народа, о том, что он вырос без отца, о том, что рано остался без матери, о всей своей боли, — ну что это был бы за комик Крамаров? Тем более в паспорте — «русский»...

2

— Говорят, это паспортистка в 1950 году, понимая, что он еврей, поставила «русский», чтобы у парня, потерявшего к тому времени и отца, и мать, не было еще больших проблем...

— Вот в том-то и дело. Поэтому он уезжал не за какими-то благами, а за свободой. Хотел посмотреть мир — ну почему кто-то за него должен решать — ехать ему, там, в Италию или нет? Его же никуда не пускали, он был «отказником». До него уехал Илья Баскин (с которым они вместе работали в «Большой перемене»), и Илья стал блестяще сниматься в Голливуде, на что Крамаров сказал: «Если уж Баскин снимается, то я точно буду!». Чем плохи здоровые актерские амбиции?

— Плюс — желание религиозных свобод?

— Да, он хотел ходить в синагогу. И чтобы на него не указывали пальцем. Крамаров хотел гордиться тем, что он еврей. Потому что есть предел терпению: ты забиваешь себя, забиваешь, подавляя в себе все свободы, и в какой-то момент сравниваешься с землей. Крамаровское чувство собственного достоинства не позволяло ему так пасть. Он справедливо считал себя актером международного уровня. Почему ему отказывали в этом шансе, ведь он столько лет был невыездным?

— И все-таки почему ему давали только маленькие роли, притом что у нас было много прекрасных комедийных режиссеров? Они что — в упор не видели таланта?

— Просто были ограничения для человека с такой физиономией. Ну что это за пример для подражания? Ну что это за образ настоящего советского человека? Все же «наверху» волновались за имидж страны. Максимум, ну максимум — это Леонид Куравлев. Он еще мог быть (и был в огромном количестве фильмов) главным героем при своем образе «простачка из народа». Ну уж Крамаров — никак!

1

— Никулину (тоже «простачку из народа») это тоже удалось — быть первым...

— Никулину, как профессиональному клоуну, тоже удалось принести элемент эксцентрики в кино. Но... одновременно он снимался и в «Андрее Рублеве» у Тарковского, и в «Они сражались за Родину» Бондарчука. Вот с Крамаровым, увы, этого не случилось. А он очень хотел бы иметь в своем багаже глубокие, серьезные роли.

— В начале интервью вы упомянули о тайне Крамарова — перезахоронении праха матери...

— Все комплексы Савелия идут с детства. Вот это клеймо «сына врага народа» долго не давало ему покоя. Его вырастила мать; хотя отца, которого он никогда не видел, ему очень не хватало. Сава рассказывал, как каждый день он бегал на вокзал встречать поезда, идущие с фронта. С надеждой, что папа вернется. Так вот, когда Крамаров уехал в Америку, то пожелал, чтобы и мать (умершая в 1950-м) была с ним. И во время одной из своих — уже постперестроечных — поездок в Россию он придумал одну вещь, которую они осуществили вместе с двоюродным братом по фамилии Волчек (тоже недавно умер). Пошли на Троекуровское кладбище и выкрали из ячейки урну с прахом матери. Дали на лапу какому-то работнику кладбища, поставили лестницу, залезли, забрали. И несколько дней этот прах в обычной банке хранился в московской квартире у друзей Савы — Маликовых.

— А почему в банке?

— Ну не хотел он, чтоб это лежало в кладбищенской урне. А чтобы не привлекать внимание таможенников, он вывез емкость в обычной авоське. Подумаешь, банка с чем-то там, среди других вещей. Так Сава успешно привез прах матери в Лос-Анджелес, о чем никто, кроме брата и друзей Маликовых, не знал. Крамаров не рассказал об этом даже ближайшим друзьям — Олегу Видову и Илье Баскину. Даже женам — прошлой и последней — не сказал. Захоронил сам.

— А где?

— Этого до конца никто не знает. Полагают, что в Санта-Монике на берегу океана, под одним из больших деревьев. Это никакое не кладбище, обычная поляна, туристическое место — все там ездят на велосипедах, на роликах... Так вот Сава однажды сказал своей последней жене Наталье, что ему комфортно учить роли, сидеть, медитировать возле одного из деревьев: «Мне здесь спокойно». Из чего вдова позже сделала вывод, что прах он захоронил именно там. Но точного места найти невозможно. Впрочем... вскоре после этого Савелий заболел. Видимо, все-таки нельзя беспокоить прах мертвых.

— Вы упомянули Наталью, а как у него вообще складывались отношения с женщинами? Был ли он удовлетворен теми союзами, в которые вступал?

— Абсолютно все подружки, партнерши говорили о том, что он — потрясающий мужик. Во всех смыслах этого слова. Всегда опрятен, от него прекрасно пахло (парфюм использовал замечательный), был в хорошей дорогой одежде, с красивым ремнем, в красивой обуви. Да, у него было много женщин. И когда «нес крест» суперзвезды в Советском Союзе, с этим делом у него все было в порядке. Но Крамаров-суперзвезда и Крамаров в Америке — это два разных человека. В СССР от его звездности многие страдали, в том числе коллеги по работе. В Штатах он осознал все это и сказал своей жене: «Ты знаешь, я был засранцем. Очень многих обижал». И мысленно у многих он попросил прощения.

— А что же с его единственной дочерью Басей (Бенедиктой), названной так в честь матери?

— Это его огромная радость. У Крамарова не было детей никогда ни от кого, несмотря на обилие связей. К сожалению, он был вынужден расстаться с мамой Баси — прежней женой Мариной. Но в самой Басе души не чаял — доченька была совсем маленькой, когда папа умер. Когда снимался наш фильм, нам удалось с ней записать интервью — я был совершенно ею очарован. К нам вышла девчушка-подросток с лицом Савелия Крамарова (сейчас она вышла замуж и живет в Лос-Анджелесе). Увы, позже мама Баси Марина, несмотря на мои уговоры, запретила использовать интервью дочери в фильме. Сейчас Бася закрыта от прессы, отрезаны все контакты, и я ничего про нее не знаю.

— Подытоживая: как вам кажется, Савелий Викторович прожил счастливую жизнь?

— Более чем. О том объеме зрительской любви, который ему достался, можно только мечтать. При этом он осознал себя в новых условиях, нашел свое место в мировом кинематографе... Но главное — стал одним из лучших (а на мой взгляд — лучшим) комедийных актеров в огромной стране. Он обрел все, о чем мечтал. Да, непросто. Да, через тернии. Он мечтал о доме в лесу — он купил дом в лесу в совершенно потрясающем месте в Сан-Франциско. Мечтал о ребенке — у него родилась чудная Бася. Он обрел любовь в последние годы с Натальей. Исправил опять же косоглазие. Он пришел к самому себе. Он всегда мечтал стать обычным, нормальным (с точки зрения обывателя) человеком. Но как только Сава им стал... он умер. Круг закрылся. Видимо, ему нужна была совсем иная нормальность...

Ян Смирницкий

МК

Метки: актер, комик, Савелий Крамаров
Loading...
Loading...